Читать книгу - "Упрямая гувернантка - Энн Мэтер"

Девушка сделала невольный жест. Она чувствовала взгляд Марии и догадалась: старуха намекала ей, что следует отпустить барона с дочерью одних. Виктория не знала, что сказать или сделать. Возникла неловкая пауза, Наконец Виктория ответила:

— Думаю, мне лучше остаться, герр барон.

Лицо Марии заметно прояснилось, но барон, кажется, не разделял ее чувств.

— Софи знает, что вы едете, — резко сказал он. — С ее стороны проблем не будет.

Виктория покраснела.

— Пожалуйста, — начала она, — я лучше останусь. Нужно кое-что сделать… прибраться… постирать…

— Sehr gut[23], фройляйн, — с нажимом сказал барон. — ich verstehe[24], — и, не говоря более ни слова, удалился.

Когда он ушел, Виктория тяжело вздохнула. Впервые барон не использовал английский, и она подумала, что он очень недоволен. Но чем? Отказом? Или очередным неповиновением?

Она взглянула на Марию. Старуха увлеченно чистила картофель и, похоже, не желала вступать в беседу. Очевидно, результат намеков ее устроил.

Барон и Софи не вернулись к ленчу, и после еды Виктория заскучала. Она выполнила все задуманное, прибрала комнату, подготовила материалы на завтра и проверила тетради Софи. Оставалось только сидеть у огня и читать, но когда солнце золотит высокие вершины и заставляет сверкать снег алмазным блеском, день слишком прекрасен, чтобы оставаться дома. Виктория опасалась спросить Густава, можно ли взять Фрица на прогулку. После последнего случая она стала осторожнее. Но ей хотелось выйти на воздух, хотелось какого-то физического движения.

Скрежет цепей на колесах вызвал ее к окну зала, и Виктория увидела вылезающего из универсала Конрада Циммермана. Доктор помахал ей и быстро зашагал к главной двери.

Виктория отпрянула, сомневаясь, следует ли принимать его в отсутствие барона. Но молодой врач, как обычно, вошел прямо в зал и добродушно улыбнулся.

Виктория ответила на приветствие и сказала:

— Боюсь, барон отсутствует.

— Знаю. Утром я видел его машину в Райхштейне. Он ехал на ленч к Бауманам. Они живут в долине за деревней.

— Понятно, — кивнула Виктория. — Почему же вы здесь?

— Чтобы покататься с вами на лыжах! — Он нагнулся погладить собак. — Я подумал вот что — Хорст и Софи уехали на весь день. Моей дорогой фройляйн Монро нечего делать. Я развлеку ее.

Виктория не могла сдержать улыбки.

— Пожалуй, мне нельзя уходить в отсутствие барона, — с сомнением воскликнула она.

— Почему?

Виктория обернулась. Из двери на кухню появилась Мария, вытирая фартуком руки. Она приветливо кивнула доктору и сказала:

— Почему нельзя, фройляйн? Если барон поехал к фрау Бауман, то вернется затемно. Что плохого в том, чтобы выйти и подышать свежим воздухом?

— В точности мои слова, — с энтузиазмом поддержал Конрад. — Давайте, фройляйн, разве вам не хочется оказаться там… на склонах?

Виктория улыбнулась. Именно этого она и хотела!

— Да, пожалуй, — медленно призналась она и повернулась к Марии. — А если в мое отсутствие вернется барон?

Мария тихо засмеялась.

— Я скажу, что вы ушли, фройляйн, не бойтесь. Без вас замок Райхштейн не развалится.

Виктория вздохнула:

— Тогда ладно. Вы подождете? У меня нет лыж.

Конрад покачал головой.

— У меня есть лишняя пара, — с удовлетворением заверил он. — А теперь поторопитесь! Нужно использовать светлое время.

День был замечательный. Конрад направил машину в верхнюю часть долины, где горы сформировали пологие склоны, идеальные для начинающих. Они оказались на некотором расстоянии от замка, в направлении, куда Виктория еще не ходила. Но с высоты перевала она видела внизу башенные дымовые трубы замка. Склоны поросли соснами, но только внизу их было достаточно много, чтобы представлять опасность. Конрад объяснил, что при приближении к ним Виктория должна развернуться и таким образом остановиться. Поскольку склоны были очень пологими, выполнить совет оказалось нетрудно, хотя сам Конрад, который забирался намного выше, едва избежал столкновения с особенно толстым стволом у внешних границ перелеска. Конечно, его скорость была больше, и несколько раз, видя, как он скатывается сверху, Виктория замирала от страха. Впрочем, при виде ее ужаса он только усмехнулся и сказал, что катается здесь с детства.

Виктория устала первой. Это было утомительно: долгое карабканье вверх и затем спуск за доли секунды. Раньше она каталась только в Сент-Морице, где на гору вел подъёмник. Кроме того, уже давно ничто не отнимало у нее столько сил.

Впрочем, когда она спросила, нельзя ли немного посидеть, Конрад предложил вернуться к машине, где извлек фляжку кофе и бутерброды с маслом, приготовленные, по его словам, для них мамой. Виктория с удовольствием приняла кофе, устроилась на заднем сиденье универсала, сжимая в руках чашку, и глядела на бесконечные снежные вершины. Конрад закурил. Было очень приятно сидеть в сумерках, молодой человек вел себя корректно, и она наслаждалась его беспечным обществом.

— Скажите, — спустя какое-то время проговорил Конрад, — вы счастливы здесь, в замке?

Виктория с улыбкой обернулась к нему:

— Конечно. Хотя работа с Софи очень трудна, но приносит большое удовлетворение.

Конрад кивнул.

— Она стала очень трудным ребенком, — согласился он. — За время болезни ее очень избаловали.

Виктория сморщила нос:

— Я так и подумала.

— Но паралич у ребенка — печальное зрелище. Взрослому меньше сочувствуешь. Слава Богу, Софи выздоровела, в немалой степени благодаря терпению Хорста. Он часами подбадривал ее… учил верить в упражнения, которые прописал ей физиотерапевт. Её конечности еще болезненно тонкие, но координация восстановилась.

— Софи никогда не упоминает о матери, — забросила крючок Виктория.

Доктор бросил на нее задумчивый взгляд.

— Да, — веско произнес он, — не сомневаюсь.

Виктория изучала кофе на дне чашки.

— Когда Софи заболела, ее лечили вы?

— Нет. Тогда здесь работал доктор Кляйн. Он наблюдал девочку. Естественно, ведь он и принимал ее при рождении. — Конрад стряхнул пепел сигареты за окно. — А что?

— Просто интересно, вот и все. — Виктория закусила губу. Было трудно найти способ завести разговор о баронессе. Очевидно, Конрад, как и все остальные, поклялся не обсуждать ее отсутствие. — Софи родилась в замке?

— Да. — Конрад смотрел на нее с опаской, как показалось Виктории.