Читать книгу - "Операция «Кавказская пленница». Чужая. Бедовая. Моя - Ульяна Николаевна Романова"

когда она напитается тем, что ей было нужно, нежно поглаживая и массируя шею.

И молчал.

Нам не нужны были слова, мы научились чувствовать настояния друг друга. Сегодня поддержка нужна была ей.

А иногда — мне. И тогда Лия просто садилась рядом, запускала ладошки в мои волосы и долго массировала кожу головы, пока я не расслаблялся. И усталость, злость, нервозность уходили. Всегда. Даже эти эмоции не пасовали перед ее оптимизмом и внутренним огнем.

— Аслан звонил, приглашал на свадьбу, — сказал я, когда она отстранилась.

— Папа каждую встречу бурчит, что в вашей семье все нахалы и всех женщин у него забрали, — прыснула она.

Я протянул руку и погладил ее щеку большим пальцем, с удовольствием наблюдая, как глаза моей жены подергиваются дымкой, а щечки аллели.

Мне никогда это зрелище не надоест. Слушал, как сбивалось ее дыхание, как она сама делала шаг мне навстречу, и улыбался счастливым болванчиком.

— Бармалейка, — позвала Лия прозвищем, которое дала мне сразу после того, как мы вернулись из аула в город.

— Что? — хрипло уточнил я.

— Я соскучилась, — призналась она и запрыгнула мне на руки.

— А я как соскучился. Пойдем, покажу как, — предложил я.

И не дожидаясь ответа, понес жену в супружескую спальню…

Эпилог 2

Камал

Пять лет спустя

Ласковая ручка Эмилии перебирала волосы на моей бороде, а я делал вид, что сплю. И млел. Пять лет она будила меня только таким способом, а я всегда долго делал вид, что не просыпался, чтобы продлить сладкие утренние мгновения.

— Камал, просыпайся, пожалуйста, — потребовала Эмилия, — уже одиннадцать дня.

— Еще почеши, — потребовал я, открывая один глаз. — Мы куда-то торопимся? Сегодня выходной, лето, тебе наконец-то не надо в универ.

Я зевнул и притянул жену к груди. Удобно устроил и снова попытался задремать, но…

— Ай! Лия, если я где-то виноват, то на коленях молю: прости. И пощади бороду.

— Прощаю. Просыпайся, Кам! Тебе срочно нужно съездить к Хасану, забрать у него кое-что, он знает что!

— Гав! — подал голос наш шпиц, которого я подарил жене четыре года назад.

Потому что она захотела собаку, а я никогда не мог ей отказать. Черный потомок волков, он же пробник собаки, залез на кровать и принялся кусать меня за нос, щекоча пушистой шерстью.

Но Лия быстро беспредел прекратила и забрала Сникерса в свои ласковые ручки.

— Срочно? — Я снова приоткрыл глаз.

— Да. Очень. Надо прямо сейчас вставать, чистить зубы, расчесаться и ехать! Давай. Ну, Кам, ну пожалуйста, ну надо!

— Я когда-нибудь обязательно научусь тебе отказывать, — пообещал я, поднимаясь. — Что там нужно?

— Хасан знает, — загадочно пообещала Лия.

Я чмокнул жену в висок и пошел в ванную. Принял душ, почистил зубы, оделся и вышел. Эмилия уже стояла в коридоре, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

— Сейчас выйдешь и поезжай к нему, — продолжала она давать указания.

— Опять по учебе? Лия, ты уверена, что этому пенсионному фонду можно доверять помощь в твоем образовании? Он же уже ничего не помнит, да и учился он на стоматолога, — попытался восстановить я справедливость.

— Можно, он мне всегда помогает. Ну, Бармалейка, Хасан торопится. Иди, пожалуйста.

Она подошла ко мне, чмокнула в щеку, а я растаял. И поехал делать то, что жена сказала. Потому что у нас в семье вопиющий патриархат, конечно. У всех мужчин нашей семьи домостроевские порядки в доме, и жен мы держали в ежовых рукавицах, да.

Я надел легкие кроссовки, еще раз поцеловал Лию в носик и пошел к машине, нещадно зевая. Вышел на улицу, щурясь от яркого летнего солнца, подошел к своей машине, достал ключи и…

— И как нам это сделать?

Голоса за спиной были очень знакомые, я напрягся, но пока решил ничего не предпринимать.

— Накидывай и тащи, — это Варенька, жена моего младшего брата и заклятая подружка Эмилии.

— Мы его вдвоем не утащим, — я узнал голос Серафимы, еще одной подружки Лии.

— Тогда будем договариваться, — решила Варя, и меня похлопали по плечу.

Я обернулся и посмотрел на две шкодливые моськи Лииных подруг. Вопросительно поднял бровь и ждал.

— Мы тебя воруем, — очаровательно улыбаясь, сообщила мне Варя.

— Да ну? — развеселился я. — Для кого?

— Камал, не задавай вопросов, заматывайся в плед и иди в мою машину, — потребовала Варя.

— В наручники заковываться? — уточнил я, понимая, что моя жена снова решила сделать мое утро незабываемым.

— А ты сопротивляться будешь? — дипломатом в нашей беседе выступала Варя.

— Смотря куда везут.

— К жене, конечно, куда еще. Лия сказала украсть, мы и крадем. Но ты очень крупный и тяжелый. Поэтому давай сам и не распаковывайся, пока мы не разрешим.

— Если моя жена сказала, то, конечно, давайте плед, я замотаюсь, — согласился я.

Девчонки протянули мне мягкий белый плед, я замотал им голову и покорно пошел за «похитительницами». Сам сел в машину Вареньки на заднее сидение, девчонки деловито устроились впереди, и мы поехали.

— Надеюсь, ехать не два дня? — уточнил я.

— Нет, еще минут десять, — Варя за рулем внимательно следила за дорогой.

— Понял. Как у Дамика дела? Он знает, что ты воровскую жизнь начала?

— Меньше знает — крепче спит, — улыбнулась мне Варенька.

Жену младшего брата я принял как сестру, девчонка она оказалась под стать моей жене, чудили они примерно одинаково и быстро стали лучшими подругами. Да и они с Лией были ровесницами.

Варя сделала несколько кругов по городу, а потом, видимо, получив разрешение от Эмилии, свернула к центру города и взяла курс на модную гостиницу.

Припарковалась у входа, развернулась ко мне и приказала:

— Выходи, приехали.

— Понял, — согласился я, — ткань не снимать?

— Нет, так иди.

Мы вышли на улицу, игнорируя взгляды прохожих. Вряд ли в эту гостиницу часто привозят огромных бородатых мужчин в пледе в сопровождении двух решительных девчонок. На нас косились, но никто ничего не говорил.

Мы поднялись на двадцатый этаж, девчонки постучали в дверь номера, а на пороге появилась моя жена. В коротком платье, красивая до невозможности.

— Вот, мужа тебе украли, сестра, — указала на меня Варя.

— Так сразу мужа? — изумился я. — А поуговаривать? А посопротивляться? А кошельки поворовать, песни попеть, в крайнем случае машину угнать? Нет? Я требую повторной кражи, так быстро неинтересно.

Лия рассмеялась и просто втащила меня за плед в номер. Заперла его и поцеловала. Так, что сопротивляться я уже не хотел. Песню, теоретически, спеть мог, но потом, когда нам целоваться надоест…

Никогда, наверное, потому что целовать ее я готов был только с короткими перерывами