Читать книгу - "Высоко над радугой - Галина Милоградская"

Успокоившись, я с интересом принялась разглядывать комнату, которую так и не получилось вчера рассмотреть. Обстановка повторяла гостиную — такой же выдержанный, холодный и минималистский стиль. Светлые, почти белые стены, картина напротив кровати — снова реплика одного из авангардистов. Большая двуспальная кровать, на которой мы лежим, и две тумбочки по краям. Окно на полстены выходило на улицу, и с моего места можно было увидеть крышу соседнего дома через улицу.

Небо было затянуто серыми облаками, в разрывы которых проглядывали голубые лоскуты. Утро только начиналось, и за окном было тихо. Интересно, сколько сейчас времени? Внутренние часы подсказывали, что не больше шести. В этот момент о себе напомнил организм, требовательно заявляя, что не мешало бы посетить ванную комнату. Осторожно выбравшись из-под руки Алана, я быстро поднялась и оглянулась, не сумев сдержать улыбку умиления.

Все-таки спящий мужчина всегда выглядит трогательно. Днем уверенный в себе, ночью — полный страсти и желания, сейчас Алан Хамфри выглядел умиротворенным и беззащитным. Подложив руку под подушку, он заворочался, стоило мне подняться, и свернулся в калачик. Выскользнув из спальни, я миновала гостиную, удивившись, что стол уже убран — когда Алан только успел? В ванной, уже стоя перед зеркалом, порадовалась, что проснулась раньше. Не такой хотелось выглядеть в наше первое утро! Растрепанная, с размазанной в уголках глаз тушью, припухшими после слез глазами и ярко-алыми от поцелуев губами. Тот еще вид. Плеснув в лицо воды и почистив зубы пальцем, я показала язык своему отражению, решив, что в следующий раз надо прихватить с собой зубную щетку.

Стоп. А он будет, этот следующий раз? Прислушавшись к себе, я поняла, что будет, если Алан не против. Потому что его уступки расположили к себе больше, чем если бы мы просто переспали. Его чуткость привлекает и притягивает, делая практически идеальным. Но ведь идеальных мужчин не существует. Уж мне-то не знать после полных нежности ухаживаний Стива! Нахмурившись, я облокотилась о раковину. Может, Алан что-то скрывает? Может, ему нужна не я, а просто возможность подобраться ближе? К чему?..

Ну, уж нет! Зло посмотрев на свое отражение, я тряхнула головой. Я не позволю печальному опыту прошлого испортить будущее! Если видеть во всех мужчинах отражение мужа, можно вообще поставить на себе крест. Не смей думать об Алане плохо, Дороти! Может, ты и впрямь нашла своего Железного Дровосека с огромным любящим сердцем?

Когда я вернулась, Алан уже проснулся, и в его взгляде читалось столько облегчения, что давешние подозрения моментально развеялись, оставив после себя легкий привкус стыда. За что я могу его подозревать? И зачем?

— Я думал, ты ушла. — Он повернулся на спину и улыбнулся, но в глазах все еще плясал вопрос.

— Разве я похожа на тех, кто пользуется слабостью мужчины, а потом сбегает, не попрощавшись? — игриво улыбнувшись, забыв о том, что стою перед ним в одном кружевном белье в свете зарождающегося утра, я подошла к кровати. И только присев, поняла свою ошибку — глаза Алана вспыхнули и начали темнеть.

— Не скрою, мне бы хотелось, чтобы ты воспользовалась моей слабостью в большей степени, — его шутливый тон мало вязался с огнем, тлевшим в голубых глазах.

— Я обязательно учту твои пожелания, — прошептала, склоняясь над ним и целуя. — Позже. А сейчас, может, закажем завтрак? — Выпрямившись, я незаметно отодвинулась в сторону. Отчего-то пришло понимание, что второй раз Алан уже не станет себя сдерживать и сделает так, что я соглашусь на все. А потом буду жалеть. И он будет.

