Читать книгу - "Мой желанный и неприступный маркиз - Александра Хоукинз"

— Это всего лишь прогулка, миледи. Не более того. — Матиас сердито взглянул на девушку. — Если бы я собирался воспользоваться нашей беспомощностью, темные коридоры театра куда лучше послужили бы моим низменным целям

Он добавил в голос некий намек на раздражение, чтобы заставить ее капитулировать.

— Что ж, идемте. — Она взяла его под руку, и он, не теряя времени, повел ее прочь от других парочек.

Все видели, как леди Темпест пошла в сад. Когда леди вернется в зал под руку с Вайнрайтом, никто из присутствующих даже не узнает, что на террасе она сменила спутника.

Факелы были расположены довольно близко к дому и слабо освещали глубину сада. Легкий ветерок после душного бального зала приятно холодил кожу.

— Маркрофт здесь? Или в очередной раз оставил вас?

Вопрос явно разозлил девушку.

— Матушка просила Оливера сопровождать нас из театра на бал. Он и не собирался здесь оставаться.

Учитывая все обстоятельства, Матиас понимал, что не следует нападать на ее брата. Маркрофт в глазах сестры наверняка выглядел едва ли не святым, поэтому его нападки должны были встретить с ее стороны яростное сопротивление. Матиас решил сменить тактику.

— Вы уже оправились от приключения?

— Которого? От мычащего пьяницы или от поцелуя?

Матиас усмехнулся, искренне наслаждаясь ее ответом и находчивостью.

— Если бы мне предоставили выбор, я бы предпочел обсудить последнее.

Леди Темпест вздернула подбородок и пошла за ним по дорожке в сад. Боже мой, а девица-то — нахалка. Другая бы лишилась чувств после того, как ее хватал руками страстный воздыхатель.

— А я вообще предпочитаю не обсуждать то, что произошло в театре.

— Отлично, — вздохнул он. — Давайте поговорим о лорде Уаррилоу. Какое отношение он имеет к вашей семье?

— Никакого.

— Никакого, — эхом повторил он. — А сейчас вы говорите не всю правду. Ваша матушка едва ли не бросилась его обнимать, как сына, когда он подошел поздороваться.

Леди Темпест отвернулась, но он успел заметить ее раздражение.

— Отец и лорд Уаррилоу — друзья, — объяснила она, подбирая слова, как будто не желала раскрывать все подробности.

— Уаррилоу недавно унаследовал титул. Готов предположить, что он относится к вашему отцу как к наставнику.

— По-моему, — ответила она, глядя на Матиаса, — отец посоветовал ему найти невесту.

— Ясно, — Матиас ударом ноги отбросил гравий с тропинки.

Ее семья привезла их с сестрой в Лондон в надежде подыскать

им титулованных богатых мужей. В конечном счете, его семья будет поступать так же по отношению к его сестрам. Он не мог объяснить, почему этот холодный расчет, повторяющийся из года в год, сейчас показался ему таким отвратительным.

— Значит, вы хотели бы выйти замуж за маркиза?

Она долго, пристально, задумчиво смотрела на него.

— Наверное. Я, если честно, еще об этом не думала. А разве титул имеет значение?

Уаррилоу был старше, и ранее, до того как унаследовал титул, считался уважаемым адвокатом. Земли и богатство, которые перешли вместе с титулом, придали лоск его грубоватым манерам и затушевали пробелы в образовании.

— Для некоторых да. Это зависит от стремления самой дамы.

— В таком случае, если говорить о стремлениях дамы… разве она бы не выбрала того, кто ищет любовь и уважение?

С тех пор как Матиас уложил в постель первую женщину, он выучил, что женщины — корыстные создания.

— А как же титул и состояние?

Казалось, она даже не замечала циничных ноток в его голосе.

— А теперь вы говорите о стремлениях любого отца. Каждый хочет, чтобы дочь оказалась в надежных руках и была окружена заботой. Вы согласны?

— Ваш батюшка верит, что лорд Уаррилоу вас достоин?

Она остановилась — вопрос не на шутку удивил девушку.

— Вероятно. Хотя сомневаюсь, что отец имел в виду именно меня, когда советовал маркизу представиться моей матушке. — Темпест откашлялась. — Честно говоря, прошлый сезон я провела хуже, чем мои сверстницы. Вполне возможно, что лорду Уаррилоу больше приглянется моя сестра.

Матиас нахмурился, пытаясь унять укол ревности. Неужели она не видит собственных достоинств?

— Я с вами не соглашусь.

Он увидел, что его ответ девушку обрадовал.

— Очень мило с вашей стороны так говорить, но вы меня совсем не знаете, милорд. У меня достаточно таких черт, которые многие джентльмены считают недостатками.

Ни тени сожаления в голосе, просто констатация факта. Матиас погладил ее щеку тыльной стороной ладони.

— Назовите же эти воображаемые недостатки.

Она наморщила носик.

— Их слишком много. Всех не перечислишь. Достаточно сказать, что тому, кто женится на мне, придется быть крайне терпимым.

— Или настолько ослепленным любовью, чтобы не замечать этих недостатков. — Матиас тут же пожалел о сказанном. Он совершенно не хотел ее обидеть.

К его изумлению, леди Темпест засмеялась.

— Если вам знаком такой джентльмен, я даю вам разрешение упомянуть обо мне. Хотя сомневаюсь, что такой существует.

— Вы слишком молоды, чтобы успеть разочароваться в жизни.

— Мне уже двадцать два, лорд Фейрлэм. Я на своем веку достаточно повидала, чтобы понимать: любовь — это снисхождение, и в очень редких случаях — дар. Крестьянин может влюбиться в доярку и жениться, не думая ни о чем, даже вопреки воле родных. Однако дочь маркиза вынуждена быть более практичной.

Леди Темпест поставила его в тупик. Почему девушка не ищет любви? Ее взгляды полны противоречий.

— Значит, вы будете счастливы с любым джентльменом, пока он ценит вас больше своей любимой гончей собаки, — заметил он, не в силах скрывать горечь.

Нет сомнений, что его отец, должно быть, раздумывал над преимуществами от брака с дочерью герцога, но эти мысли не подвигли его искать ее руки. Его отец женился на леди Имоджин Сантер, потому что он влюбился в нее.

Матиас надеялся, что подобное однажды случится и с ним.

Не ведая о его мыслях, Темпест поддразнила:

— А разве дама может соперничать с любимой гончей?

Ее улыбка заставила его нехотя улыбнуться в ответ. Губы скривились в усмешке.

— Прекрасно. Я признаю, что есть джентльмены, которым собака дороже жены.

— Но вы не из таких?

Он медленно покачал головой.

— Я предпочитаю, чтобы в моей постели была женщина.

Леди Темпест не знала, что ответить, просто открыла от изумления рот.