Читать книгу - "Золото влюбленных - Кэт Мартин"

— Спокойной ночи, Чак, — сказала она, подставляя губы для поцелуя. Его рот властно завладел ее губами, и Чак крепко прижал девушку к себе. В этом объятии не было и намека на нежность. Он мял ее, как вещь. Илейн вырвалась, поблагодарила жениха за вечер и попыталась скрыться в своей комнате. Чак преградил ей путь.

— Не сегодня вечером, Илейн. Я ждал слишком долго.

Ей стало страшно.

— Мы еще не женаты, Чак.

— Я устал от твоих выдумок. Пора показать тебе, чья ты собственность. — Он втолкнул ее в комнату, закрыл за собой дверь и повернул ключ в замке.

— Собственность? Собственность? Я ни твоя собственность и ни чья! Убирайся, Чак, иначе я закричу.

Чак только ухмыльнулся.

— Давай. И кто тебя услышит? Здесь, наверху, только Морган и старик Фарлей. Фарлей плохо слышит. Морган — наш человек. Он не дурак. Он не станет впутываться в семейные дела.

Илейн с трудом проглотила слюну. Она растерялась. Она может закричать. Морган, возможно, придет, а возможно, нет. Неужели придется позволить Даусону заняться с ней любовью? Когда-то ведь придется. Если она уступит сейчас, это, может быть, позволит забыть Моргана, это поможет думать ей о Чаке как о будущем муже. Он надвигался на нее.

Внезапно Илейн решила: стоит попробовать.

Морган чувствовал себя уставшим. Это был трудный вечер, и он знал, почему. Быть рядом с Илейн Мак-Элистер, видеть ее с Даусоном казалось ему бесконечной пыткой. Он пришел в комнату, чтоб забыть о происходящем, постараться отдохнуть, но до сих пор не мог уснуть. Он стащил пиджак, жилет и рубашку и растянулся на кровати в ботинках и брюках. Он немного почитал и уже начал дремать, когда услышал шум в соседней комнате. Имея многолетнюю привычку быть начеку, он некоторое время прислушивался, приподняв голову.

Решив уступить Чаку и его романтическому наступлению, Илейн застыла. Не обращая внимания на ее чувства, он грубо схватил ее и поцеловал мокрыми неуклюжими губами. Она почувствовала сильный запах виски и едкий вкус сигар. Положив ладони ей на грудь, Чак начал грубо мять их через легкую шелковую ткань платья. Илейн испытала приступ тошноты и раздражения. Она немного отвернулась и всхлипнула. Чак неправильно понял ее и принял это за страстный стон.

— Я знал, что ты этого хотела, сука, — неразборчиво пробормотал он ей на ухо. — Под этими красивыми нижними юбками вы все одинаковы.

Эти слова разбили ее прежнее решение. Илейн начала яростно сопротивляться, тщетно упираясь ему в грудь.

Чак крепко держал ее.

— Итак, теперь ты хочешь поиграть? — издевался он. По-волчьи оскалив зубы, он кисло дышал девушке в лицо. — Ничто на свете мне так не нравится.

Он грубо сцепил ее руки за спиной, и Илейн почувствовала страшную боль, как при вывихе.

— Чак, пожалуйста, я не могу, — умоляла она. — Отпусти меня.

Ответом Чака была грубость. Он схватился за вырез платья вместе с сорочкой и сорвал одежду, до пояса обнажив растерявшуюся девушку. Полные груди Илейн выпали из корсета. Ее душили слезы. Доведенная до отчаяния, она сумела вырвать свои руки и начала дико молотить ими по груди Чака.

Чак хохотал как одержимый.

— А я боялся, что ты не окажешь мне достойного сопротивления! — Он снова поймал ее руки, но ей удалось освободиться.

Встав уверенно на ноги, Илейн сжала изящные пальцы в кулак и с силой ударила Чака по лицу. А потом бросилась к двери. Чак преградил ей путь. Улыбка исчезла. Из длинной узкой раны на щеке текла кровь: бриллиант на обручальном кольце поцарапал лицо.

