Читать книгу - "Исполняющая обязанности жены генерала дракона - Кристина Юрьевна Юраш"

губы сжаты, словно она сдерживает внутри себя бурю. Все эти чувства проходили по ее лицу, будто тень, скользящая по поверхности спокойствия.

Я почувствовала, как в меня закрадывается желание оправдаться, объяснить, что всё — просто случайность, что мы только учимся ходить, что это просто очередной этап реабилитации, но слова застряли в горле. Вместо этого я лишь чуть приподняла подбородок, стараясь сохранить спокойствие.

Элеонора сделала шаг вперед, и ее глаза оставались неподвижными, словно она пытается понять, что именно происходит, что скрыто за этим мгновением.

Она остановилась в нескольких шагах, словно не решаясь приблизиться, и мягко, и с легким оттенком холодка в голосе, произнесла:

— Простите, я не хотела прервать… — её взгляд пронзал меня, и я почувствовала, как внутри все сжалось. — Просто вдруг почувствовала, что мне нужно проверить, всё ли в порядке.

— Пока все в порядке, — спокойно ответила я. — Сейчас мы учимся делать шаги без трости. Вы можете поприсутствовать, если вам это интересно. Несколько шагов вдоль стола вперед. И несколько шагов назад.

Я вложила в свой голос столько спокойствия, что лицо Элеоноры изменилось. В глазах еще осталась искорка подозрения, но мое спокойствие заставило ее вежливо улыбнуться.

Взгляд Элеоноры все еще был проницателен, и я знала — эта сцена еще не закончена. Внутри же я продолжала держать себя в руках, надеясь, что мой внешний холод и спокойствие скроют всю бурю чувств, бушующую в душе.

— О! — заметила Элеонора, глядя на мужа, словно впервые увидела его в новом свете, и в ее глазах зажглась искра любопытства, смешанная с легким оттенком иронии. — Получается?

— Как видишь, — произнес генерал.

Я кивнула, словно отвечая на её невысказанный вопрос, и мягко добавила:

— Да, — чуть улыбнувшись, — мы сегодня только начали это упражнение.

Внутри меня закипали чувства, и я сознательно выбирала холод и спокойствие, чтобы скрыть волну смятения и тревоги. В моем голосе звучала твердость, профессиональный нейтралитет, чтобы стереть любое ощущение уязвимости или тревоги. Если бы она услышала в моем тоне хоть искру волнения, заметила бы дрожь в голосе или увидела тень в моих глазах, — всё стало бы ясно.

Сейчас будет скандал! Точно будет!

Глава 45

Пей до дна!

Но, казалось, она и не собиралась скандалить.

Внутренне я гадала, догадалась ли она — и, быть может, догадалась. Но сцен ревности Элеонора не закатывала. В ее взгляде, в тонких линиях лица — холодное спокойствие, чуть заметная игра лицемерия, словно она подавляла внутренний шторм.

Я подняла руку, протянула генералу трость — его рука легко, почти без усилия, отпустила меня, и он направился к креслу, словно уставший путник, ищущий тень в жаркий день.

В это мгновение я увидела, как глаза Элеоноры следили за его движением, как тонкая ниточка подозрения проскользнула в них.

— Дорогой, — улыбнулась она, вынимая из сумки небольшой флакон, — я спешила к тебе, чтобы привезти вот это!

Ее голос звучал мягко, искренне и в нем таилась скрытая надежда. Я остановилась, чтобы рассмотреть её лицо, и внутренне почувствовала, как тревога опутывает меня словно паутина.

— Что это? — спросил генерал, глядя на флакон. Его голос прозвучал чуть более настороженно.

— То, что тебе поможет! — расцветая улыбкой ответила Элеонора, и в ее глазах я заметила искру уверенности, будто она уже представила, как этот маленький сосуд изменит их судьбу. — Ректор магической Академии разработал для тебя зелье. Он нашел какой-то старинный рецепт, и сегодня с утра связался со мной. Он сказал, что оно должно помочь…

Я смотрела на флакон, который Элеонора вложила в руки мужа, и внутри меня зашевелилось смятение. А вдруг это яд? Или, наоборот, настоящее зелье, способное вернуть генералу драконью сущность?

Капелька янтарной жидкости сверкала в свете лампы, словно магический артефакт, и я ощущала, как сердце бьется чаще.

Что, если это — ловушка? Или же — надежда?

Внутри я чувствовала смятение, и каждая клетка тела говорила мне: будь осторожна.

Я задержала дыхание, глядя на флакон, словно он мог скрывать в себе нечто большее, чем кажется на первый взгляд. Внутри меня бушевали противоречивые чувства — страх и надежда, сомнение и желание поверить.

Мысленно я представляла, как капля этого зелья может изменить всё — перевернуть судьбу, избавить от боли или, наоборот, привести к опасности, о которой я и подумать не могла.

Элеонора улыбалась, ее глаза горели, как будто она уже увидела финал этой игры. В ее взгляде я уловила искру опасной уверенности, и вдруг поняла — она верит в это без остатка. А я? Я вот, например, уверенности не чувствовала.

Аврелиан принял из рук жены флакон. Казалось, стекло было прохладным, гладким, словно обещание. Я подошла ближе, пытаясь понять — яд ли это, или спасение.

— Вы уверены, что это поможет? — тихо спросила я, голос дрожал чуть заметно.

— Я доверяю ректору, — ответила Элеонора, — и его интуиции и опыту. Он много лет занимается магическими рецептами, и он не стал бы рисковать своей репутацией.

Сейчас я хотела быть экстрасенсом, чтобы узнать наверняка, что скрыто за этой хрупкой оболочкой стекла.

Элеонора вскинула брови, улыбнулась чуть шире, и в ее взгляде я заметила искру решимости.

Я чувствовала, как внутри разгорается неясное ощущение опасности. В голове мелькали мысли: а что, если она предлагает мужу яд? А что, если это хитрая ловушка, и он сейчас держит в руках свою смерть?

— Пей, любовь моя, — улыбнулась Элеонора

Глава 46

Яд или лекарство?

Мой разум метался: а что, если это яд? А что, если это хитрое оружие, спрятанное под видом лекарства? Внутри всё путалось — надежда и ужас, вера и предчувствие катастрофы.

В памяти всплыли её слова, её мечты о смерти мужа, шепот о том, как он исчезнет из жизни навсегда. В этот миг я почувствовала, как тревога превращается в острый холод, сковывающий сердце.

Генерал открыл флакон.

Красивая пробка легла на стол, и в свете лампы она казалась крошечной, хрупкой, словно последняя надежда, которую можно разбить одним движением.

Я чуть поджала губы, словно сдерживая крик тревоги, и внутренне сжалась, будто оказалась между двух огней. Внутри все противоречило друг другу: желание верить, что это лекарство, и страх, что тут кроется опасность.

Я не могла сказать Аврелиану о возможных планах жены. Магическая клятва убила бы меня на месте. Вся моя внутренняя борьба — между правдой и ложью, между долгом и страхом — застыла в горле.

И тут я не выдержала.

— Я бы,