Читать книгу - "Прикованная к Анубису - Дани Медина"

черная кожа, твои сильные, рельефные мышцы, — ее слова наполняют меня гордостью, и прикосновения ткани кажутся более интенсивными.

— Я не хочу брать тебя сейчас, тебе нужно отдохнуть после того, что случилось, — я с силой сжимаю края бассейна, пытаясь держать себя в руках.

— Но я и не говорю, что мы будем что-то делать, — я слышу веселье в ее голосе.

— Твой запах говорит об обратном, — тихо рычу я. — Признайся, что ты влажная, — приказываю я.

— Я ничего не чувствую, — она тихонько смеется, отрицая это. — Не поворачивайся! Я еще не закончила, — меня останавливают, когда я пытаюсь повернуться.

— Анабет Бенет, ты провокаторша, — заявляю я, в то время как мой член твердеет. Посмотрев вниз, я вижу, как ее имя светится под водой.

— Не я тут твердая как камень. Вы противоречите сами себе, господин Мортиус. Говорите, что не хотите меня брать, но ваш член очень даже этого желает, — эта бесстыдница улыбается. — Как я и сказала, большой Анубис-Извращенец.

Я поворачиваюсь к ней, и мой член пульсирует, прижимаясь к животу.

— Не искушай меня, маленькая, хрупкая человеческая женщина, — я обнажаю клыки, и сначала она смотрит на меня с испугом, но потом понимает, что я делаю.

— Сядьте на край бассейна, господин, — она подмигивает мне, и я делаю, как она велит.

Ткань скользит по моим бедрам, пока она моет меня, игнорируя мой член. Мои маленькие когти готовы вонзиться во что-нибудь, но она не жалеет усилий, чтобы возбудить меня еще сильнее.

— Мне нравится, какие у тебя сильные и мускулистые бедра, — она целует меня в пах, заставляя немного отклониться назад, опираясь на руки, и я едва не вонзаю когти в пол.

— Твоя провокация заставляет мою кровь кипеть, — намыленная ткань проходится по моему паху, растирая каждый открытый участок кожи, продолжая игнорировать мой орган.

— Втяните свои маленькие когти, господин, — прося об этом, она облизывает губы.

— Думаешь, легко снизить уровень возбуждения, которое я испытываю? — я приближаю свое лицо к ее.

— Полагаю, для божества это не проблема, — ткань продолжает массировать мою кожу.

— Не играй с огнем, — я облизываю ее шею, вызывая у нее мурашки.

— Сможешь обжечь меня, когда оседлаешь, а теперь втяни свои маленькие когти, — я скалю зубы, заставляя себя подчиниться ее приказу.

— Боги послали мне очень властную спутницу, — я провожу кончиком когтя по ее затвердевшему соску.

— Просто высказываю просьбу, господин.

— Делай, что хочешь. Они больше не на виду, — ее взгляд опускается, а ее руки, теперь уже без ткани, намыливаются. И когда они сжимают мои яйца, я громко вою, издав рык, от которого по воде идет рябь.

Мабет массирует их так, как я никогда прежде не чувствовал, но именно когда ее пальцы надавливают на выходы маленьких когтей, мой разум затуманивается.

— Сделай это снова! — рычу я сквозь стиснутые зубы.

— Так? — давление отзывается в моем члене тонкой и приятной болью.

— Ты знаешь, где прикасаться к своему спутнику.

— Мне нравится осознавать, что я вместе с тобой открываю твои самые чувствительные точки.

— Твои руки — это рай.

Я чувствую влажный жар ее рта на моей головке, которую она втягивает в себя, пока ее руки трудятся над моей мошонкой. Ощущений так много, что я чувствую, как трескаются камни на краю бассейна. Мои иероглифы вспыхивают и горят, как угли, и меня охватывает невероятный жар. Я могу лишь стонать мощными завываниями и рыком.

Затем все прекращается, и она встает. Я наблюдаю, как она с похотливым взглядом забирается ко мне на колени, а я трусь о ее тело своим. У меня нет времени на раздумья, я приставляю свою скользкую головку к ее входу, и она резко садится.

— Анабет! — я громко реву ее имя в тот же миг, как мои маленькие когти вырываются наружу и вонзаются в ее киску.

— Ааах! — ее ногти впиваются мне в грудь.

— Чего ты хочешь от меня? — я утыкаюсь мордой в ее шею, крепко сжимая ее задницу.

— Покажи мне свое желание, покажи мне, как сильно ты меня хочешь, покажи мне, насколько я тебе принадлежу, — ее голос звучит властно, но глубоко внутри в нем кроется толика страха.

— Ничто не сравнится с тем, что я к тебе чувствую, — я делаю первый толчок снизу вверх. — С тем, как сильно я тебя желаю, — я выхожу, возвращаясь с большей силой, заставляя ее груди восхитительно подпрыгивать. — И с тем, насколько ты мне принадлежишь, — на этот раз я делаю выпад, прижимая ее тело к своему, и чувствую его пульсацию. — Скажи, что ты чувствуешь, скажи, что ты моя точно так же и с той же силой, — мой хриплый голос становится громовым, а ее глаза, кажется, вспыхивают золотом, но когда я моргаю, свечение исчезает.

Ее руки обвивают мою шею, и я опускаю нас, мы садимся на первую ступеньку бассейна. Она начинает вращать бедрами, и ритмичным движениям вверх-вниз я помогаю, так как не хочу, чтобы она устала.

— Я твоя! — она стонет от удовольствия, которое я ей доставляю, она осыпает поцелуями мою грудь. — Я принадлежу тебе так же, как ты принадлежишь мне, с той же силой, — мои глаза исследуют ее тело, но ее метка не загорается, однако та золотая вспышка в ее глазах не была иллюзией.

Она тянет меня к себе для поцелуя, и я не отстраняюсь. Мое сердце бешено колотится, мое тело пылает, а разум кричит, что, хоть метка и не горит, правда в ее словах реальна. Ее горячий язык сплетается с моим, ее тело трется о мое, пока яд опустошает ее тело и вызывает у меня мурашки, которые может вызвать только она.

Ее запах насыщенный, а киска горячая. Мой твердый как камень член требует места и находит ее мягкую, влажную податливость.

— Я могу сойти с ума, если у меня не будет тебя, — произношу я, прервав поцелуй.

— Я не хочу тебя терять, Мортиус. Я не хочу быть нигде больше, пожалуйста, поверь мне, — она вращает бедрами, умоляя, и я издаю громкий, властный рык.

— Мы никуда не пойдем, — заявляю я, слыша раскат грома в небе над нашими головами. — Моя… Твоя душа, твое тело и твое существование принадлежат исключительно мне.

Запрокинув голову назад, я ускоряю движения. Отдающаяся мне Анабет Бенет еще более восхитительна. Ее стоны заполняют мои уши, и наши тела снова разгораются.

Мы погружаемся в пьянящее, почти отравляющее удовольствие, и ее оргазм наступает, опустошая меня, когда она с силой пульсирует вокруг меня, ведя меня прямиком к моему освобождению. Я затапливаю ее киску своим семенем, снова помечая