Читать книгу - "Ненужная вторая жена Изумрудного дракона - Ангелина Сантос"

стало страшно, — ваш замок умирает. Иначе вы не стали бы требовать невесту именно сейчас.

На этот раз по храму прошёл настоящий шёпот.

Рейнар сделал шаг ближе.

Только шаг.

Но мне вдруг стало трудно дышать не из-за корсажа.

В глубине его зрачков мелькнуло что-то узкое, вертикальное. Нечеловеческое. Изумрудное.

— Кто вам это сказал?

Никто.

Просто когда я вошла в храм, я почувствовала от его людей запах старого дыма. Не одеждой. Не кожей. Магией. Так пахнут дома, где очаги горят неправильно. Где стены по ночам отдают холодом, даже если в каминах достаточно дров. Где хлеб не поднимается, молоко скисает, а люди начинают говорить шёпотом, сами не понимая почему.

Это был не слух.

Это была боль.

И она тянулась от Рейнара тонкой зелёной нитью.

— Никто, — ответила я. — Я чувствую такие вещи.

Он молчал.

Священнослужитель у алтаря кашлянул, напоминая, что вообще-то мы собрались здесь не обсуждать хозяйственное состояние драконьего замка.

Рейнар медленно выпрямился.

— Что ж, — сказал он. — Тогда продолжим.

Отец закрыл глаза.

Не знаю, молился ли он. Возможно, просто пытался не упасть.

Церемония прошла быстро.

Я почти не запомнила слов. Помню только холод его руки, когда Рейнар взял мою ладонь. Кожа у него была тёплой, но тепло это не грело. Скорее предупреждало: не подходи ближе, обожжёшься.

Когда священнослужитель связал наши запястья зелёной лентой, ткань вдруг дрогнула. По ней пробежала тонкая искра. Цвет свечей на миг стал изумрудным.

Кто-то испуганно выдохнул.

Рейнар посмотрел на ленту так, будто она его оскорбила.

Я — так, будто она меня предала.

— Кровь принята, — торжественно произнёс священнослужитель, хотя голос у него заметно дрожал. — Договор подтверждён.

Вот и всё.

Я стала женой Изумрудного дракона.

Второй.

Ненужной.

После церемонии не было ни праздника, ни поздравлений. Родственники подходили ко мне с такими лицами, будто я пережила тяжёлую болезнь, но исход пока неясен. Мать поцеловала меня в щёку, оставив запах пудры и слёз. Отец крепко сжал мои пальцы.

— Ты спасла нас, — прошептал он.

Я хотела спросить, кто теперь спасёт меня.

Но не спросила.

Рейнар ждал у выхода. Его северные люди уже вынесли мои сундуки. Все два. В первом лежали платья, перешитые из старых нарядов Нерис. Во втором — бельё, несколько книг, шкатулка с травами, игольница, серебряная ложка бабушки и салфетка из-под Селиина пирожка, которую я зачем-то не выбросила.

— Попрощайтесь, — сказал Рейнар. — Дорога займёт два дня. Мы выезжаем сейчас.

Мать снова заплакала.

Селии в храме не было. Её, конечно, не пустили — слишком слабая, слишком впечатлительная. Я порадовалась. Пусть лучше запомнит меня у кареты с пирожком, а не здесь, рядом с мужчиной, который выглядел так, словно уже пожалел, что не расторг договор.

Когда я вышла на ступени храма, начался дождь.

Мелкий, колючий, почти ледяной.

Карета Рейнара была не похожа на нашу. Чёрная, тяжёлая, с гербом в виде дракона, свернувшегося вокруг изумрудного камня. Лошади тоже были северные — крупные, тёмные, с густыми гривами. Одна косила на меня умным недобрым глазом.

Рейнар открыл дверцу.

Жест был безупречный. Почти вежливый.

И совершенно пустой.

Я подняла подол платья, чтобы не испачкать его в грязи, но ткань всё равно зацепилась за ступеньку. На миг я потеряла равновесие.

Рейнар подхватил меня за локоть.

Крепко. Быстро.

Его пальцы обожгли даже через рукав.

— Осторожнее, леди Лиара.

— Боюсь, с сегодняшнего дня это бесполезный совет.

Он отпустил меня не сразу.

Наши взгляды встретились слишком близко. Я увидела в его глазах не только холод. Там была усталость. Глубокая, тёмная, старая. Такая не появляется за одну ночь.

Потом он отступил.

— В карету.

Я села.

Он устроился напротив.

Дверца закрылась.

И мой прежний дом, прежняя жизнь, прежняя я остались по другую сторону мокрого стекла.

Некоторое время мы ехали молча.

Дождь стучал по крыше. Колёса хлюпали в грязи. Свадебное платье занимало слишком много места, и мне приходилось держать складки на коленях. Рейнар смотрел в окно. Я — на его руки.

Красивые руки. Сильные. Без колец, кроме одного — тёмного, почти чёрного, с тонкой изумрудной прожилкой. Не обручального. Старого.

Наверное, фамильного.

Наверное, первое кольцо он уже однажды надевал другой женщине.

— Вы можете спросить, — сказал он внезапно.

Я подняла глаза.

— О чём?

— О первой жене. Обычно всем интересно.

— А вы обычно отвечаете?

— Нет.

— Тогда зачем мне спрашивать?

Он повернул голову. В уголке его рта снова мелькнула та странная тень почти-улыбки.

— Вы не похожи на сестру.

— Вы её знали?

— Видел один раз.

— И всё же собирались жениться.

— Договор не требовал чувств.

— Удобно.

— Очень.

Я отвернулась к окну. За стеклом город быстро редел, уступая место мокрым полям и чёрным полосам леса.

— Значит, от меня вы тоже чувств не требуете? — спросила я.

— Не требую и не предлагаю.

Вот так.

Без злобы. Без смущения.

Как пункт в брачном соглашении.

Мне следовало бы обрадоваться. Многие женщины оказались бы счастливы услышать, что муж-дракон не собирается требовать любви, нежности и супружеского тепла. Особенно если этот муж смотрит так, будто любое прикосновение к нему может закончиться пожаром.

Но почему-то внутри стало пусто.

Не больно даже.

Просто пусто.

— Понятно, — сказала я.

— У вас будет содержание, комнаты, слуги и защита моего имени. Этого достаточно для спокойной жизни.

Я посмотрела на него.

— А если мне не нужна спокойная жизнь?

— Тогда вам не повезло.

— Кажется, это стало ясно ещё утром.

Он замолчал.

Я тоже.

Ближе к вечеру городские дороги окончательно закончились. Карета въехала в северные земли. Здесь всё было другим. Лес стоял плотнее, темнее. Ветер пах смолой, мокрым камнем и снегом, хотя до настоящей зимы оставалось ещё время. Иногда между деревьями мелькали старые сторожевые башни. На их вершинах горели зелёные огни.

Драконья граница.

Я знала о ней из книг. Зелёное пламя должно было защищать Изумрудный кряж от тварей, которые спускались с гор в долгие зимы. Но огни казались слабыми. Некоторые дрожали, будто вот-вот погаснут.

Рейнар заметил, куда я смотрю.

— Не стоит присматриваться к тому, чего вы не понимаете.

— Я понимаю больше, чем вам хотелось бы.

— Осторожнее, леди Лиара. В моём доме за самоуверенность платят дорого.

— В вашем доме платят только за самоуверенность? Или за правду тоже?

Его взгляд