— Это твоя вторая ошибка за вечер. Первую ты совершила, когда строила глазки Моргану.

Чак схватил ее за запястье и больно ударил по лицу. После второго удара Илейн почувствовала слезы и вкус крови на губах. Она увидела дикий взгляд Чака и, наконец, закричала.

Она все кричала, кричала, кричала…

Морган взял свой кольт и через секунду был на ногах. Он выбежал в холл, взвел курок большого револьвера 45-го калибра, из предосторожности подняв его дулом вверх, и прислушался к происходящему в соседней комнате. Дверь комнаты Илейн была заперта, и крики прекратились, но он поднял ногу в тяжелом ботинке и одним махом разбил защелку. Дверь широко распахнулась, громко ударившись о стену. Звуки тяжело дышавшего человека наполняли комнату.

— Убирайся отсюда, Морган. Это тебя не касается.

Только свет из коридора освещал комнату, но Морган узнал визгливый голос Даусона. Когда глаза привыкли к темноте, Морган разглядел происходящее.

Даусон всем телом прижал лежавшую на узкой кровати Илейн. Ее платье было разорвано до пояса, а юбка задрана. В темноте белели длинные стройные ноги. Ее каштановые волосы растрепались, отдельные влажные локоны прилипли к шее и груди. Рука Даусона лежала на соске и мяла нежное тело. Он делал это почти преднамеренно, на глазах у Моргана.

Когда за окном вспыхнул свет, Морган увидел уродливый красный синяк, начинавший темнеть под глазом Илейн, и струйку крови в уголке губ. Слезы текли по ее щекам. Ее золотистые глаза были глазами испуганной самки.

Моргану стоило больших усилий сдерживать себя.

— Отпусти ее, Даусон. Она тебе пока что не жена.

— Ты совершаешь большую ошибку, Морган. Ты работаешь на нас, верно?

Илейн дрожала, пытаясь сбросить тяжелое, душившее ее тело Чака. Она чувствовала, как его тонкие пальцы впились в нежную кожу ее левого плеча. Его вторая рука мучила грудь, и девушка покраснела от унижения.

— Убери револьвер, Морган, — потребовал Чак.

— Отпусти ее, — угрожающе сказал Морган, отворачиваясь влево от яркого света из коридора.

— Храбрец, да? Смелый, пока оружие в руках.

Похоже, слова Даусона исчерпали терпение Моргана. Он медленно положил кольт на стул.

— Хорошо, Даусон. Теперь только ты и я.

— Я тебе уже сказал, — начал Даусон, — она моя. Я буду рассматривать ее, как захочу. — И в доказательство своих слов, он скользнул рукой по бедру девушки и сжал ягодицы.

Илейн почувствовала, как краска стыда заливает лицо, и тихо заплакала. Через пелену слез она видела холодный, жестокий взгляд Моргана. А потом он озверел…

Морган рванулся через комнату — его движение было почти неуловимым — и руки Чака отпустили Илейн. Она облегченно вздохнула полной грудью, когда Морган снял с нее Даусона.

Он ударил Чака по лицу так сильно, что стали видны напрягшиеся на обнаженном торсе мышцы. Илейн вскрикнула, когда Чак рухнул на пол, свалив при этом голубую фарфоровую вазу со стоявшей рядом с кроватью тумбочки. Ваза упала и разбилась вдребезги. Окончательно протрезвев, Чак угрожающе замахнулся. Морган оттолкнул осколок стекла и поднял Чака на ноги. Он бил его снова и снова, а тот только раскачивался и немного отступал. Потом Чаку удалось прийти в себя, и он сильно ударил Моргана в живот и в челюсть. Морган пошатнулся, опускаясь на раненое плечо. Он застонал, закусив от боли губу, но сумел удержаться на ногах, сохранив равновесие. И тут он ударил правой и попал Чаку прямо в подбородок, а левой угодил противнику в живот. Тяжелый кулак свалил Даусона с ног. Чак рухнул на стул, который тут же под ним развалился, и Даусон растянулся на осколках вазы. Кровь текла с его щеки и из носа, а губы распухли и кровоточили.