Читать книгу - "Безупречная леди - Люси Рэдкомб"

- Иди домой, потом поговорим! — И, скользнув неодобрительным взглядом по лицу Керри, прорычал: — Что ты сделала со своими волосами?

Каролайн моргнула.

— У меня новая прическа. Нравится?

- Нет.

Она не расплакалась оттого, что Квентину не пришлась по душе ее прическа. Выглядела та уж слишком вычурно. Но его резкий ответ наполнил ее отчаянием и раздражением.

- А Джастину понравилась.

- Джастин уже уходит, - холодно отозвался Квентин, даже не глядя на брата.

Тот занервничал и начал неуклюже прощаться.

- Да, мне действительно надо идти. Спасибо за пиво.

Ощущая испытываемую Джастином неловкость, Каролайн постаралась вложить как можно больше теплоты в свою улыбку, чтобы компенсировать необъяснимую враждебность своего жениха.

— Очень жаль. Я действительно была так рада снова увидеться с тобой!

Неприветливый взгляд, посланный ею затем Квину, встретился с немой злостью в его голубых глазах.

Что, черт возьми, мог натворить Джастин, чтобы впасть в немилость? Но, решила для себя Керри, с вызовом вздернув подбородок, чтобы это ни было, она не собирается принимать весь удар на себя!

— Мог бы быть с братом и полюбезнее, — заметила она.

Квентин стоял, прислонившись к стене, и изучал мыски своих дорогих кожаных ботинок, как будто это куда более интересное занятие, чем выслушивание ее упреков.

— Бедняга просто не знал, что делать, — набросилась Керри, — Хотя ведь все понимают, кто главный... Черт возьми, ты никогда и никому не позволяешь об этом забыть! Но так ли уж необходимо постоянно подчеркивать свое превосходство? Ты считаешь взаимоуважение ниже своего достоинства?

Квентин отошел от стены и выпрямился.

— Взаимоуважение? — Его ресницы взметнулись вверх, и Каролайн увидела в глубине глаз Квентина зарождающуюся бурю.

— Ты грубо разговаривал с Джастином, — продолжала настаивать на своем Керри.

— Я услышал твой смех еще на лестнице.

С ним она никогда так не смеялась! Квентин подавил очередной приступ ярости.

— Далее. Вхожу в комнату и что же вижу? Мой братишка целует мою невесту, которая отнюдь не проявляет признаков неудовольствия или хотя бы элементарного стеснения!

Такое неожиданное и абсурдное объяснение его плохого настроения вызвало у Керри смешок. Квентин выругался.

— Ты находишь это забавным? Ты считаешь, что вести себя подобно проститутке смешно?

— Проститутке?! — чуть не задохнулась Каролайн.

— Будешь утверждать, что у тебя под этим жалким подобием халата надето что-то еще? — Квентин расхаживал вперед-назад, словно пантера, готовая к прыжку.

Глаза Керри расширились от негодования. По его словам можно подумать, будто она тут по комнате совсем нагишом расхаживает!

— Не буду, но...

— Но ничего! — сказал он, как отрезал, и резко остановился. - Если я заметил, думаешь, от Джастина это ускользнуло? Или, может, чуть раньше на тебе и халата-то не было? — подозрительно сощурился он. — Как долго этот балбес здесь болтался?

Керри замерла от столь нелепого предположения. Ей понадобилось все ее самообладание, чтобы не ударить нахала.

— Если ты считаешь, что я буду прыгать в постель твоего брата каждый раз, как только ты отвернешься, то тебе лучше сразу оставить идею бракосочетания, даже фиктивного.

Квентин вздрогнул, закрыл глаза и нервно потер лоб.

— Нет, я так не считаю, — произнес он хриплым голосом.

Каролайн нахмурила брови.

— Так почему же ты врываешься сюда и обвиняешь меня во всех смертных грехах?

Он отвел взгляд.

— Мой брат — настоящий ловелас...

Керри не смогла удержаться от смеха.

— Чья бы корова мычала!

— Сейчас речь не обо мне! Джастин может показаться очень милым и обходительным, но в душе он просто коллекционер женских сердец. И ты сейчас представляешь собой настоящий лакомый кусочек для него. — Он провел рукой по волосам. — Да и какой нормальный мужчина сможет устоять? — раздраженным голосом закончил Квин, сжимая руку в кулак.

Боже, да за кого он ее принимает? Наверняка считает, что раз она тает от одного его взгляда, то точно так же ведет себя и с другими мужчинами. Но в следующую секунду до нее дошел смысл его последнего высказывания.

— Ты ревнуешь?.. — прошептала она.

Квентин отвернулся. Керри приготовилась выслушать унизительную тираду о том, как она себе льстит. Затем он снова посмотрел прямо ей в глаза.

— А как мне не ревновать? — Его пальцы до боли впились в ее руки выше локтей. — Клаффы никогда не делили своих женщин с другими мужчинами. И я - из их рода.

— То есть я?..

— Ты - моя жена. Значит, только моя женщина.

Керри вдруг пронзило острое желание, и колени стали ватными. Такая реакция противоречила ее принципам.

Женщина — не собственность! — заявляла она не раз зарвавшимся ухажерам и до сих пор свято верила в это.

Перед глазами Каролайн вновь пронеслись все мамины «дяди», которых они с Мэттом терпеть не могли, и ее охватила паника: она не хочет копировать свою мать!

— Я еще пока не твоя жена.

— Не провоцируй меня, милая...

Вдруг его голос потеплел, а в глазах заплясали веселые чертики. Керри стало стыдно за нелепые обобщения и притянутые за уши стереотипы. В отличие от других Квентин всегда умел разрядить обстановку шуткой. Да и когда он разговаривал с ней не на равных?

— Ну почему ты такой кусачий?

Вдруг слезы, которые она сдерживала, вырвались на волю и покатились по щекам.

— Прими все, как есть, — глухим голосом предложил он.

От этого голоса Керри затрепетала. Веки непроизвольно опустились, прикрыв глаза, Очень медленно Квин слизал языком маленькую блуждающую слезинку, и женщина неровно вздохнула.

— Люблю твой вкус. — Он прислонился щекой к се лбу. — Ты плачешь?

— Уже нет, — прошептала Каролайн и потерлась щекой о его ладонь.

— Но плакала! - вздохнул он.

Как объяснить ему настоящую причину? И Керри сказала первое, что пришло на ум.

— Да, потому что тебе... не понравилась моя прическа.

Она скорее почувствовала, чем услышала, как Квин засмеялся над такой ребяческой жалобой.

— Не то, чтобы она мне не понравилась, — поправил он, пропуская одну прядь сквозь пальцы. — Просто я обожаю зарываться лицом в твои мягкие шелковистые волосы, а не слепленные лаком.

Он прислонил ее голову к своему плечу. Каролайн обвила руками его талию, впитывая в себя силу его упругого тела.