Читать книгу - "Яшмовая магическая академия. Драконий словарник - Наталья Валенидовна Колесова"

Марго опустила ладони на стол и выпрямилась.

— Вызову вас после доклада Симона, а пока хорошенько над этим поразмышляйте. Старшекурсники могут идти. Лесовичка остается.

Радостно подскочившая Мира уже второй раз растерянно опустилась на место: что еще хочет от нее ректор? Она впервые слышит о Драконьих стрелах, совершенно никого и ничего не увидела, не услышала и не поняла при срабатывании самострела, а почему они с гномом оказались возле тайного выхода из Академии, о котором даже не подозревали, наверняка уже рассказал сам Шазр.

Артур задержался на пороге.

— Простите, госпожа ректор, у вас тут… — Он неопределенно махнул рукой вдоль шеи.

— А? Что?

— В волосах листья запутались…

— Где? — Ректорша провела пальцами по взлохмаченным кудрям, не нашла и досадливо отмахнулась: — Ой, потом, не до того сейчас!

Но Артур уже шел к ней.

— Позвольте мне… — Действуя очень осторожно и аккуратно (как со… со злобной собакой, пришло в голову Мире), а потому медленно — Ведьма глядела на него искоса, вздыхала и уже нетерпеливо притоптывала ногой, — этот смельчак выпутал из волнистых прядей сухие листья и даже парочку мелких веток.

Ректор хохотнула:

— Странно, что по дороге я еще воронье гнездо случайно не зацепила!

Артур аккуратно расправил длинные пряди поверх открытого выреза сорочки, сказал без улыбки:

— Вот так. Спокойной вам ночи.

— Спокойной! — пискнула со своего места Мира. Ректор, озадаченно скривив губы, мгновение смотрела на закрывшуюся дверь. Повернулась к лесовичке. Сложив по-ученически руки, та старательно выпрямилась под пронзительным фиолетовым взглядом главы Академии: моментально захотелось признаться во всех своих секретах, грехах и неблаговидных поступках. Которых даже не совершала.

— Со следующей недели первокурсники могут выходить в город.

Мира моргнула — ожидала совсем не этого. Произнесла осторожно:

— О? Хорошо.

— Вам с Шазром выход запрещен.

Понятно, вот оно, наконец, наказание! Но если подумать, наказание за что? За плохое ориентирование на местности? Главная Ведьма помолчала, словно ожидая вопросов — Мира по-прежнему преданно таращилась на нее, мечтая лишь, чтобы поскорее отпустили спать, — и отчего-то решила пояснить:

— Пока не ясно, на кого именно ставился самострел, вы — все четверо — будете в безопасности, не выходя за пределы Академии.

Э? А она вообще здесь при чем, ведь она никакой не дракон, не гном с проблемной родней и даже не старшекурсник, который за несколько лет пребывания в Буржбе мог сотни раз насолить какому-нибудь местному жителю — например, своей обаятельной улыбкой отбить у того местную красавицу?! Жаль, что приказы ректора не оспаривают и даже не уточняют — во всяком случае, никто, кроме старосты, на это не решался. Поэтому девушка только кивнула:

— Хорошо.

Марго задала совсем уж неожиданный вопрос:

— Вижу, ты с ними дружна?

— С кем? А-а-а, со старшими? — Ректор по-прежнему не отводила глаз, и Мира сообразила, что от нее-то как раз ждут уточнений и подробностей. Погадала, что будет лучше, согласиться или отрицать, и решила просто сказать правду: — Да не особо… Ну, Криспин… Понимаете, он ведь такой… э-э-э… сложный, неприветливый (очень мягко выразилась!). Только в библиотеке мы и разговариваем, и то всё про книги (ну еще про Пущу). — Женщина кивнула, как будто ничего нового для себя не услышала. — А Артур, он как… солнышко. Всем светит, всех греет. Так что у него в друзьях вся Академия, — договаривая это, Мира поняла, что права и одновременно неправа. Все-таки один-единственный друг у старосты имеется. Тот самый «сложный».

Губы ректора дрогнули в усмешке: не понять, задумчивой или ядовитой.

— Как бы не надорвался…

— А?

Но Марго уже изящно выскользнула из своего кресла.

— Считаю, им очень повезло, что ты оказалась рядом. Приглядывай за ними и дальше.

Что? Я?! Почему? Как? Но озвучить все эти вопросы Мира попросту не успела — ректорша мотнула головой в сторону выхода:

— Ступай. Мальчишки ждут. — И скрылась за второй, маленькой дверью, ведущей, наверное, в соединенную с кабинетом личную комнату.

Мальчишки, то есть старшекурсники, и впрямь почему-то до сих пор торчали в коридоре. Едва Мира вышла, Артур шагнул навстречу, широко раскинув руки:

— Вот она, наша спасительница! — даже приобнял легонько и тут же отпустил, напоследок коротко потрепав по голове. Будто маленькую миленькую собачонку, подумала Мира, машинально поправляя полурасплетшуюся косу. Госпожа ректор со своими распущенными черными волнистыми волосами выглядит шикарно, а она сама — наверняка как растрепанный ветром стог. Спохватилась:

— Почему — спасительница?

— Да потому что практически собой обезвредила самострел! Представь, если бы кто-то — я или Крис — шагнул прямо под Драконью стрелу? Что бы от нас сейчас осталось?

А ведь сущая правда! Мира покосилась на прислонившегося к стене Криспина: тот наблюдал за ними исподлобья. Значит, баш на баш? То есть она ничего ему не должна, поскольку они вдвоем невольно спасли друг друга? Спаситель-спасенный широко зевнул и оттолкнулся от стены.

— Ну, пошли уже? Я сейчас просто, как лошадь, усну стоя.

В холле общежитского этажа их поджидала кастелянша, дежурившая ночью и уже, видимо, оповещенная начальством. Налившаяся гневной краской Батильда безмолвно погрозила сразу двумя внушительными кулаками и энергичными жестами отправила каждого в свое крыло: девочку налево, мальчиков направо. Артур помахал Мире на прощание.

Неся перед глазами его усталую улыбку, лесовичка, спотыкаясь на каждом шагу, добралась до своей комнаты, осторожно нажала на ручку двери: сейчас потихоньку прокрадется и рухнет на кровать… Даже не раздеваясь.

Напрасные мечты! Вспыхнул свет, и Мира обнаружила перед собой цветочную баронессу, стоявшую в непривычно вульгарной для нее позе — руки в боки.

— Ты где была?! — шепотом закричала Амариллис.

Лесовичка длинно вздохнула. Осталось только, чтобы и во сне явился кто-то с очередной нотацией…