Читать книгу - "Полуночные признания - Дж. Л. Кенна"

знаю, что он – веселый, щедрый и иногда даже милый мудак.

— Мне нравится то, как ты ешь, — говорит он, касаясь коленом моего.

— Мне тоже понравилось, как ты ел.

Я что, только что это сказала?! Да, черт возьми, сказала!

— Нельзя говорить такое, если не хочешь, чтобы я отнес тебя в душ и трахнул так, что тебе понадобится подушка-пончик42 на следующую неделю.

Дрожь прокатывается по телу, и, боже, изо всех сил стараюсь это скрыть. Но Алек – лев, чувствующий страх и желание, и я на его прицеле. Он знает, что я стою на шаткой почве. Знает, что моя решимость положить конец нашим отношениям слаба.

— Я... я уже помылась, — мой единственный ответ.

Уже помылась? Точно не в себе.

Алек смеется, убирает ногу и встает. С каждым его шагом чувствую, как он отдаляется, и мне это не нравится.

— Я пойду в душ, — ухмыляется. — Один, видимо. Не ешь мой омлет, если не успею вернуться.

— Не волнуйся. Только не проси оставить тебе мороженое.

— Не надо. Вчера получил достаточно сладкого, когда ел твою киску, — бросает он на ходу, скрываясь в ванной.

Призрак Джейн Остин, помоги мне.

Глава 13

Распахиваю дверь перед Уинтер, и мы входим в зал, готовые встретиться с фотографом Престона и Сондры. Помещение украшено для другой свадьбы, и, если честно, это чертовски отвратительное зрелище. Всё залито розовым. Глубокие розовые скатерти, стулья в мягких розовых чехлах, кружевные ткани бледно-розового оттенка, кажущиеся почти белыми, драпируют каждую поверхность. Розовый, розовый, гребаный розовый.

Мерзость.

Единственное, что спасает этот свадебный ад – букеты розовых роз на столах. Что-то в этих нежных полураспустившихся бутонах напоминает прелестную киску Уинтер.

Я не самый романтичный мужчина на свете, и обычно мне плевать на ту, кого уже трахнул. Но Уинтер не выходит у меня из головы с тех пор, как утонул в ней лицом настолько глубоко, что, кажется, умер от удушья, а потом воскрес с одержимостью ее вкусом. Теперь не просто хочу «разок переспать и бросить» – мне необходимо трахать ее снова и снова, пока член не отвалится.

Эй, может, я расту как личность… Или просто потому что еще не получил Уинтер по-настоящему. Не в нужном мне смысле. И это тревожное осознание. Даже не трахал ее, а уже зациклен на ней. Сравниваю ее киску с бутонами роз… Думаю о ней настолько часто и много, что сам превращаюсь в киску.

Так или иначе, мне нужно выкинуть эти мысли из головы, пока член не встал полностью за секунды до встречи с фотографом.

Признаюсь, Уинтер зацепила. Она не заслуживает моего обычного отстраненного обращения, даже если я честен в своих намерениях. И даже если готов нарушить правило «никаких повторов» ради нее, всё равно всё закончится сразу после этой свадьбы. Поэтому почти ничего не сказал, когда она заявила, что мы закончили.

Мне всё равно. Да, придется занять чем-нибудь член, чтобы пережить эту свадьбу. Буду стоять на своем – никаких женщин в номере, потому что не отступаю от договоренностей. Но это большой курорт, а я не против эксгибиционизма43 – это весело, но только по взаимному согласию.

— Может, они на улице? Веранда здесь прекрасная. Хотя, возможно, не в таком количестве розового, — Уинтер морщит свой милый носик.

— А какой была бы твоя свадьба? — спрашиваю, пока мы медленно пробираемся между столами к выходу на веранду.

— Не думаю, что когда-нибудь выйду замуж. Но уж точно не так.

Любопытство берет верх: — Почему ты не выйдешь замуж?

Потому что твой бывший доказал то, что ты и так знала: люди дерьмо, и никому нельзя доверять?

— Не знаю, — она бросает на меня взгляд своих оленьих глаз через плечо. — Может, потому что люди – дерьмо.

Ха! Уинтер Соммерс, вылезай из моей головы, ты мелкая хитрюга. Если бы она не держала меня в состоянии ярости и сексуальной комы, мог бы подумать, что она – моя вторая половинка. Жаль, что первое – правда.

Уинтер распахивает французские двери на веранду, и перед нами открывается вид столь же отвратительный, как и внутри. Розовые ткани накинуты на каждый стул, обвивают колонны с огромными вазами тех самых роз, напоминающих киску Уинтер. А пергола44… О боже, каждый ее сантиметр обернут тюлем темно и светло-розового оттенков.

Моя мать как бывший дизайнер интерьеров с первого взгляда приказала бы снести это место нахуй.

— Мистер Фокс, мисс Соммерс, спасибо, что нашли время встретиться со мной. Я Виктория Уэст. Проверка освещения будет быстрой и безболезненной.

Высокая стройная женщина с седыми волосами, заплетенными в косу до колен, – наш фотограф. Их фотограф! Фотограф Престона и Сондры. Черт, сам бы себе дал по яйцам, если бы мог.

— Знаю, что цвета мисс Бозе совсем другие, поэтому постарайтесь абстрагироваться. Я позвала вас сюда, потому что свадьба будет проходить и оформлена здесь точно так же, если только вы не считаете, что другой вид подойдет лучше и нам стоит сменить место.

— О боже, нет, — быстро подхватывает Уинтер. — Вид потрясающий. Она будет в восторге.

— Прекрасно. Я назначила встречу на закате, потому что во время церемонии солнце будет садиться прямо за ними. Будет прекрасно.

Виктория окидывает нас взглядом с ног до головы: — Вы примерно одного роста с Престоном и Сондрой?

— Я почти такого же роста, как Сондра…

— А я, наверное, на дюйм выше Престона.

— Хорошо. Не могли бы вы встать у алтаря лицом друг к другу? Использую вас как манекенов. Сделаю снимки, чтобы в день свадьбы уже точно знать, как всё расставить. Тогда не придется отвлекать жениха и невесту. Их «да» должно прозвучать ровно на закате, поэтому тайминг для удачных кадров критичен.

Уинтер бросает на меня неуверенный взгляд. Ситуация странная. Весь день мы ходим вокруг до около. К счастью, мне комфортно в ее обществе, и, думаю, ей тоже. Но мы оба осторожничаем, чтобы не будить зверя.

Зверя? Невыносимое сексуальное напряжение между нами, скажем прямо. Признаю, было плохой идеей переводить наши отношения на новый уровень, но какого черта – я не мог остановиться. Когда Уинтер расслабляется, она безупречна. А прошлой ночью она пробудила во мне желания, о которых даже не подозревал.

Мы