Читать книгу - "Наследие роз - Таисия Роуз"

сменило, казалось, всю палитру эмоций перед тем, как остановиться на расслабленной улыбке.

– Кхм, ну и вопросы. Я бы в первую очередь спросил, не знаю, ну, про несущую свет, что ли, – эта реплика была, как нож в спину. Да уж, несмотря на свою наивность, упрекать Оскар умел неплохо. – Обычно питаются. Высшим требуется энергия чаще, но им и раздобыть ее легче. Подошел к человеку, поздоровался с ним за руку и уже насытился энергией. Главное – тактильный контакт. Чем его больше, тем и энергии, соответственно, тоже. Но, понятное дело, такое в обычной обстановке не сделаешь. Как минимум из-за того, что у энергетических вампиров глаза становятся другого цвета, такие вот, два ярко-желтых фонаря. Для этого есть специально отведенные места.

Я неловко помялась на месте: не зная всех этих тонкостей, а точнее, легкости пропитания светлых, я спокойно позволяла трогать себя всем кому не лень. И хоть Оскар и говорил только о высших, мне стало не по себе. Кристиан хватал меня за руку несчетное количество раз, в лесу мы вообще друг от друга не отлипали, а учитывая неприязнь Роспонда ко мне, он уже давно мог полакомиться свежей энергией. Заслышав часть про глаза, я заметно расслабилась. Изменений радужки мною замечено не было, разве что у Драгомира.

– Вот ведь черт! – выругалась, после того как ко мне пришло озарение. У Александра-то глаза стали черными, даже белок. Может, темно-синими, но точно не желтыми.

– А? – удивился Оскар, сомкнув брови к переносице. – Чего?

– Да ничего. – Мне очень хотелось расспросить об этом своего нового знакомого, но я понимала, что таким образом пришлось бы рассказать и о нашем с Александром «сговоре».

Решая быстро сменить тему, в голове я сформулировала вопрос про питание у обычных, не высших светлых и гиповампов, вот только Оскар совсем неуместно перевел взгляд на журнал, который я все еще держала в руках.

– Тебе нравится мистер Драгомир? – спросил Оскар, с интересом вглядываясь в текст. – Хотя ты ж несущая свет, как он тебе может не нравиться.

Я отложила журнал обратно на стол и вопросительно на него посмотрела:

– В смысле, как он мне может не нравиться?

Фей игриво заиграл бровями, заставляя чувствовать меня крайне неловко. То есть, по его мнению, я должна в любом случае любить Александра? Ну уж нет. Как бы там на него не реагировало мое тело, душа, сердце… Ах! В общем, я ни за что не позволю себе влюбиться в человека, которого видела один раз в жизни. Максимум могу посчитать его симпатичным и крайне загадочным.

– Ну, по пророчеству же Ксандр и Серафина любили друг друга, значит, и их потомки тоже будут. – Оправдание звучало крайне наивно, впрочем, Оскар и сам казался мне большим ребенком. – Хотя я бы советовал держаться подальше от мистера Драгомира, при всем моем уважении к нему.

– Чего это?

То есть вначале Оскар открыто заявил, что мне обязан нравиться Александр, а теперь утверждал о том, что мне не стоит с ним общаться. Просто чудесно. В этом логики было даже меньше, чем в болтовне Иренки, когда она начинала в очередной раз гневно распекать редактора с работы.

– Мама хоть и сама умеет быть стервой, – он недовольно закатил глаза, будто прочувствовал это на собственной шкуре, – но она отлично разбирается в людях. Мистера Драгомира она терпеть не может. Правда, я подозреваю, что эта неприязнь имеет личный мотив. – Оскар улыбнулся, слегка смущенно потирая руки друг о друга. – Представляешь, давно уже ходит слушок, что когда-то давно мама была с Александром в отношениях или типа того, и он как-то с ней плохо поступил.

Я удивленно на него взглянула, раскрыв рот в форме буквы «О». Нет, я не претендовала на место избранницы Александра, однако сам факт, что добрая фея из сказки и потомок главного героя, который, по идее, был влюблен в Серафину, когда-то встречались, сильно меня покоробил. Чувство, образовавшееся внутри меня, было похоже на то, когда узнаешь, что Санта-Клауса не существует и на самом деле все эти годы подарки покупали родители, а не добрый старик в красно-белой шубе. Полное разочарование и первая перестановка собственных приоритетов.

– В любом случае это просто сплетни, – заверил меня Оскар, замечая, что я заметно побледнела. – Но мистер Драгомир все равно очень мутный. Я бы его остерегался.

То, что с Александром что-то не так, я понимала и без помощи сына Тианы. Но это не мешало мне желать поскорее выяснить, в чем именно дело. Особенно учитывая, что прошлое «мистера Драгомира» тем или иным боком связано с моей бабулей.

Решая отложить журнал куда подальше, я принялась разглядывать красивое изумрудное пламя, почти выходящее за пределы камина. От плавного тиканья часов и абсолютной тишины, нарушаемой лишь редкими вопросами Оскара насчет повседневной людской жизни, ужасно клонило в сон. Одновременно с этим в мою душу закралась тревога. Идти в зал, наполненный различными чудаковатыми существами, страшно не хотелось. Я уже представляла, как от дюжины глаз, обращенных в мою сторону, начнут потеть ладошки.

– Как думаешь, если я сбегу – меня поймают?

– А?.. – вопрос застал меня врасплох.

У Оскара была до жути запоминающаяся внешность, поэтому – даже если он и попытается скрыться среди массы польских подростков – его быстро обнаружат. Другой момент был в том, что я совершенно не знала этого парня и из-за этого не могла даже предположить, на что он способен.

От ответа мне удалось увернуться – в «зал ожидания» зашел Розальд, еще более вспотевший, чем обычно.

– Цветочек мой, пора, – одним шагом, похожим, скорее, на прыжок, он обошел диван и подал мне руку.

Да уж, ласточка, цветочек. Неужели он со всеми так обращается?

– Еще встретимся, Тереса Ясецкая! – закопошился Оскар, одарив меня на прощание широкой улыбкой.

– Наверное… – неоднозначно произнесла вдогонку, перед тем как окончательно сменить локацию на коридор.

Я не была уверена в том, что желала увидеть его еще. Да и не представляла, как это будет возможно, с учетом того, что сейчас я изъявлю свое желание вернуться домой, в обычную жизнь.

На этот раз Розальд напряженно молчал. Фей шел торопливо, нервно, будто что-то сильно его беспокоило. И что они обсуждали на этом своем заседании, что даже столь эксцентричный и взбалмошный фей в мгновение поменялся? Ответа я, скорее всего, не узнаю, учитывая всю секретность их переговоров.

Наконец, я заприметила уже знакомую мне картину и лифт, которые подтверждали догадки о том, что мы вернулись в самый первый коридор. Чуть левее передо мной обнаружилась высоченная залакированная