Читать книгу - "Джокеры, или Экспозиция: Родиться надо богиней. Месть богини. Буря приключений - Юлия Алексеевна Фирсанова"

между мирами не потопила флот. Вот ведь, Тьма побери, будет радость – в один миг потерять результаты многолетнего труда и вложенные деньги! Обидно, нечего и говорить. Нет, конечно, даже в самом худом деле найдутся плюсы: он узнал имя своего отца и познакомился с потрясающей женщиной.

Некоторое время Кэлберт прикидывал, стоят ли весть о семье и одна шикарная красотка отличной команды тертых моряков. Но у мужчины никак не получалось взгромоздить столь разные ценности на одни весы. Пират бросил бесполезные без общего знаменателя вычисления, сосредоточив свое внимание на сестре. В конце концов, неизвестно еще, что случилось в океане Миров и чем кончится, а Элия – вот она, рядом. Богиня лежала тихо, кажется, почти не дыша, локоть и бедро ее прижимались к его телу. И у бывалого пирата Кэлберта неожиданно защемило сердце. Сестра! Она такая хрупкая, беззащитная – как роза, попавшая в шторм.

«Впрочем, при желании эта хрупкая красавица может быть сильнее всех нас, вместе взятых, а уж головы и вовсе никогда не теряет», – подумал пират. Сочетание воплощенной женственности и силы ставило его в тупик, но и восхищало. Прежде Кэлберту не доводилось встречать таких женщин, он вообще не давал себе труда задумываться, а что именно находится у этих созданий внутри, под роскошными формами. Но отныне он не только любовался прелестной сестрой, но и желал как можно лучше узнать ее.

Пират попытался покопаться в себе и честно разобраться, что же он испытывал к Элии – братскую нежность или плотскую страсть. Но мысли и эмоции спутались в его голове в такой огромный ком, что разобрать его было не под силу даже богу. Нет, для таких сложных размышлений он выбрал неподходящее место и время…

Кэлберт потихоньку постарался придвинуться как можно ближе к сестре. От Элии исходил легкий свежий запах роз и персиков. И как ей удается при такой-то жаре быть такой чистой? Пират почувствовал себя неотесанным грязным мужланом. Раньше его такие ощущения не посещали и ни капли не волновало мнение дам. Безобразие! Вот что с мужчиной может сделать женщина.

Ироничная улыбка скользнула по обветренным губам пирата…

Пыльная буря, загнавшая путешественников в тесный плен самопальной «палатки», бушевала почти до самого вечера, но не нанесла серьезного ущерба ничему, кроме терпения богов. Печальный прогноз Элии, к счастью, не оправдался. Сил стихии хватило лишь на полдня.

Убедившись, что ветер больше не бесчинствует и песок не стремится забраться внутрь убежища, боги, выждав некоторое время для перестраховки, быстро прорыли выход, чтобы выбраться наружу. Первым (такую честь ему с охотой уступил даже Мелиор) юрким ужом выполз нетерпеливый Элегор и весело доложил компании, что опасности нет. Вслед за герцогом по-пластунски палатку покинули и остальные. После жаркой духоты палатки пыльный воздух пустыни показался им свежим и потрясающе чистым.

– Зато теперь у нас есть замечательное средство для пробуждения радости жизни. Если кто-нибудь падет духом, начнет жаловаться на невыносимые условия существования, мы запихнем его в этот мешок, – внесла рациональное предложение Элия, отряхиваясь и потягиваясь после долгого нахождения в скрюченном положении. – Посидит с полчасика и сразу решит, что пустыня не худшее из мест во Вселенных.

Мелиор, откапывающий вместе с Кэлбертом и Элегором палатку, очень основательно засыпанную песком, кисло кивнул.

– Ага, – жизнерадостно согласился герцог, готовый сейчас согласиться с чем угодно (может быть, кроме собственной казни и снижения цен на лиенские вина). После столь длительного пребывания в неподвижном состоянии у Элегора буквально зудели от нетерпения ноги и свербело еще в одном месте от желания разогнать застоявшуюся в жилах кровь. – Может, до ночи успеем еще немного пройтись?

– Пойдем, – охотно поддержал парня Кэлберт, выдергивая из песка последний край палатки. – Разомнемся. Время есть, одолеем до темноты еще несколько миль. Все дело! А там, может, я еще водицы найду!

Возражающие, то есть Мелиор, желавший заняться приведением в порядок своих волос и ногтей, остались в меньшинстве, и компания, скатав палатку, двинулась в путь, обозревая по дороге причесанные бурей окрестности.

Глава 13

Жуткая песня крови

Следующие три дня запомнились лишь занудным постоянством жары. Безжалостно палящее солнце не только навечно выгнало из своей небесной резиденции за какую-то жестокую провинность все облака, но и иссушило ветер. Налетавший время от времени, он не освежал, а обжигал путников, мстительно бросая в них горсти песка. Куски платка Кэлберта теперь закрывали лица богов для защиты от злых проделок вихрей. Час за часом, день за днем сливались в их сознании в один бесконечный путь по пустыне, длившийся вечность. Скука и безнадежность исподтишка закрадывались в мятущиеся от безделья души, остроумная болтовня помогала, но ненадолго. Даже Мелиор злился на Кэлберта и Элегора как-то вяло, больше по привычке.

Элии начало казаться, что пустыня вечна и бесконечна, как сам Творец, что боги всю долгую жизнь обречены идти по ней в поисках неизвестной цели, останавливаясь лишь по ночам для краткого отдыха и поиска воды. В сумерках температура сильно спадала, но утром светило вновь раскаляло небо и песок, продолжая бесконечную пытку. Несмотря на холод, Элия радовалась и таким кратким передышкам. Ее мучила отнюдь не жара, не вечный свет, слепящий днем глаза, не духота (густой воздух словно прилипал к телу вместе со слоем пыли). Сильнее всего терзал принцессу все нарастающий животный голод, более не утоляемый чистой энергией, и мысли. Даже если их удавалось вытеснить из головы усилием воли, они все равно неотступно маячили на периферии сознания. С каждыми минувшими сутками шансы убывали. Приближался конец очередного дня.

К вечеру, когда стало смеркаться, боги начали устраиваться на ночлег. Дневная жара сменилась приятной прохладой, и пусть чуть позже, ночью, та, в свою очередь, оборачивалась настоящим холодом, пока путешественники наслаждались ощущением относительной свежести. Боги выносливы, но и они могут уставать. Утомленные зноем пустыни, бесконечным песком и светом солнца путники расположились на небольшом холме и любовались закатом. Его последние отблески полыхали на небе багряным заревом. Это шоу, каждый раз различное, но неизменно эффектное, пока не успело надоесть.

– Что-то сегодня холоднее, чем обычно, ты не находишь, дорогая? – обратился Мелиор к сестре.

– Да, пожалуй, – почти равнодушно откликнулась та, давно переставшая воспринимать перепады температуры как физическое ощущение. Но, поддерживая разговор, нашла в себе силы чуть шутливо продолжить: – Если температура будет продолжать снижаться, то, пожалуй, нам придется воспользоваться палаткой против бурь как туристическим мешком, а не матрацем и спать впритирку, дабы утром не отбивать с кожи кинжалами корочку льда.

– Отличная идея, сестра, – ухмыльнулся