Читать книгу - "Джокеры, или Экспозиция: Родиться надо богиней. Месть богини. Буря приключений - Юлия Алексеевна Фирсанова"

не пекло вездесущее солнце, а может быть, из-за особенностей строения здания, его толстых, более полуметра, стен. Но воздух замка не был свеж. Пахло пылью и затхлостью.

Принцесса слегка поморщилась. Мелиор ответил ей понимающим взглядом. Впрочем, жажда исследований уже проникла в кровь богов, и они почти сразу перестали обращать внимание на мелкие неудобства. К тому же по сравнению с массовой долей громадного дискомфорта, испытываемого прежде, прибавка вышла и вовсе незначительной. Пыль в обмен на жару – не так уж и плохо.

Боги двигались в полной тишине, нарушаемой лишь звуками их шагов. Невольно проникнувшись драматичностью обстановки, примолк даже герцог, но неуемное любопытство заставляло его вертеть по сторонам головой в тщетных попытках заприметить что-нибудь достойное внимания. Как здорово было бы утереть нос всезнайке Элии, найдя какую-нибудь замечательную штуковину! Но пока попадались лишь кучки пыли, возможно, несколько тысяч лет назад бывшие изящной мебелью, ценными гобеленами, утварью или чьими-то костями, но сейчас годные лишь для использования в религиозных церемониях. Где-то Элегор слышал о народах, посыпающих прахом и грязью голову в знак глубокой скорби по усопшим родственникам. Зачем пачкать себя, провожая в другую инкарнацию свояка, герцог не понимал, но странный обычай позабавил бога и остался в памяти.

Коридор за коридором, комнату за комнатой, зал за залом через арки и колоннады прошли путешественники, неумолимо приближаясь к центру замка, планировкой напоминавшего свернутую спираль. И в каждом из кругов богов встречали лишь вездесущие горстки серого праха.

– Странно, – дотронувшись было до подбородка, но тут же отдернув от лица грязную руку, пробормотал Мелиор, внимательно оглядывая интерьер, вернее, его отсутствие в замке.

– Что, дорогой? – откликнулась Элия, меланхолично, без всякого пиетета перед прошлым ткнув туфлей в очередную кучку пыли, встретившуюся на пути.

Кэлберт внимательно проследил это движение. Правда, его интересовала не столько консистенция пыли, исследуемая девушкой, сколько грациозное движение красивых ног, приятно обрисовываемых светлыми брючками. Пустота замка нагоняла на пирата черную тоску, но богине удавалось рассеивать ее одним своим присутствием.

– То, что здесь нет ничего, кроме камня и пыли, – пояснил свою мысль принц, автоматически осматривая следующий в длинной череде зал и цепко примечая за высокой серой аркой другую, значительно крупнее всех предыдущих и иного, более светлого оттенка.

– А чего ты хотел? – хмыкнул доселе молчавший Кэлберт. – Груды сокровищ, накрытый к пиру стол и игривых обнаженных девиц?

– О, мои запросы куда скромнее, – коварно усмехнулся Мелиор и невинно обронил: – Всего лишь песка.

– Ты чего, в пустыне на него не насмотрелся? – удивленно встрял Элегор, которому пришлось по душе предложение пирата по части сокровищ и девиц, правда, к этому списку юный бог добавил бы еще и большой бассейн с водой.

Принц взглянул на юнца с легким снисхождением и, настолько нейтрально, что тон этот вполне можно было счесть изысканным высокомерием, достойным дуэли, заметил:

– Насмотрелся, весьма. Но замок находится в пустыне, ветра бывают довольно сильными, не говоря уж о бурях (в этом мы уже успели убедиться на своем опыте). Двери и окна замка – ничем не прикрытые отверстия, а песка в помещении нет. Ни песчинки! Это магия, но, видно, не слишком могущественная. Она смогла удержать от тысячелетнего распада камень и не дать песку поглотить замок, но его обстановку не сберегла.

Договорив, принц посмотрел на сестру, ожидая подтверждения своих догадок и, возможно, их развития.

Принцесса еще раз окинула взглядом коридор и резко кивнула, соглашаясь с выводами внимательного брата. Она и сама чувствовала в обстановке замка какую-то неправильность, но все усиливающаяся с каждой секундой борьба с частью собственной страшной сути, которая, пробуждаясь, рвалась на свободу, мешала серьезно сосредоточиться. Выдержка Элии была очень сильна, но поединок с силой Пожирательницы душ и тщательная блокировка божественного дара любви, блоки на котором были не заклинаниями, а запретами воли принцессы, изматывали ее силы, истощая все более с каждой секундой.

– Ого!

Забыв о высокомерной отповеди принца, Элегор ринулся вперед.

Герцог во все глаза смотрел на огромный зал, арку входа в который Мелиор заметил ранее и принял ее за начало очередной колоннады. Помещение и в самом деле стоило нескольких «ого!». Оно было громадным, больше, чем все виденные богами в замке: высокий свод терялся где-то над головами, а стены с узкими глазницами окон таились в тенях. Но в центре зала находился неглубокий на вид овальный бассейн, сложенный не из обыкновенных серых камней, а светлых, проблескивающих белыми искрами плит. Они словно сияли отраженным лунным светом. В водоеме плескалась прозрачная, манящая, прохладная на вид жидкость, а из центра било несколько струек невысокого фонтанчика.

– Здорово! – радостно воскликнул Кэлберт и изготовился ринуться вперед, чтобы с разбегу прыгнуть в воду. – Пусть мы не нашли пока никаких артефактов, зато вволю напьемся и искупаемся. Я уже весь чешусь от этого песка и пыли. Айда примем ванну, сестренка.

Элегор с восторгом присоединился к идее пирата.

Парочка уже было собралась со всех ног кинуться к бассейну, но резкий нервный окрик Элии слегка охладил энтузиазм мужчин:

– А вы абсолютно уверены, мальчики, что это вода?!

Кэлберта этот резонный вопрос остановил.

– Что же еще? – беспечно пожал плечами Элегор. – Не кислота же – вон плиты-то не разъедает! Ты только больше не кричи: голос сорвешь. Я сейчас все проверю.

С этими словами юноша подбежал к бассейну, обшаривая карманы в поисках чего-нибудь подходящего для проведения эксперимента. В карманах собственных брюк Элегора всегда находилась чертова уйма интересных вещей, но на сей раз на герцоге были штаны, взятые напрокат у Мелиора, и доверху набить их всякой всячиной прыткий герцог не успел, но кое-что все-таки отыскал. Молодой бог быстро, пока вредная Элия, у которой вдруг взыграла осторожность, вообще не запретила ему приближаться к желанному водоему, извлек первую попавшуюся вещицу – медальон на цепочке, – облокотился на бортик и не раздумывая сунул ее в воду.

Мелиор еще успел заметить какую-то ржавчину на серебре, блеск черных камней, подумать, что вещица, которую держит герцог, ему что-то напоминает, и издать предупредительный, но неумолимо запоздавший вопль.

Потом все началось…

Струи фонтана взмыли к самому своду зала, «вода» встала на дыбы и закружилась в бешеном вихре, искрясь и переливаясь совершенно немыслимыми цветами (Кэлберт готов был поклясться своим первым кораблем, что в известном ему спектре таких отродясь не было). В воздухе начала концентрироваться сила такой безумной мощи, что боги замерли на месте, не в состоянии пошевелиться. Густой сироп энергии, заполнивший зал, поймал их, как варенье мух. Волосы, наэлектризовавшись, в прямом смысле встали дыбом. Тела богов пронзили острейшие