— В холодильнике есть яйца и бекон, — скрывая разочарование, Алан тоже отодвинулся, закидывая руки за голову.

— Эта информация была бы очень важна, — рассмеялась я, — если бы я умела готовить!

— Не умеешь? — с надеждой уточнил Алан.

— Совсем. — Я покачала головой и отыскала глазами платье.

— Тогда я приготовлю. — Он сел и выразительно посмотрел на меня. Одеяло сползло, обнажая плечи и грудь, и я невольно залюбовалась, испытывая желание покрыть поцелуями каждый дюйм открывшегося тела.

— Ты подождешь меня в гостиной? — немного напряженно спросил он, указывая глазами на одеяло ниже. Проследив за его взглядом, я покраснела. Хотя не скрою, думать о том, что один только мой вид приводит его в полную боевую готовность, льстил. Подхватив платье, я выскочила из спальни. Он вышел через пару минут, в широких домашних штанах и узкой, обтягивающей плечи синей майке. Стараясь не опускать глаза, чтобы убедиться в том, что его возбуждение уже не так заметно, я послушно прошла за ним на кухню, усаживаясь за столом и наблюдая, как он готовит.

Утро пролетело незаметно за завтраком и легкими разговорами. Мне действительно не хотелось уходить. Хотелось просто сидеть и слушать рассказы Алана о том, сколько он прошел собеседований, чтобы получить возможность купить здесь квартиру.

— Знаешь, я въехал сюда две недели назад, а все еще кажется, что за мной постоянно следят и ждут, что я выкину что-нибудь, наводящее тень на честь всего дома!

— Ты же сам говорил, что Тимоти приехал на желтом «жуке» и кричал на всю улицу, что здесь слишком тихо для твоей непередаваемой харизмы! — Снова представив это, я рассмеялась. — Боюсь, ты будешь под пристальным наблюдением не один месяц.

— Не знаю, что вообще заставило меня сменить квартиру, — задумчиво подперев подбородок ладонью, сказал Алан. — В юности мне всегда казалось, что солидная работа, дорогая машина и квартира в престижном районе — это верх счастья.

— А сейчас? — тихо спросила я. — Ты так уже не думаешь?

— Нет. — Алан пристально посмотрел на меня. — Сейчас я понимаю, что для счастья нужно совсем другое.

Я смешалась, не зная, что ответить. Слишком уж его слова походили на признание, которое в глубине души очень хотелось услышать, но в то же время я боялась, потому что не смогла бы на него ответить. Тишина слишком затянулась.

— Пора вызывать кэб. — Я посмотрела на Алана. Он легко пожал плечами, словно и не было этого проникновенного взгляда, и потянулся к телефону.

Уже по пути домой я несколько раз возвращалась к его фразе, пытаясь разобраться в своих чувствах. Но в итоге задвинула мысли об этом подальше, решив, что пока для них не время. А еще мне все же хотелось домой. Принять душ, переодеться, забраться в свою кровать… Я даже гостиницы всегда переносила с трудом, а ночевка в чужом доме — это очень смелый эксперимент. Впрочем, он все-таки удался, и я не сбежала среди ночи домой, давая Стиву повод для новых подначек.

Кстати, о муже. Дома его не оказалось. Я обошла всю квартиру, она была пуста. Постель небрежно застелена — значит, ушел сегодня, а не вчера. Отчего-то эта мысль принесла облегчение и успокоила. Вообще-то пойти куда-то сейчас было для него проблематично, если только… Гипс! Конечно, он говорил на днях, что Гамильтон вот-вот снимет гипс, и даже спрашивал, не хочу ли я съездить с ним. Что ж, значит, уехал сам. Пожав плечами, я отправилась в ванную — не маленький, сам сможет у врача посидеть и домой вернуться. Наверняка ему уже не терпится сесть за руль своего Мазератти…