Читать книгу - "Последнее лето нашей любви - Лариса Акулова"

мне немного порадоваться тому, что закончилась тягомотина со школой, — он кладет подбородок на ладонь, подпирая таким образом. И что-то радости особой в его глазах я не вижу, лишь бесконечную усталость. — Сейчас мы с тобой еще раз займемся любовью. Потом еще помоемся. А после отправимся на дачу к Катькиной тетке, чтобы повеселиться по-взрослому. Отложи нравочитания на завтра, а лучше на следующую неделю, когда мы не будем ум-ирать от похмелья.

Я не могу не уступить. Всегда была слаба вот к таким его просьбам умоляющим. Ведь в обычной жизни именно он тверд и уверен в себе, лишь со мной позволяет себе расслабиться, и то далеко не всегда.

Через полтора часа мы сходит с электрички на нужной станции. Приходится пройтись, чтобы попасть на дачу тетки Катерины — главной тусовщицы нашего класса. Она эту вечеринку планировала целый год и позвала всех одноклассников, решив никого не обделять своим сиятельным вниманием.

— Проходим, не задерживаемся на калитке, — она обнимает и меня, и Федора, причем парня держит в своих руках куда дольше, что заставляет меня слегка взревновать, потому что тот и не думает отстраниться. — Я рада, что ты пришел.

— Она сказала проходить, — тяну парня за руку в сад, злясь все больше. Затем шиплю ему на ухо, — если хочешь пережить сегодняшний вечер, то советую перестать с девками обжиматься.

А тот лишь ухмыляется, явно радуясь моей реакции — она очень редка, и Федя считает, что такое проявление чувств нормально. Я же не могу с ним согласиться, потому что знаю, до чего доводит ревность. Мой отец чуть не уб-ил маму, в очередной раз решив, что та изменяет. Повторять же ужасную судьбу своих родителей я не собираюсь.

Глава 4. Фёдор

Алкоголь льется рекой. Кажется, что ребята решили по-настоящему оторваться в этот вечер. Они и раньше не сдерживались, но теперь, получив разрешение от родителей в честь выпускного, ушли в полную развлекаловку. И парни, и девушки танцуют, держа в руках стаканы. Кто с шампанским, кто с вином, кто с коньяком или водкой — без исключений. И только Нина не берет ни капли в рот, отказываясь твердо и решительно. Я вот такой силой воли не обладаю, и, не смотря на просьбы девушки, все-таки беру пиво. Вначале одно, затем второе, после третье...

И просыпаюсь уже утром, совершенно ничего не помня о вечеринке. Ощущения так себе. Во рту вкус рвоты, и вокруг, когда открываю глаза, тоже ее вижу. Одежда испачкана, брюк на мне нет — такое себе пробуждение, если задуматься. Пытаюсь подняться, но тут же сваливаюсь обратно, потому что ни руки, ни ноги не держат. Только в этот момент понимаю, где нахожусь: у себя дома. Комната все в таком же беспорядке, в каком мы оставили ее с Ниной, за стенкой храпит отец. Этот звук невероятно сильно меня раздражает, особенно сейчас, когда я имею возможность от него съехать, потому что наконец приобрел право возраста на это.

— Очнулся? — это голос Нинель, который слышится совсем рядом. И в нем ни капли довольства.

— Да, кажется пришел в себ, — отвечаю, все еще силясь подняться. В таком позорном виде я перед своей девушкой еще не появлялся, мне стыдно. Чувствую, как горит лицо от румянца.

— Ну и как тебе выпускной? Не отвечай, я и так знаю. Повеселился от души. А вот я не очень, — в глазах у нее обвинение. — Ты что вообще вытворял? Свобода в голову ударила?

Теперь нет никаких сомнений в том, что Нина чертовски зла. И ждала моего пробуждения, чтобы точно об этом сообщить. Эта ее черта мне не нравится, хоть и понимаю правоту девушки.

— И что теперь? Расстанешься со мной из-за одного промаха? — знаю, как бороться с чужим характером.

— Не расстанусь, но возьму на заметку. А теперь мне пора, в отличие от кое-кого, мне надо готовиться к экзаменам, — бросает бутылку воды рядом со мной, блистер таблеток от головы и влажное полотенце. — Приведи себя в порядок. Знал бы только, как сейчас похож на своего отца.

Она всегда понимала, как меня задеть побольнее. Видимо, это и есть главный минус любых отношений — знать о своем партнере больше, чем тот рассказывает. Тем более если они продолжаются дольше одной недели.

Я валяюсь еще какое-то время, пытаясь прийти в себя, но не удается, поэтому решаю поступить по старинке: про-бле-вываюсь в туалете и падаю под холодный душ. Легче не становится ну вот ни капли. И даже жирная свинина, которую буквально засовываю в себя, выходит наружу. "Может, Нинок была права, не стоило так нажираться. Знал же, что будет на следующий день и все равно это сделал", — чужую правоту мне неприятно признавать, ведь это значит, что именно я сглупил.

— От тебя перегаром пасет, как от свиньи, — дает знать о себе отец.

Он вваливается в квартиру в примерно том же состоянии, в каком вчера был я: одежда подрана и испачкана, на ней пятна непонятного происхождения, волосы сальные, будто месяц не мытые. "Что вполне смахивает на правду", — мне отлично известно, что отец не утруждается ванными процедурами, максимум обмывается рукой над раковиной.

— Что, уже и с родным отцом не здороваешься. Совсем охамел вы-бл-ядок, — не получив ответа, выходит алкоголик из себя. — Забыл, в чьем доме живешь?!

Это вечная история. Вначале он пропадает на день или несколько, а затем заявляется обратно. Совершенно не думает о том, кто платит за коммуналку и покупает еду. А ведь это делаю я, трудясь сразу на трех работах с четырнадцати лет. Поэтому мне непонятно, почему Нина так уничижительно отзывается о моем уме и нежелании идти в институт. Просто возможности учиться не было. Выжить иногда куда лучше, чем выучить пару правил русского языка.

— Если бы не я, ты бы уже давно заложил собственное жилье, — справедливо замечаю. И мужчина об этом знает.

Но отец ничего слушать не собирается, потому что вместо словесного ответа, коротко и неуклюже замахнувшись, пытается меня ударить. И не смотря на то, что я сейчас не в лучшем состоянии, легко уворачиваюсь. Такое уже бывало раньше, но я больше не тот беспомощный мальчишка, которого можно использовать в качестве груши для биться.

— Слабак, — единственное, что говорю родителю, а после ухожу.

Находиться с ним рядом мне отвратительно, поэтому решаю уехать на спортивные сборы сегодня, а не через два дня. Так будет проще. Да и я всегда так поступал — бежал от проблем, потому что нервы у