Читать книгу - "Подарок для ведьмы. Портал в шкафу - Мартиша Риш"

Хочу выдать их замуж на ближайшее болото, там термальный источник. Надо же и мне иногда отдыхать. Стану доченек навещать. Кикиморки взрослеют рано. Года три и уже статные девки. Недолго ждать.

Кикимора меня взглядом чуть ли не взвесила.

— От такого папы-аристократа и дочери драгоценные народятся. Совсем как камушки на твоих перстнях глазёнки будут сверкать, верно?

— Аристократ. Дурная кровь.

Я повторил расхожее убеждение бунтующей черни, только голос свой не узнал. Язык, кажется, намертво присох к горлу.

— В детстве много болел, еле выходили. У нас вся семья такая. В мужья меня так никто и не взял. Кашляю часто.

Я вытащил из-за пазухи тонкий браслет, что приберег в подарок ведьме, которую я соблазню и привезу Мессиру. Если переживу сегодняшний день!

— Может, ягодки и свежий воздух тебе помогут? Останешься на полгода. Страж, правда, через месяц сбежал, не выдержал моей страсти. Но это все случайно произошло. Я по нехватке разума его на день на цепь пристегнуть позабыла.

— Нет! — выкрикнул я, — Ягодки мне не помогут. Вот, держи браслетик. От чистого сердца! Чтоб жилось тебе счастливо! И муж чтоб был хороший.

— Муж? Муж это хорошо. Только нужно, чтобы было из чего выбрать.

Красотка перекинула волосы на одно плечо, с них градом полилась вода. Странно, платье-то на ней сухое. Как так? Из волос выскочила рыбешка и плюхнулась поверх мха, но тут же под ней оказалось одно из тех страшных болотных окон, про которые я читал. Темная вода унесла серебряное создание. Как жутко-то а? И вроде бы умом понимаю, что это всего лишь вода, и рыбке там хорошо. Но я ведь не рыба! А вода — вот она, рядом.

— Плыви, дорогая. Видишь, какая я добрая? Рыбочке помогла. Браслетик, говоришь? Красивые камни. И ты такой щедрый, — браслетик на прощание сверкнул камнями и исчез в руке у кикиморы, — Чем бы тебя отблагодарить? Какой подарок дать?

— Ничего не нужно. Это я все от чистого сердца! С самыми лучшими пожеланиями. Чтоб тебе! Как говорится. В смысле счастья в личной жизни. Чтоб соседнее королевство пошло на нас войной через твоё болото. Все одно не дойдут.

— Это да. Ну тогда и тебе хорошую женушку пожелаю, чтоб тебя вылечить сумела. Ведьма, значится. Чтоб сынок у нее уже был взрослый, раз ты сам это ммм не годен, — невиданное оскорбление я проглотил молча, — Чтоб она тобой дорожила. Ну, по крайней мере, не мучила, если что — убила бы сразу. Н-да. Пусть так и будет.

— Какая жена?!

Я внезапно словно проснулся. Еще не хватало жениться! И на ком? На ведьме! Чтоб она что? Все знала обо мне, так?! Чтоб околдовать в любую секунду сумела? Нет уж! А если все это и вправду сбудется?

— Вижу, ты рад. Не благодари.

— Какая жена?!

— Ну раз уж ты здоровьем не вышел, но хотя бы аристократ, то жена должна быть из простых. Из аристократок-то на тебя никто не позарится. Умная. А то ты туповат малость. Все переспрашиваешь, на болото пошел. Да, жена твоя должна быть умна, но наособицу. Иначе зачем ты ей нужен? Отравит ещё, это я, жалея тебя. Браслетик уж больно хороший. Тощая, конечно. Дородная женщина себе и так мужа найдет. Эх…

— Тощая?

— Не невинная, уж прости, но ребёночек-то у нее откуда-то появиться должен. Без сына тебе тоже никак. Все говорят, отцу нужен сын.

— Я не помышлял о детях.

— Мышляй. Это полезно. Люби свою ведьму! Иначе ее полюбит кто-нибудь другой.

И вновь закружилось алое пламя обрывками платья, кикимора растворилась в воздухе. Мостки вновь стали ровными. Я вздохнул и припустил бегом. Бежать от врагов с поля брани — позор. Бежать от красивой женщины почти даже не стыдно. Главное, в болото не соскользнуть. А если сбудется проклятие кикиморы? Если я и вправду вернусь из Восточных лесов с женой ведьмой?! Тогда я ее отдам сразу в руки Мессира! И пускай делает с ней все, что угодно! Хоть в жертву приносит во имя источника магии. Но женат я не буду. Никогда, ни за что!

Я ворвался в сосновый лес, взбежал вверх по тропинке. Как славно ощутить крепкую почву под ногами! Фух! Тропа пересечена серебристо-серыми корнями деревьев, они цепляют меня за сапоги, будто хотят задержать. И везде мне чудится колдовство, в каждой пяди этой земли, в каждом дереве. Немыслимое колдовство, идущее не от источника, а кажется, от самой земли по немыслимой прихоти местных богов. И все сильнее в груди разжигается страх перед неотвратимостью. Кажется, я так и останусь навечно в краю ведьм и забытых богов, для чьих алтарей не нашлось места в столице.

Я бежал сквозь лес что было сил, пока не вырвался на пригорок. Впереди сквозь кружевную занавеску молодых сосенок я увидел своего жеребца. Стоит на лужайке, положив голову на спину золотогривой низкорослой кобыле. Вдали, почти на самом краю горизонта возвышается Черная гора, нависает над зеленью мира. Вечный наш враг, оплот и убежище темных эльфов. Я сам лично жду не дождусь, когда они нападут на нашу столицу. Для того, чтобы с честью обнажить свой меч и наконец стереть с лица нашего мира Чёрную гору. Мир шаток, скоро мое время придёт.

В воздухе мелькнула яркая юбка. Там что, такой ветер, что сдул с веревки чье-то белье? Или…? Небо пронзила шальная метелка, это ее всадница одета в такой яркий наряд. Девица заложила крутой вираж, спрыгнула на землю возле моего дерева и нахально ткнула его длинным пальцем.

— Руками не трогать! — выкрикнул я и зажмурился. Сейчас он оттяпает этой попугаихе руку по самый локоть.

— Это еще почему?

Я приоткрыл один глаз. Кажется, возможность удивляться я тоже потерял на том болоте.

— Это мой жеребец.

— Что хочу, будет моим. Это закон всех женщин.

— Что? — я смутно представил, что мне придется второй раз покупать своего коня.

Глава 14

Агата

Дверь опять заклинило. Дёрнула, ничего не выходит. Да что же это такое! Не дом, а шкатулка с сюрпризом! Я так всем своим друзьям о нем и говорю без всякого преувеличения. Ребята радуются, наивные! Не понимают. Куда ни сунься, везде сюрприз. То дверь не откроется, то с крыши кусок черепицы спланирует, а уж печь! О печи лучше даже не рассказывать. Одним словом — чугунная работа голландского мастера, украденная с неизвестного корабля и встроенная в обычный деревенский дом. Кажется, она до сих пор против такого поворота судьбы, оттого и чудит, как умеет.