Читать книгу - "Запретная страсть для декана - Наталья Гордеевская"

class="p1">— Я проверил его, — из коридора в камеру шагнул Райс. — Это он и есть, знаменитый Альфред Локвуд.

Охранные артефакты на его магию не сработали. Это странно.

Видимо, уже успел влезть к нему в голову. Менталистам много времени не надо: пять минут, и все готово!

— Эй, папаша, — негромко произнес Ллойд, зажигая огненный шар, — ничего рассказать не хочешь?

Альфред медленно поднял голову и встретился взглядом со мной.

— Ты — выдохнул он с ненавистью. — Это ты сдал меня ордену! А теперь хочешь забрать мою дочь?

Тело напряглось, будто перед прыжком, и сила скользнула по рукам горячим потоком. Взять бы его и в стену впечатать, а потом придавить, как прессом, пока кишки наружу не полезут.

Только Эльза, наверное, расстроится.

— Я с твоим орденом дел не имею, — холодно ответил я, — ищи доносчика в другом месте. Как от Кайла сбежал?

Альфред поморщился, будто от резкой головной боли.

— Орден держал меня в подвале, — его голос надломился, — меня пытали! Сам Кайл, лично! О-о-о, его фантазия не знает границ! Он срезал с меня кожу, медленно, по кусочку, а его целитель тут же восстанавливал! Это долгая пытка... Но тебе ли не знать, верно?

Он усмехнулся, глядя мне в глаза.

— Это же сейчас ты весь такой правильный! Да, декан Морис? А раныше-то как тебя звали, помнишь?

Слепой Мучитель, верно? — Альфред рассмеялся, запрокинув голову.

Старое прозвище отозвалось внутри гулким эхом. Давно я его не слышал, даже приятно, что кое-кто помнит прежние «заслуги». «Слепым» меня прозвали за то, что от ярости глаза заволакивало белой пеленой.

На самом деле, от любой сильной эмоции, но не рассказывать же об этом всем подряд.

Ну а «Мучителя» вряд ли кому-то надо объяснять.

Сила брызнула из пальцев, и тело Альфреда резко подлетело вверх, остановившись в паре сантиметрах от каменного потолка.

— Я работал сам по себе, если помнишь, — ухмыльнулся я. — Не заставляй меня вспоминать славные деньки.

Зачем явился?

Странно, что до сих пор Локвуд ни разу не применил магию. Это на него не похоже.

— Неужели ты думал, что я оставлю свою дочь с наемным убийцей? — прохрипел он, дергая ногами и руками. — Пусть даже и с бывшим?

Я шевельнул пальцами, ион рухнул вниз, не долетев до пола всего чуть-чуть.

— Это не помешало тебе вызвать меня в день нападения, — холодно ответил я. — Я исполнил свой долг. Без вопросов забрал Эльзу и спрятал на своем факультете — все, как ты просил. Она жива, здорова, и ей ничто не угрожает. Так чего тебе сейчас надо?

— Я хочу забрать ее, — угрюмо прошептал Альфред, глядя в пол. — Кайл решил казнить нас обоих в назидание остальным. Поэтому мы уедем в другую страну, и он…

Ярость, слепая и сильная, разлилась по телу, и костяшки пальцев побелели.

— А мы, значит, должны вам вслед платочком помахать? — неприязненно спросил Райс, который до этого внимательно слушал. — Чтобы потом прочитать в газете, что тебя с дочерью нашли мертвыми на каком-то пустыре?

Я швырнул Альфреда обратно на стул и раздраженно заходил по камере, обдумывая.

— Зачем казнить ее? — глухо спросил Ллойд. — Ведь это ты обвел орден вокруг пальца, скрыв, что у дочери нет магии. Тебя бы и казнили, она тут ни при чем.

— Это же Кайл, — пожал Альфред плечами, тяжело дыша. — Люди без магии не должны существовать, забыли? Я и сам так думал, пока не родилась Эльза. Что мне было делать: отдать им единственную дочь?

— Поэтому ты запер ее от мира и внушил, что без магии она неполноценная, — холодно добавил я. — Отец года, не иначе!

— Я сумею ее защитить! взвился он со стула. — Это моя дочь, и я буду решать...

— Решать буду я! — оборвал его я. — Где твоя магия, Альфред? Чем ты будешь ее защищать от того, кто личины меняет по пять раз в день?

Тишина в ответ была такой густой, что слышалось потрескивание лампы под потолком. Локвуд побледнел и рухнул на стул, закрывая лицо руками.

Кайл забрал мои силы, — захлебываясь отчаянием, ответил он. — Но у меня есть артефакты, много! Этого хватит!

— Артефакты есть, мозгов нет, — отмахнулся я. — Эльза останется здесь, я так сказал и возражений не принимаю. Придется тебе смириться, Альфред! Кто, как не бывший наемный убийца, сможет ее защитить от другого такого же. А ты сам отправишься обратно в орден, и вот зачем.

30

Эльза Локвуд

Сутра на пробежке я почти не обращала внимания ни на кого, погрузившись в размышления.

Декан вечером не вернулся в казарму. А может, и вернулся, но так, что никто не заметил.

Я весь вечер просидела на первом этаже, думая, что он вот-вот вернется, скажет, что это на самом деле папа, и даст бумагу для заявления об отчислении по собственному желанию.

Девушки, вернувшиеся из леса, гте сдавали зачет поглядывали на меня с непониманием, но не расспрашивали. Всем хотелось быстрей добраться до кровати и отдохнуть. Даже Эва еле передвигала ноги, охая и держась за поясницу.

Перед самым отбоем дежурная выразительно указала на часы, и мне ничего не оставалось, кроме как уйти к себе в комнату.

И что мне думать тогда? Где папа? Придется ли мне покидать академию? И почему декан вчера не вернулся, как обещал?

Ладони закололо, и по телу пробежала дрожь нетерпения. Не буду сидеть послушной куклой — сама перед лекциями зайду к нему и потребую объяснений!

Вернее, вежливо попрошу, иначе декан выведет меня за ухо из казармы и в качестве наказания проведет кружок по стадиону. Чтобы не забывала, как разговаривать с преподавателем.

После завтрака я переоделась в форму, пригладила волосы, взяла тетради с учебниками и направилась в кабинет Мориса.

— Эльза, ты куда это? — выпалила Эва, остановившись у лестницы. — Опять на отработку?

Пришлось вернуться и шепотом пояснить, что я по важному делу.

— Я внизу тебя подожду, — недоверчиво протянула она. — Если будет ругать, то смотри в пол и плачь. Мне помогает.

На третьем этаже царил полумрак и гробовая тишина. Кажется, шум с нижних этажей сюда просто не долетал, а солнце стеснялось заглядывать в окна, побаиваясь декана.

Сердце испуганно толкнулось, и ладони взмокли. Да почему я так его боюсь, он же не чудовище и не убийца! Просто строгий преподаватель, вот и все.

Я неуверенно стукнула в дверь с золотистой табличкой, и она тут же распахнулась.

Темная высокая фигура заслонила собой проем, и мне пришлось задрать голову, чтобы увидеть лицо декана.

— Чем обязан? — холодно поинтересовался он,