Читать книгу - "Гарантирую любовь, или срочно требуется волк! - Настя О"

получится объяснить его действия логически. Но точно не сейчас.

Тем временем мы дошли до здания архива, и я поманила Гаэрдина за собой, в сторону черного хода. Волку не составило особого труда аккуратно открыть дверь. Я довольно хмыкнула, наблюдая за ним.

— Господин Хардворки не заметит никакой разницы.

— Обижаешь, Лойс, — проворчал Гаэрдин, — не за красивые же глаза корона держит меня на службе.

Я решила немного поддеть его.

— Уверена, что и за них тоже. Особенно если представители короны милые и женского пола.

— Лойс, да ты, никак, ревнуешь.

Я явно ощущала в его голосе удовлетворение.

— Кто знает, кто знает.

Дверь аккуратно закрылась. Вместе с ней захлопнулась и ловушка для меня. Гай прижал меня к груди, поднимая лицо так, чтобы мог видеть его.

— Нет любимее женщины, чем та, что подарила тебе будущее.

На память почему-то пришел мой расклад семилетней давности и мост, выпавший одной из трех карт. И когда Гаэрдин склонился и поцеловал меня, все существо отозвалось на его ласку. Вот он — мой мост, моя опора и поддержка, о которой я мечтала всю жизнь. Я мысленно поблагодарила судьбу за то, что когда-то она решила свести наши с Гаэрдином дороги.

— Ох, Лойс…

Поцелуй закончился, и я вывернулась из объятий волка.

— Нет, сначала надо сделать то, зачем мы сюда пришли. А потом я обещала тебе тепло и кров. И я сдержу свое слово.

Вздохнув, Гаэрдин кивнул. Я улыбнулась про себя: будто смирился с неизбежным. Самое время было сменить тему.

— Ты давно работаешь на корону, Гай?

— С совершеннолетия, — отозвался мой волк. — Так уж получилось, что мать смогла выносить дитя верховного мага, да еще так, чтобы при этом в потомке сохранилась и искра отца, и природные способности к обращению. Она стала для отца светом в окне и единственной любовью. Но они не живут вместе. Отец, как и я, путешествует с поручениями. А мама приняла решение остаться на территории оборотней.

— Они общаются?

— Это любовь на всю жизнь, Лойс, — тепло улыбнулся Гаэрдин. — После каждого задания отец первым делом несется к матери.

— Ты поэтому сказал, что обязательно вернешься? Чтобы я точно тебя дождалась? — догадалась я.

— Не хотелось уходить, — Гай выглядел смущенным. — Как будто что-то важное с тобой оставлял. А задание затянулось на три года. Когда вернулся, вас уже не было, дом пустовал. Лойс Свон не значилась ни в каких списках. Найти по запаху спустя три года тоже оказалось невозможным. Но я искал. Правда, вектор выбрал неправильный. Думал, ты отправишься в глушь.

— А я решила прятаться на самом видном месте.

— Умница моя.

Похвала заставила сердце на миг остановиться. И вроде уже не маленькая девочка, а искреннее восхищение в голосе Гаэрдина подкашивало колени.

— Как ты думаешь, где можно искать компромат на мэра, если он точно находится в городском архиве?

Гаэрдин ни минуты не раздумывал.

— В секции отработанных документов и ведомостей.

— Что именно мы можем там найти? — удивилась я.

— Подписанные Берделлом документы, не имеющие отношения к деятельности мэрии, например.

— Слабо представляется, что Фетид решится на такую вещь, как подпись, когда на кону стоит его место главы города, — поморщилась я.

Гаэрдин только усмехнулся в ответ и потянулся к карману куртки. Достал оттуда небольшую коробочку, протянул мне.

— Ауру считать сможешь?

— Конечно. Чья она? — кивнула я на лежащий внутри коробки платок с кровью.

— Мэр случайно порезался во время завтрака, на который позвал меня. Хотел похвастаться, как все хорошо в Амрон-сити. Я не смог пренебречь предложением.

— Ох, уж эта работа на корону… — проворчала я.

— Она подарила мне тебя, Лойс.

Гаэрдин улыбался, укрепляя многочисленные соединяющие нас нити. Мысли поневоле начали смещаться ко времени, когда мы покинем архив. Все внутри замирало от предвкушения.

Каково это — снова попробовать любимого мужчину спустя семь лет?..

Именно поэтому я тряхнула головой и еще раз взглянула на коробочку.

— Найду все, что смогу.

Помещение отработанных ведомостей представляло собой большую вытянутую прямоугольную комнату. Она состояла из двух рядов высоких стеллажей, разделенных узким проходом, в котором мы с Гаэрдином обнаружили лестницу. Волк сотворил несколько сияющих светлячков, следующих за нами в любой уголок. Так было легче просматривать документы.

— Вот тебе и мэрская канцелярия, — удивленно присвистнула я, окидывая взглядом фронт работ.

Гаэрдин усмехнулся, оценив шутку, а затем предложил:

— Разделимся.

Мне досталась правая сторона стеллажей. Я видела множество документов с аурой, а значит, и подписью, Фетида. Прошлась по полкам, до которых могла достать, но ничего интересного не обнаружила. Было много договоров на покупку продуктов в других городах, постановлений об уборке города, ничего интересного. Все это входило, так или иначе, в обязанности мэра. И тогда я попросила Гаэрдина придвинуть лестницу к одному из стеллажей. Меня неумолимо тянуло туда. Забравшись наверх, я поняла, что именно так смущало меня. И когда просмотрела не одну, а несколько ведомостей, поняла, что нужно срочно звать Гаэрдина.

— Гай, иди сюда. Кажется, я кое-что странное нашла.

Гаэрдин тут же оказался рядом со мной, и я протянула ему бумаги.

— Проверь подпись и ауру.

Все верно, там значился «Читен Формус», и для нас он вроде бы никакого интереса не представлял. Но Гай посмотрел внимательнее, а потом поднял на меня глаза:

— Похожие с Фетидом Берделлом отпечатки ауры. Дальний родственник? У них быть мэрами — это наследственное?

— Это не просто дальний родственник, Гай. Это тот же самый человек. Ауру ни с чем не спутаешь. Аура — это оболочка души, которую видно только магам. Но только целители могут точно сказать степень родства представителей схожей ауры.

— Да, Лойс, у нас есть подобные специалисты среди верховных магов, — подтвердил Гай мои слова.

— Так вот, Фетид Берделл и Читен Формус являются обладателями идентичной ауры, часть которой оставили на этих бумагах. Это один и тот же человек.

— Эта бумага подписана пятьдесят лет назад, — нахмурился Гаэрдин.

— А Берделлы, если судить по истории города, приехали сюда около двадцати лет назад. Тирн в то время был болезненным подростком, и мать с отцом только и делали, что пеклись о его здоровье. Потом пришло взросление, он окреп и стал таким, каким ты видел его сейчас. До приезда Берделлов информации о