Читать книгу - "Ненавижу тебя, Валентин! - Катерина Пелевина"

без провокаций. Просто потому, что захотела. Значит, где-то я наконец повёл себя правильно. Плюс один в мою пользу…

Обнимаю её, притягиваю ближе. Отвечаю на поцелуй… Медленно, бережно, стараясь вложить в него всё, что не смог сказать словами…

Она отстраняется на мгновение, заглядывает в глаза:

— Я подумаю насчёт командировки. Честно. Но только подумаю. Никаких гарантий.

— Этого достаточно, — шепчу я. — Пока достаточно, колючка…

Глава 29

Дана Сапиева

Я провожаю Демьяна до двери. Он смотрит на меня так, будто готов снова напроситься на ночь. Глаза тёмные, губы чуть припухшие после наших долгих поцелуев. И меня к нему так тянет… Я еле держусь. Между нами витает напряжение, такое густое, что его почти можно потрогать. Не знаю, что не так с этим парнем, но меня от него за версту ведёт.

— Завтра я заеду за тобой, — говорит он хрипловато. — Твоя машина ведь осталась у работы…

Боже, как заботливо и внимательно с его стороны. Даже я уже забыла…

— Да, — киваю я, стараясь не улыбаться слишком широко. — Хорошо.

Соглашаюсь, кажется, впервые настолько быстро и спокойно.

Он наклоняется и дарит мне ещё один короткий, обжигающий поцелуй в уголок губ…

— Спи сладко. И ни о чём не думай, колючка.

— Постараюсь, — шепчу в ответ. Не знаю даже, почему позволяю ему себя так называть. Чувство, словно уже привыкла.

Дверь закрывается. Я остаюсь одна. Прислоняюсь к стене, прижимаю пальцы к губам — они всё ещё горят. Внутри столько всего. В первую очередь, ощущение, что рядом был мужик всё это время. Настоящий, дерзкий, знающий цену женщине мужик. А это не может не привлекать. В сравнении с прошлым моим опытом — небо и земля, конечно. Да я даже вспоминать не хочу…

Я наконец иду помыться и переодеться в домашнее…

Чувствую, как тело приятно расслабляется под струями воды… Было бы лучше, если бы он остался? Стараюсь об этом не думать. Давать всё и сразу — глупо. Он и так уже много от меня получил… Пусть теперь проявит терпение. Да и я должна…

В спальне включаю ночник, беру телефон. Мы ещё немного переписываемся с Демьяном — ничего серьёзного, но так по-домашнему, так… нежно. Он присылает смайлик с подмигиванием, я отвечаю гифкой с котиком, который падает с дивана. Мы оба смеёмся в переписке. И я чувствую, как меня к нему тянет. Сильно. Так, что даже страшно. Ведь я привыкла с ним собачиться, а тут… Ну прям, идиллия какая-то.

Ложусь в постель, укрываюсь. Мысли замедляются, веки тяжелеют… И вдруг снова вибрация телефона. Сначала я думаю, что он ещё что-нибудь отправил… Но потом вижу сообщение от бывшего.

Сердце пропускает удар. Потом начинает колотиться так, будто хочет вырваться из груди.

«Давай встретимся, немного поболтаем. Была слишком странная атмосфера, и я не успел позвать».

Ненавижу. Всё во мне сжимается от этой ненависти. Пальцы сами печатают:

«Не пиши мне больше».

Ответ приходит мгновенно.

«Давай хотя бы передам тебе деньги за кредит».

Хмурюсь. Неужели вспомнил, как бросил меня с этой кабалой на шее?!

«Переведи просто и всё, я номер не меняла».

Но он не унимается:

«Лучше лично. Завтра в шесть? В том кафе, где мы всегда…»

Стискиваю зубы. Нет. Ни за что!

«Нет. Переведи деньги. Точка».

Откладываю телефон экраном вниз. Глубоко дышу. Пытаюсь успокоиться. Но тревога уже вцепилась в меня — цепкая, липкая. Даже милые сообщения от Демьяна не могут её полностью заглушить.

И засыпаю с тяжёлым сердцем…

* * *

Утро встречает меня солнечным светом и настойчивой трелью будильника. Быстро собираюсь, сегодня душа не лежит к долгим ритуалам красоты, но всё же наношу лёгкий макияж, расчёсываю волосы, заплетая шишку. В голове сумбур: Демьян, бывший, командировка, неопределённости… Мужики, блин…

Ровно в девять слышу гудок машины из окна. Демьян. Думала, он поднимется, но он решил подождать внизу, как джентльмен.

Выхожу, сажусь рядом. Он улыбается, когда видит меня.

— Доброе утро. Ты прекрасно выглядишь…

— Спасибо, — улыбаюсь в ответ, но улыбка выходит натянутой.

И самое прикольное, что он сразу же замечает, словно чувствует меня. Детектор, блин…

— Что-то не так?

— Почему ты так решил?

— Ну что я, не знаю свою женщину…

«Свою женщину»… Хочется плакать… Обнять и плакать, чёрт возьми…

И я вдруг решаю рассказать. Кратко, без лишних эмоций: про кредит, который я брала для него, про то, как он исчез с деньгами, оставив меня разбираться с долгами в одиночку. И что он вчера снова мне написал…

Демьян слушает внимательно, не перебивает. Лицо при этом пропитано яростью, в глазах — что-то тёмное, почти опасное. Потом он просто берёт меня за руку и тихо говорит:

— Не переживай. Всё будет хорошо. Если ещё раз напишет — дай мне знать просто. И всё. Договорились?

Его уверенность действует на меня успокаивающе. Киваю, благодарно сжимаю его руку.

Мы подъезжаем к офису. Я быстро прощаюсь и убегаю на своё рабочее место — нужно успеть выкатить отчёт до начала планерки. Но не успеваю даже сесть за стол: Аня хватает меня за руку и тянет в сторону уборной. С таким видом, словно сковырнула гнойник…

— Так-так-так, — шипит она заговорщически. — Ты приехала с ним. С самим Разумовским! Признавайся, что между вами?!

Стою перед зеркалом, поправляю блузку. Молчу секунду. Потом глубоко вздыхаю и впервые вслух произношу то, что давно вертится в голове…

— Да-да! Он мне нравится, Аня, ясно?!

Подруга замирает, потом расплывается в широченной улыбке:

— Ну наконец-то! Я же говорила — между вами искры летали ещё с первого дня! Нифига себе!

Я вздыхаю и с ухмылкой мотаю головой, глядя в отражение… Впервые за долгое время чувствую, что, может быть, всё действительно наладится. Но тень бывшего всё ещё где-то рядом, и мне очень неприятно из-за этого…

Глава 30

Демьян Разумовский

Утро начинается с очередного планерного совещания. Я стою у интерактивной доски в конференцзале, кратко обрисовывая задачи на неделю. Голос ровный, уверенный, будто внутри не бурлит вулкан эмоций от того, что я узнал от неё в машине. Ещё как кипит. Я бы нашёл его и втоптал в асфальт после этого. Сучара тупорылый. Узнаю, что преследует её и точно башку отвинчу, нахрен. Слова вылетают из меня привычно остро и сосредоточено. Я нарезаю задачи, ставлю сроки, а сам… Сам матерюсь внутри так, что хочется убивать…

Краем глаза я всё равно ловлю её в фокус. Дана сидит прямо передо мной, слушает внимательно, точнее,