Читать книгу - "Весь спектр любви - Алена Воронина"

удивительно, одна хромированная подставка под нее, а на ней пусть и не целый, но моток. Здесь было принято делиться и не ходить со своим рулоном. На двери висел график уборки. И, кажется, мне надлежало сделать это завтра.

В общем коридоре было пусто, лишь с кухни слышались звуки. Кто-то, методично мешая что-то в кружке, постукивал по керамическим бокам ложечкой. Определенно так и было. И, этот кто-то явно был один. Разговора слышно не было.

Что же, пора познакомиться хотя бы с одной из проживающих здесь собственниц поближе. Пусть даже повода у меня и нет, но игнорировать, значит, прослыть невеждой, и подкормить свои комплексы, которым толстеть совершенно не полагалось.

— Здравст… вуйте… — я слегка запнулась, когда, уже начав произносить приветствие, завернула за угол и увидела сидевшего ко мне спиной… мужчину.

Он был в белой располосованной синими линиями рубашке, в мягких полуспортивных серых штанах и большущих тапках. Седые длинные неухоженные волосы лежали на плечах.

Это, пожалуй, все, что я успела заметить, прежде чем меня накрыло, что соседом, а это был явно жилец, судя по одежде и обуви, он быть не должен, но таковым является.

Мужчина же, услышав мой голос, замер, выпрямился, потому что до этого склонился над столом и обернулся ко мне.

Лицо его покрывала густая растительность немного темнее шевелюры, но тоже с проседью. Ему похоже было сильно за сорок. И только приблизившись к нему, я заметила, что, даже сидя, он был почти одного роста со мной.

Мама и прочие близкие нежно любившие меня родственники ласково называли меня «Карлушей». Да и при росте в 155 сантиметров глупо пыжиться. Хотя, лично меня это совершенно не беспокоило.

— Здрасьте, — выдал он удивленно, голос у него был скрипучий и низкий. То ли возраст сказывался, то ли курил много.

Перед ним на столе действительно стояла гигантская, с небольшой цветочный горшок, кружка с чаем, и лежала книга, старая и потрепанная, судя по цвету страниц и множестве заломов, отчего боковина выглядела так, будто побывала под гусеницами трактора. Книга, похоже, и была причиной задумчивого постукивания ложки о края чашки.

Однако, же речь была заготовлена и разговор начат, и следовало его завершить.

— Меня зовут Татьяна, я — новый жилец. А вы?

— А… — он вдруг встал и, мама родная, я, кажется, была ему приблизительно по грудь, — Олег. Снимаю комнату. Третью. От входа.

— Да?! — удивилась я. — А мне сказали, что хозяйки тут сами живут.

Вот ведь лгуны эти агенты, и продавщица хороша. А это, значит, мой застеночный сожитель. Так-так…

— Раиса Сергеевна — хозяйка комнаты, моя родственница, — он пожал плечами, — живет за городом с семьей.

Он опустился обратно на стул, чем очень меня порадовал, весьма неудобно наблюдать за башенным краном.

— А… ясно. Рада познакомиться, Олег… А сама Раиса Сергеевна здесь бывает?

— Крайне редко, — «проскрипел» он.

Меня слегка передернуло.

— Ясно, ну, не буду вам мешать…

Он что-то промычал, потерял ко мне всякий интерес и вновь уткнулся в книгу.

На самом деле, открытие, что в квартире проживают не только женщины-хозяйки, но и те, кто может комнаты снимать, меня неприятно задело. Пожалуй, предыдущая собственница была весьма благоразумной, хоть и расточительной особой. Понятно, что очень многие покупают такого рода объекты исключительно под сдачу, предпочитая жить в отдельной квартире. Но и агент, и продавец заверяли меня, что тут обитают только женщины. К чему было давать ложную информацию, если в первый день все раскроется?

А кухня все же неплоха для коммуналки, а при более детальном осмотре оказалась даже лучше, чем запомнилась в первый визит: не было уродливых старых шкафов с оторванными дверцами, кусков от разных наборов мебели, раскиданных вещей. Три одинаковых навесных шкафа и три тумбы в ряд, три разномастных, но ухоженных холодильника, две стиральные машины. Все стояло в определённом порядке, с намеком на некую гармонию. Даже полотенца на крючках у раковины были ярким и новеньким. Единственное, кухню освещал ровно клон той самой лампочки из коридора, странно, несмотря на довольно-таки ухоженный вид, со светом в этой квартире были явно проблемы.

Что там мог в таком мраке видеть мой сосед в книге, непонятно.

В моей комнате было свежо. Окно, выходившее прямиком на канал Грибоедова, было открыто в целях проветривания, и по помещению гулял холодный и влажный питерский ветерок. Здорово все же быть тут, иметь силы на все это. Я собой немного горжусь даже.

Сборы на работу были, как всегда, быстрыми, но с соблюдением всех установленных правил. В каком-то смысле процедура эта для меня жизненно важна, потому оттачивалась годами, только совершенства не достичь, а любой шаг назад может стать серьезным откатом. А я этого совсем не хотела. Как и мама… Ведь она одна из того небольшого числа людей, кто сыграл основную роль в связи меня с миром, который в каком-то смысле не является моим.

— Доброе утро, — худощавая высокого роста женщина сдвинула очки ближе к кончику носа и окинула меня взглядом. Похоже, она следовала из ванной в свою комнату, на сгибе локтя белым флагом обвисло влажное полотенце. Столкнулись мы с ней у входной двери, когда я пыталась попасть ногой в правый кроссовок и при этом удержать равновесие.

— Здравствуйте!

— Татьяна? — женщина протянула мне руку в приветственном жесте, что было неожиданно, если учитывать возраст и образование… привычный стереотип немного ломался, однако, я мало знала о ней, а значит, не могла учитывать огромное количество факторов. Тонкую суховатую кисть пожала быстрее, чем принято.

— Галина Тимофеевна! — кивнула моя, как оказалось, соседка.

Недурно, если уже утром она выглядит так, что готова хоть сейчас в приемную комиссию. На голове пучок седых, уложенных без единого петуха волос, из-под темного халата выглядывал жесткий белый воротничок.

— Как вам у нас?

— Обживаюсь.

— У нас хорошая квартира! — владелица первой комнаты от кухни окинула взглядом коридор, и кажется, я понимаю, что значил этот взгляд — гордость. — Но все это требует труда и заботливого отношения. Я полагаю, Настасья вас ознакомила с тем, что у нас имеет место быть определенный распорядок дня и действует график уборки? Причем, все, кто проживает здесь, относятся к своим обязанностям весьма ответственно!

Это вопрос или утверждение?!

— Да, конечно! — кивнула я на всякий случай.

— График уборки туалета вы уже видели? В ванной-то вы не нуждаетесь, как я понимаю.

— Да, — мне только и оставалось, что соглашаться, и уповать на то, что я делаю все правильно, и украдкой бросать взгляд на часы, потому что опоздать на работу мне совсем не хотелось.

Она мне напомнила владелиц доходных домов из книжек.