Читать книгу - "Мой любимый похититель - Мелани Морлэнд"

прикоснуться ко мне, и я таяла, все мое сопротивление исчезало. Поскольку я никогда не испытывала желания к мужчине, оно было пьянящим. Непреодолимым. И мне это нравилось.

Откинувшись на локти, я обдумывала другой вариант отношений с Данте. Дать ему то, чего он так явно хотел. Я понятия не имела, что его так привлекает во мне, кроме любви к моим тортам. Но что-то должно было быть. Может, ему нравились более молодые и неопытные девушки. Это может быть так просто. У всех мужчин есть свой тип.

Я перевернулась на спину, чувствуя, как солнечный жар проникает сквозь комбинезон и рубашку. Может, мне стоит дать ему то, что он хочет? Это было бы безрассудным решением, но я всю жизнь старалась не рисковать, и к чему это меня привело? В долгах, одинока, работала на нелюбимой работе и все еще оставалась девственницей в двадцать шесть лет. Данте был счастлив изменить все это.

Я могла только представить, что повлекут за собой физические отношения с ним. Была уверена, что они будут очень интенсивными. Но при этом знала, что он будет нежен со мной, когда это потребуется. Что может быть лучше для раскрытия моей сексуальности, чем отношения с опытным мужчиной, который смог бы меня всему научить?

От одной только мысли об этом я задрожала.

Все эти мысли вернулись ко мне, когда сидела на кровати и писала свой список. Я составляла свой обычный список «за» и «против», качая головой, когда «за» становилось намного больше, чем «против». И почти все они были связаны с Данте.

Сельская местность была невероятной, и я почти не исследовала ее. Я хотела увидеть больше. Почувствовать солнце. Наслаждаться днями. От одной мысли, что я не вернусь в ту тесную, мрачную квартирку, мне становилось легче. Не придется выслушивать Мэри-Джо и ее избалованных детей. Не работать семь дней в неделю, чтобы просто держать голову над водой — все это были плюсы. И список увеличивался. Еда. Возможность увидеть Италию — то, что я никогда не считала возможным, учитывая мои ресурсы и жизнь.

Минусы казались довольно слабыми. Особенно выделялось «Меня похитили!», но мне было трудно удержать гнев. Я грызла конец ручки, размышляя, не страдаю ли я стокгольмским синдромом. Или, точнее, иллюзией Данте. В любом случае это беспокоило.

Передача контроля Данте была важным моментом. Всю свою жизнь я могла полагаться только на себя. Сама решала, где, когда и что делать. Теперь он будет за все отвечать. Будет решать, когда мне покидать поместье, с кем общаться, когда спать и есть. И все же я почему-то знала, что все это будет делаться в моих интересах. И он хотел, чтобы я была счастлива.

Печь по торту в день казалось мелочью, ведь я привыкла работать гораздо больше. Даже если добавить время на украшение, это был довольно легкий график.

Но я все равно оставила этот пункт. Так список выглядел сбалансированным.

И я не могла оставить без внимания Румбу. Этот оболтус похитил и ее. Что за псих мог додуматься до такого? Данте, вот кто. В любом случае, она, похоже, была за то, чтобы остаться.

Я посмотрела на другие пункты, которые записала. То, что мне было нужно. Мой список требований.

Положила блокнот на тумбочку и скользнула под легкое покрывало. Мне было интересно, что он ответит.

Я могла только предполагать.

Но очень скоро узнаю об этом наверняка.

Свернувшись калачиком, я быстро погружалась в сон.

Нужно было добавить эту удобную кровать в список плюсов.

Я сделаю это утром.

Глава 10

ДАНТЕ

Прислонившись к дверному проему, я наблюдал за спящей Брианной. В свете раннего утра она выглядела как ангел, хотя знал, что это не так. Дерзкая, гордая, сильная и независимая, она испытывала мое терпение, как ни одна другая женщина до нее. Возможно, именно это так сильно притягивало меня к ней. Почему я вел себя так? Как какой-то дегенерат. Смотрел на нее, когда она спала? Беспокоился о ее питании?

Похитил ее и привез сюда?

Несмотря на ее убеждения, что я постоянно так поступаю, я никогда не вел себя подобным образом. Да, я властный. Целеустремленный и решительный. Но обычно женщины сами приходили ко мне. Я всегда был честен с ними. Мы пользовались друг другом до тех пор, пока не теряли интерес — часто я первым прекращал отношения. Никогда не брал кого-то без её согласия, с целью собственного удовольствия.

Но с Брианной все правила отступали на второй план. Мысль о том, чтобы оставить ее позади, была неприемлемой. Я был уверен, что она пошлет меня куда подальше, или еще как-нибудь вежливо выразится. И не мог так рисковать.

На тумбочке лежал ее блокнот, и мне очень захотелось заглянуть в её записи. Джиа рассказала мне, что Брианна разыскала ее и попросила ручку и бумагу, медленно, тщательно имитируя свои действия. Моя экономка дала ей то, что она просила, и я заверил Джию, что это не проблема, хотя меня сжигало любопытство. Я задавался вопросом, что же пишет моя пчелка.

«Говори с ней по-английски, если сможешь», — проинструктировал я. — «Она пробудет здесь некоторое время».

«Такая красивая», — сказала Джиа.

«Да. И она будет много печь. Ей понадобится инструкция, как пользоваться духовкой».

«Хорошо», — согласилась она с удивленным выражением лица. Но она знала, что лучше не задавать вопросов.

Я оторвал взгляд от блокнота и таящихся в нем тайн и отошел от двери. Мне пришлось заставить себя уйти, прежде чем соблазниться на привлекательные растрепанные волосы Брианны и очертания ее гибкого тела. Просто вид ее обнаженной ноги и стройной икры, выглядывающей из-под одеяла, привлек мое внимание. Я хотел забраться к ней в постель и разбудить ее таким образом, какого она никогда не испытывала. С тех пор как узнал, что она девственница, в моей голове роились мысли о том, что я хотел бы стать для нее первым. Я был похож на какого-то парня-переростка из студенческого братства, у которого на уме только одно.

Заполучить девушку.

В моей голове проносились мысли о вчерашнем дне. После того как сдалась и съела принесенную еду мной на пикник, Брианна уснула на одеяле, все еще измученная. Я некоторое время наблюдал за ней, размышляя, почему эта девушка так меня очаровала. В ней не было ничего особенного, но я находил ее бесконечно привлекательной. Мне нравились ее реакции. То, как ее темные глаза выдавали