Читать книгу - "Он тебя видит - Элизабет Нокс"

— Мой отец покрывал Джейка, а Джейк пытался напасть на меня, — её голос ровный, холодный. — Если бы ты не следил за мной, если бы не остановил его…

— Но я его остановил.

— Да, — она подходит ближе. — Ты остановил. Ты защищал меня с самого начала. Ещё до того, как я узнала о твоём существовании.

— Я защищаю то, что принадлежит мне.

— А я принадлежу тебе? — теперь она так близко, что я чувствую запах её шампуня, тепло её тела. — Я твоя?

— Ты была моей с тех пор, как написала свою первую книгу. С тех пор, как создала персонажа, который убивает из любви, и заставила читателей сочувствовать ему. Ты звала меня, даже не зная об этом.

— И ты откликнулся.

— Я всегда откликаюсь на твой зов.

Она протягивает руку, проводит пальцем по шраму над моей бровью.

— Я больше не бегу. Ни от правды, ни от тебя. Я пришла сюда сегодня, зная, кто ты, что ты сделал. И что будешь делать дальше.

— И?

— И я всё равно выбираю тебя. Выбираю именно из-за этого, — её рука ложится на мою грудь. — Я всю жизнь писала о тьме со стороны, наблюдая за ней с безопасного расстояния. Я больше не хочу быть в безопасности.

— Селеста…

— Нет, — она обрывает меня. — Никаких предупреждений о том, насколько ты опасен. Никаких шансов передумать. Я знаю, что выбираю. Кого выбираю, — она приподнимается на цыпочках, её губы оказываются у моего уха. — Я выбираю своего монстра.

Вся моя выдержка рушится.

Я прижимаю её к себе, завладеваю её губами, без прежней сдержанности. Это не похоже на наш первый поцелуй — это заявление прав на неё. Она отвечает с такой же страстью, её ногти впиваются в мои плечи, притягивая ближе.

— Библиотека, — шепчет она мне в губы. — Я хочу тебя в библиотеке, среди всех этих историй о смерти и любви, о тонкой грани между ними.

Я поднимаю её на стол, папки рассыпаются по полу. Свидетельства ошибок её отца ковром падают к ногам. Забавно, что мы сделаем это, стоя на руинах её прежней жизни.

— Ты уверена? — спрашиваю я в последний раз, обхватив её лицо ладонями.

— Никогда ещё я не была так уверена, — она притягивает меня для нового поцелуя. — Сделай меня своей во всех смыслах.

Мои пальцы запутываются в её тёмно-каштановых волосах, в тусклом свете библиотеки проблескивают бордовые пряди. Я откидываю её голову назад, открывая изящную линию её шеи. Она вздыхает, её светло-зелёные глаза — почти золотые в приглушённом свете — встречаются с моими бледно-серыми, полные неприкрытого желания.

165 сантиметров её тела идеально подходят к моим 193; её стройное тело изгибается, прижимаясь к моей мускулистой груди, когда я встаю между её бёдер. Я кусаю её шею, достаточно сильно, чтобы оставить след, и сосу, пока под кожей не расцветает синяк.

Её руки впиваются в мой чёрный свитер, задирают его, чтобы провести ногтями по рельефу пресса, очертить шрамы, оставшиеся после многих лет борьбы за выживание.

— Каин, — стонет она, голос дрожит от желания.

Я рывком распахиваю её кожаную куртку и сбрасываю с плеч. Под ней чёрная блузка, обрисовывающая её мягкие изгибы, сквозь ткань проступают возбуждённые соски. Я разрываю блузку, обнажая её бледные груди, она резко втягивает воздух, приоткрывая полные губы. Опускаю голову и присасываюсь к одному из сосков, царапая его зубами и жадно посасывая, лаская языком чувствительную бусинку. Она толкается в меня, и её ботинки «Doc Martens» скребут по краю стола.

— Ещё, — требует она, пальцы путаются с моим ремнём.

Я позволяю ей, заворожённо наблюдая, как те самые руки, что привыкли выразительно двигаться в разговоре, теперь трепещут от нетерпения, освобождая член. Он вырывается наружу — толстый и твёрдый, с пульсирующими венами.

Её светло-зелёные глаза, почти почерневшие от возбуждения, расширяются, прежде чем она обхватывает основание ладонью, уверенно скользит вверх, большим пальцем обводит головку, уже влажную от предэякулята.

Я рычу, стаскивая джинсы с её бёдер, комкая ткань у лодыжек.

Без трусиков. Какая дерзкая.

Её лоно открыто моему взору, влажные половые губы набухли, клитор выпирает. Я провожу двумя покрытыми шрамами пальцами по её щели, смачиваю в её соках и погружаю внутрь. Она вскрикивает, влагалище сжимается, внутри горячо и скользко.

Я глубоко двигаю пальцами, изгибаю, чтобы достать до той точки, от которой её бёдра начинают дрожать, а большим пальцем массирую клитор.

— Чёрт, ты вся мокрая, — хриплю я, второй рукой прижимая её запястье над головой.

Маленький шрам у неё на брови морщится, когда она закусывает нижнюю губу, сосредоточившись на нарастающем напряжении.

— Для тебя, — задыхается она, отпуская мой член, чтобы вцепиться в край стола. — Всегда для тебя.

Вынимаю пальцы и подношу их к её рту. Она обсасывает их, облизывает языком, не отрывая от меня взгляда. От этого зрелища во мне пробуждается что-то первобытное.

Я приставляю головку к её входу туго раздвигая сомкнувшиеся складки. Один резкий, безжалостный толчок, и я погружаюсь до самого основания. Её внутренние стенки сжимаются вокруг моего члена, словно тиски.

Она вскрикивает, выгибая спину, ногти впиваются мне в плечи сквозь ткань свитера. Не давая ей опомниться, я начинаю двигаться с безжалостной силой, стол под нами скрипит в такт. Каждый новый удар глубже, яйца шлепаются о её плоть, а её соки обильно смазывают мой ствол. Ногами она обвивает мою поясницу, пятками упираясь, притягивая меня ещё ближе.

— Сильнее, — молит она, и голос её срывается.

Я слушаюсь. Одной рукой обхватываю её горло, не душу, лишь держу, ощущая, как пульс бьётся под моей покрытой шрамами ладонью. Наклоняюсь, впиваясь в её рот грубым поцелуем. Наши языки сплетаются в борьбе, пока я безжалостно трахаю её. Кожа скользкая от пота, её бледное тело розовеет под моими атаками. Отпускаю горло, чтобы ущипнуть её сосок, кручу до тех пор, пока она не всхлипывает мне в губы.

Её стенки начинают судорожно сжиматься — она близко.

Меняю угол, и с каждым толчком основание моего члена трется о её клитор. Этого трения ей достаточно.

— Кончи для меня, — приказываю я низким, тёмным голосом.

Она разлетается на части. Её киска пульсирует, сжимая член, и она кричит моё имя.

Волны наслаждения сотрясают её, тело бьёт дрожь, глаза закатываются. Я не останавливаюсь, гонюсь за своим. Вынимаю член, переворачиваю её и наклоняю через стол. Её задница приподнята, такая круглая и упругая, а киска блестит, открытая моего взору.

Шлёпаю по мягкой плоти, наблюдая, как проступает красный отпечаток, и вновь вхожу сзади, теперь ещё глубже. Руками впиваюсь в её бёдра, оставляя синяки