Читать книгу - "Ремонту не подлежит - Лорен Форсайт"

во всем устраивает. У меня прекрасный дом, потрясающие друзья. И теоретически успешная карьера, которая благодаря тебе должна стать такой не в теории, а на практике. У меня есть щенок, я хожу на гончарные курсы и недавно нашел роскошный крем для кожи вокруг глаз. – Бен подмигнул мне и убрал прядь волос за ухо. – Теперь мне просто нужен человек, который захочет стать частью моей жизни и дополнит ее.

– Моя подруга Тола тоже так рассуждает. И все это прекрасно – любовь к себе, самоуважение и все прочее – но интересно, у тебя хоть раз получилось познакомиться с кем-то стоящим? С кем хотелось бы остаться надолго?

Бен рассмеялся и скорчил гримасу.

– Нет, еще ни разу не получилось.

Мы переключили внимание на меню и сделали заказ. Бен советовался с официанткой и выбирал вино: с коктейлями мы довольно быстро расправились. Мне нравилось, каким он был внимательным.

– Что думаешь о Дилане? Как первое впечатление?

Осторожно, Али.

– Ну, он явно горит своим делом и заботится о команде. А еще он гордый и хочет защитить свое детище. Возможно, ему неприятно, что какой-то человек со стороны, которого наняла его девушка, вмешивается в его бизнес. Или он осознает, что наплел ей про феноменальный успех, а на самом деле все гораздо скромнее? – Я произнесла последнюю фразу с вопросительной интонацией, но Бен невольно улыбнулся и смущенно отвел взгляд. – Я все понимаю. Всем нам хочется произвести впечатление на любимых. Но мне кажется, он напуган.

Бен задумчиво похрустел кукурузными чипсами.

– По-моему, Ники даже не представляет, чем мы занимаемся. Для нее все сводится к деньгам или славе. А мы создали приложение для подростков, испытывающих проблемы с психическим здоровьем. Мы предлагаем им различные виды поддержки. Работаем во благо людей, понимаешь? Да, деньги тоже не помешают – тогда мы сможем развить бизнес, создать другие приложения, – но мы изначально занялись этим вовсе не для того, чтобы разбогатеть и стать знаменитыми. А Дилан… чем больше он с ней общается…

– Забывает об изначальной цели? – подсказала я, но Бен покачал головой.

– Нет, не в этом дело. Он просто… из кожи вон лезет, притворяясь таким, каким она хочет его видеть.

И, видимо, у него плохо получается.

– Что ты имеешь в виду?

Бен поморщился, и по его лицу я поняла, что внутри него разыгрывается борьба. Предает ли он друга, раскрывая личные подробности его жизни совершенно незнакомому человеку, или помогает бизнесу получить необходимую поддержку?

– С другими было лучше, – начал он, покрутив вино в бокале. – Другие были нормальные. Он вел себя идеально с их родителями, посылал цветы без повода. Он все делал по учебнику, как любят девушки, но на самом деле Дилан просто любит радовать окружающих. Естественно, в конце концов он уставал соответствовать собственному идеальному образу: или девушки начинали слишком на него давить, или у него случался плохой день и они своего парня просто не узнавали. Но с новой девушкой цикл начинался снова. А потом появилась Ники… – продолжал Бен. – У нее же богатая семья, воспитание, она инфлюэнсер и привыкла к роскоши. Цветами за полсотни ее не проймешь. И он начал больше тратить, оплачивать с кредитки путешествия первым классом. Потом мы переехали из маленького офиса в подвале в это шикарное здание на берегу реки, Дилан начал носить дизайнерские костюмы и называть себя «основателем технологического стартапа».

Я скривилась.

– То есть он влез в долги.

Бен разглядывал столик.

– Наверное, да. Мне за него тревожно. Мы дружим много лет, но в последнее время он, кажется, перестал справляться. Пока не появилась ты, я никогда не видел, чтобы он огрызался на людей.

– Я… видимо, чем-то спровоцировала его, – ответила я. Преуменьшение века. – Ничего, я справлюсь.

Бен кивнул и забарабанил по столу.

– Ты об этом хотел поговорить? О его привычке угождать и кредитах?

Бен закатил глаза. У него был виноватый вид.

– Похоже, сегодня я раскрываю секреты направо и налево. Разве хорошие друзья так поступают?

– Не вини себя, – ответила я, привлекая его внимание. – Ты кажешься мне хорошим другом, заботишься о своем приятеле и его бизнесе. К тому же, это и твой бизнес тоже. Все, что ты скажешь, останется между нами.

– Он бы не хотел, чтобы я тебе рассказывал.

– А это как-то повлияет на сделку с инвесторами?

– Возможно, это объяснит, почему Дилан сомневается. – Бен замялся. – И раскроет его отношение к стартапу в целом.

Я жестом велела ему продолжать, подперла рукой подбородок и глотнула вина, внимательно глядя на Бена.

– Изначально в «Пасхалке» был Дилан и еще один разработчик, Питер. Кажется, это Питер привел его в программисты, помог ему выучиться. У Дилана была идея приложения, с которой он носился с тех пор, как бросил университет…

– Он бросил университет?! – вскрикнула я и тут же себя осадила. – Прости, я слишком категорична. Я просто удивилась.

Сколько же месяцев я потратила, помогая ему определиться с университетом и специальностью! Когда Дилана приняли, он обхватил меня за талию, закружил и торжествующе завопил на всю школьную библиотеку. Даже библиотекарь улыбнулась и не стала ругать его за шум. Он так радовался будущему.

А потом бросил университет?

– Он сказал, что продержался несколько недель, но понял, что сердце не лежит к учебе. Переехал в квартиру с соседями, жил на студенческий кредит и работал волонтером в библиотеке – помогал пожилым людям обучаться работе на компьютере. Думаю, у него очень хорошо получалось, он очень терпелив. Обычно. С большинством людей.

– Ясно, – вежливо ответила я, – и что было дальше?

– Они с Питером начали работать над приложением, а вскоре к команде присоединился я. Приложение называлось «Мама, я дома». Оно помогало родителям отслеживать телефон ребенка и его местонахождение, но без вторжения в личное пространство. Приложение не показывало точное местонахождение, а отправляло родителям примерную локацию и сообщение, что ребенок находится в одном из зарегистрированных безопасных мест. Например, у друзей или родственников.

– Интересно, – кивнула я и сразу подумала, как это преподнести. Я легко смогла бы продать такую идею.

– Да, Дилан очень загорелся этим приложением. Сказал, что его натолкнуло на эту идею одно происшествие школьных лет. Однажды ему пришлось позвонить матери подруги, когда та напилась, и ему было очень стыдно с ней разговаривать. А мама подруги очень волновалась за дочь. Он не хотел, чтобы родители волновались за детей. Хотел, чтобы они увидели, что те в безопасном месте – например, на вечеринке или в пределах школьной территории, – и не бросались бы в панике их искать. Это лучше для всех.