Читать книгу - "Драконье золото - Марина Эльденберт"

самой волосы на голове шевелились от такой перспективы, Базиль, кажется, тоже был от нее не в восторге. Потому что сейчас он поморщился:

— Я уверен, что мои братья не станут делать ничего против твоей воли…

— Как они не сделали, когда надели на меня эти браслеты?

Он вздохнул.

— Адарен руководствовался соображениями твоей безопасности и репутации.

— И собственной репутации, — разозлилась я.

Почему-то именно на Адарена было легко злиться, я вообще заводилась как артефакт ускорения, за пару секунд.

— Он старший, он с детства думает обо всем этом. После смерти отца и матери, он фактически воспитывал нас. Поэтому… да. Временами ему приходится принимать непростые решения, но он никогда не сделает девушку своей против ее воли. Как и Верт. И если ты скажешь, что хочешь только меня… — Базиль хитро прищурился. — Все так и будет.

Каков наглец, а?

Впрочем, я уже поняла, что в этой игре с сильными мужчинами напором и просьбами мне не выиграть, а значит, остается только хитрость, которой я училась безо всяких уроков и книжек буквально на глазах.

— Спасибо за то, что пообещал не выдавать меня Адарену, — прошептала я, касаясь губами его щеки. — И за то, что позволил пообщаться с Электрой и Стеллой. Для меня это очень важно.

— Я счастлив, что мне удалось тебя порадовать, золотко. Все для тебя.

Базиль усмехнулся, явно считая, что эта шахматная партия у него в кармане. А я сделала совершенно невинный вид и уставилась в окно, тем более, что мы уже подъезжали к особняку Верресов.

Глава 29.

Базиль выполнил свое обещание и не рассказал братьям, где мы были. Вернее, когда Адарен по-звериному повел носом по воздуху и поинтересовался, почему на моей коже аромат Верреса-среднего, тот ответил, что мы просто ходили на прогулку. Я подтвердила слова Базиля легким кивком головы и ретировалась в свою комнату.

Теперь, когда я точно знала, что поступила, а еще, что без списка Стеллы мы с девочками не можем продолжить наше расследование, я искренне считала, что пока могу расслабиться и взять передышку. Но не тут-то было! На следующий день ко мне приехала портниха со своими ассистентками — для примерки платья для помолвки.

После того, как я оказалась в особняке Верресов, Адарен нанял портниху для того, чтобы мне сшили гардероб, достойный невесты герцога. Мои робкие возражения, что в доме тети Клэр у меня остался собственный гардероб, просто проигнорировали и заказали мне много одежды. К счастью, братья доверили выбор в этом вопросе мне. К счастью, потому что Адарен наверняка запаковал бы меня по самый нос, а Базиль наоборот обнажил бы так, что это было уже неприлично.

Портниху с шоколадными кудряшками, смуглой кожей и вздернутым маленьким носом звали Опал Делемонт, и она одевала саму королеву. Я опасалась, что она будет вести себя высокомерно или что-то в этом роде, но ни в первый раз, когда ассистенты под зорким взглядом мисс Делемонт снимали с меня мерки, а после мы вместе выбирали ткани, ни в последующие ее визиты, Опал ни словом ни жестом не показала своего пренебрежения. Она лишь попросила называть ее по имени и осыпала комплиментами мою внешность.

— Какие у вас прекрасные волосы! А кожа! У меня есть новый шелк, который подойдет к цвету ваших глаз! На него облизывается графиня Уиндем, но ей он совершенно не подходит, делает лицо землистым. А вот вы, мисс Шотторн — другое дело. Ваша кожа словно лепестки персикового дерева во время цветения в королевском саду! Вместе мы создадим для вас настоящий модный шедевр!

Базиль все время говорил, какая я хорошенькая, Верт тоже заявлял что-то подобное, но услышать подобный комплимент от другой женщины было особенно ценно и лестно. Опал не показала мне тогда знаменитый шелк, создала для меня повседневную одежду, которая оказалась гораздо лучшего качества, чем тетина. Но сегодня я впервые увидела платье и согласилась со всеми ее словами.

Мисс Делемонт удалось создать свой шедевр, платье из изумрудного шелка для моей помолвки с драконами было настолько роскошным, что захватывало дух. Но ей удалось не просто сделать платье красивым, а как-то подчеркнуть все достоинства моей внешности, чтобы в этом платье была красивой я. Уверенной в себе, блистательной леди. Мне даже открытые плечи фасона платья понравились, хотя тетя бы такое не одобрила. Я словно больше не была Айрис Шотторн.

Я была Айрис Веррес. Почти Веррес.

— Не нравится? — поинтересовалась у меня Опал.

— Платье божественно, — призналась я. — И я в нем просто принцесса. Все прекрасно!

Под подозрительным взглядом портнихи я через силу улыбнулась. Не говорить же ей, что я по-другому представляла свою помолвку? С одним мужчиной, а не с тремя.

— На вашу свадьбу я придумаю что-то более экстравагантное и уникальное! — с вызовом заявила мисс Делемонт. — С вашими данными вы сможете стать иконой стиля.

Свадьба. Я не знала, когда она состоится, но точно знала, что к алтарю пойду лишь с одним Верресом.

Я сделаю все, чтобы снять проклятие с братьев до начала своей семейной жизни. Чьей бы истинной я в итоге ни оказалась.

Если бы совсем честной с собой, я сама не знала, кого из Верресов хочу видеть у того самого алтаря. В настоящий момент — никого. Но сейчас, когда я спускалась по лестнице, облаченная в изумрудный шелк, мне предстояло официально стать их невестой. Невестой для троих.

Я замерла перед зеркалом в пол на площадке между этажами и всмотрелась в собственное отражение. Моя новая горничная, Элла, завила мне локоны и уложила их в изящную прическу, украсив ее заколками из изумрудов и бриллиантов. Тонкое, но безумно дорогое даже на вид колье бриллиантовой каплей стекало в ложбинку груди. Капельки поменьше украсили мои уши. Верресы прислали драгоценности сегодня утром, к моему образу, но я не знала, отчитывается ли перед ними Опал. Знают ли они, какой я буду сегодня?

В отражении была словно не я. Или другая я. Та, что лучше, красивее, неотразимее. Хотя на последнем эпитете у меня вырвался нервный смешок, потому что в зеркале-то я отражалась. Я вообще жутко волновалась, но при этом предпочитала встречаться лицом к лицу со своими страхами, чем поддаваться им.

Впрочем, отлипнув от зеркала, я сделала шаг в сторону лестницы и замерла на верхней ступеньке. Потому что все пространство бальной залы, распростершейся