Читать книгу - "Хозяйка гостиницы, или Драконам вход воспрещен! - Алана Алдар"

я не позволил, выпрямился и сжал зубы на ее шее, закрепляя свое право на обладание этой женщиной. С сегодняшнего дня и на всю жизнь.

Она вскрикнула, скорее от удовольствия, чем от боли. Я ощутил во рту привкус крови и слизнул несколько капель с раны, ловя пальцами последние, мягкие отголоски ее удовольствия.

Прическа ее растрепалась, глаза помутнели, затянутые вязкой поволокой расслабленной безмятежности. Я поднял ее на руки и понес в спальню, не желая отказывать себе в продолжении и своей порции сладкого удовольствия от обладания своей парой.

— На понятном тебе языке это была всего лишь закуска, если что, — пообещал я ей, опуская на кровать и зажав бедра коленями с двух сторон. — Поздно бежать, Рокси. Теперь ты моя. На всю жизнь.

Глава 25

Рок

Конечно я сбежала… в душ!

И теперь, стоя под горячими струями воды все пыталась привести в порядок не столько тело, сколько мысли. Те разбежались, как тараканы при свете, и никак не хотели возвращаться в стройные ряды!

Вода текла по плечам, смывая доказательства нашей близости и моей невинности, но вряд ли ей удасться смыть ощущение его рук на моей коже, его губ, его языка…

— Звезды и бездна, — пробормотала я, чувствуя, как щеки снова полыхают румянцем. — Ну надо же было так влипнуть…

Хотя, если быть честной с собой… а куда деваться, когда стоишь голая в собственной ванне и некому врать, кроме себя самой, выбора у меня не было с самого начала. С того момента, как этот наглый драконище появился на пороге моего санатория и заявил: «Выходи за меня замуж».

— Целеустремленный какой… — шипела я, водя мягкой губкой по внутренней стороне бедер и краснея пуще прежнего.

Но опять же, хотя бы через рот пытался все выяснить! Дал свои предложения, озвучил условия, объяснил ситуацию. Мог ведь просто схватить, закинуть на плечо и утащить в драконье логово, как делают эти ящеры в книжках Агаты. Но нет, господин Штайн оказался джентльменом. Правда, джентльменом с очень конкретными намерениями и весьма убедительными аргументами.

Я потерла лицо руками, пытаясь согнать предательский румянец, вспоминая как он через рот все выяснял, обьяснял и озвучил, вернее, озвучила как раз, своим стоном…

— Ладно, Рок, давай по порядку, — пробормотала наливая на ладонь душистое мыло. — Факт первый: ты беглая верхняя, уже плохо, совсем. Второе — ты попаданка… вообще катастрофа! Попаданка верхняя… Звучит почти как «принцесса на горошине», только горошина размером с тыкву.

Я намылила волосы, массируя кожу головы и пытаясь одновременно массировать мозги, чтобы те наконец заработали нормально.

Никто бы меня больше не выпустил из цепких лап рода Штайнов. Даже если бы Себастиан вдруг передумал и улетел восвояси, пришел бы Маркус, а за ним — их отец… А за ним весь безднов Комитет учета иномирных переселенцев со всеми своими инспекциями, допросами и прочими королевскими судами и приговорами.

Меня бы запихали в пансион для благородных девиц быстрее, чем я успела бы сказать «но я же уже взрослая». И там… звезды знают, что там творится за высокими стенами, но судя по тому, как все верхние девушки боятся туда попасть, ничего хорошего.

А потом все равно выдали бы замуж за кого-нибудь из Штайнов. Или за другого дракона, если бы Штайны решили не связываться с беглянкой.

Только без выбора и переговоров, а просто: «Вот твой муж, живи с ним и рожай драконят по расписанию».

Я вылила на голову ушат воды, смывая пену, и вместе с ней попыталась смыть горечь этих мыслей.

— Так что давай честно, Рокси, — строго сказала я своему отражению в запотевшем зеркале напротив. — Себастиан Штайн не худший вариант, это, пожалуй, самый лучший вариант из всех мужиков в их семье!

Он молод, красив, чего уж там скрывать. Сильный магически, умный… хотя и наглый до невозможности! Но, в противовес умеет готовить, может починить мебель собственными руками, играет в снежки с детьми и разговаривает с простыми людьми без этого аристократического задирания носа!

И главное — он хотя бы попытался договориться. Предложил условия, которые… которые, если честно, были довольно щедрыми. Санаторий остается моим, документально закрепленным. Я смогу его посещать, управлять через кого-то надежного…

Маша справится, а если что и Тихон поможет, ну и Никита…

При мысли о леснике что-то неприятно кольнуло в груди. Он ведь сказал, что «упустил». Значит, были планы, надежды, может быть.

— Прости, медвежонок, — пробормотала я воде. — Но у меня действительно не было выбора.

Я выключила воду и потянулась за полотенцем, кутаясь в мягкую ткань и мои мысли снова понеслись вскачь, как необъезженные лошади, стоило только подумать, что мой драконище все еще у меня в спальне, лежит на моей кровати… воспоминания не хотели останавливаться и вновь подкинули подробности того, что он делал со мной… И не один раз! Я даже сбилась со счета после третьего, потому что мозг отключился, а тело предательски решило, что это лучшее, что с ним происходило за всю жизнь.

Мне понравилось.

Очень понравилось.

Я натянула чистый халат, другой, не тот, который… ну, который остался там, в спальне, вместе с остатками моего здравомыслия и девственности.

Девственности…

Я замерла, прислонившись лбом к прохладной стене.

Значит, всё… Теперь точно всё. Обратного пути нет. Метка на шее, его укус уже начавший заживать, но всё ещё чувствительный — вечное клеймо принадлежности. «Собственность Себастиана Штайна, не трогать».

Хотя, если честно, метка была наименее шокирующей частью всего этого… мероприятия.

Я-то думала, судя по книжкам Агаты, что будет поцелуй. Романтичный такой, а потом деловой кусь в шею — раз, и готово, теперь вы пара. Может, немного крови, драматичный вскрик…

А оно вон чо!

Драконы вообще сплошь извращенцы! Все эти их… языки, и руки, и… И книжки Агаты оказались не очень-то и правдимы! Теперь я буду читать их совсем по-другому!

«Герцог притянул графиню к себе и жарко прошептал…» — ага, теперь я знаю, что именно он прошептал и что потом сделал! И как графиня «таяла в его объятиях» — тоже понимаю! Потому что сама, блин, растаяла! Несколько раз!

Я снова почувствовала, как предательское тепло разливается по телу при воспоминаниях, как проходиться истомой и новым желанием концентрируясь внизу живота, как…

— Рокси, соберись, — строго приказала себе. — Ты взрослая женщина и только что приняла, возможно, самое важное решение в своей жизни. Нечего плыть только от одной мысли об этом ящере! Пора выходить и… и что? Продолжить разговор? Обсудить детали свадьбы? Или