Читать книгу - "В плену иллюзий - Хелен Бьянчин"

Если бы нечто подобное произошло месяц назад, ее реакция была бы абсолютно другой. На губах бы у нее появилась соблазнительная улыбка, и ей непременно захотелось подыграть ему. Она многообещающе взглянула бы ему в глаза, и воображение обоих заработало бы в одном направлении.

Кристина соскучилась по нему до умопомрачения. Ей были необходимы его ласки, его поцелуи, его нежность. Каждый вечер, ложась в свою холодную одинокую постель, она зажмуривала глаза и представляла, что он рядом. Что вот-вот коснется рукой ее живота, что ладонь его медленно скользнет выше, задержится на груди… Она увлекалась своими фантазиями, потом вдруг осознавала, что всего этого больше не вернуть, и еще сильнее зажмуривалась, глотая слезы.

— Норман, — послышался откуда-то сбоку знакомый женский голос, похожий на сладкое мурлыканье.

Кристина повернула голову. От внезапно нахлынувшей волны неприятных эмоций, она сжала пальцы в кулаки, да так крепко, что ее длинные ногти больно впились в кожу.

Справа от них стояла Франческа. Она была с мужчиной, тоже работавшим у Нормана. Кристина не могла вспомнить его фамилию.

Эта змея обнаглела настолько, что уже называет Нормана по имени, промелькнуло у нее в голове.

— Потрясающая комедия, не правда ли? — чрезмерно восторженно прощебетала Франческа и повернулась к Эдварду. Он нередко приезжал в Норфолк, и не раз посещал с сыном светские приемы, поэтому был знаком со многими из его окружения. — Мистер Фрислендер! Безумно рада вас видеть! — Красивые губы Франчески, аккуратно обведенные карандашом и покрытые помадой, растянулись в дежурной ослепительной улыбке, которая выглядела весьма неестественно. — Приехали навестить сына?

— Да, — сдержанно ответил Эдвард.

— Мы с Николасом собираемся на вечеринку к Хантам, не хотите к нам присоединиться? — Хлопая ресницами, жеманно поинтересовалась Франческа. — С удовольствием побеседовала бы с вами, мистер Фрислендер! Вы ведь из Филадельфии, верно?

Эдвард кивнул.

— Я очарована этим городом! — Она театрально хлопнула в ладоши.

— Спасибо, Франческа, но у нас другие планы, — ответил Норман.

Какие планы? — подумала Кристина.

— Что ж, мне очень жаль! — сказала Франческа разочарованно. — Значит, побеседуем в другой раз, мистер Фрислендер.

— Конечно.

Они попрощались и направились к выходу, оставляя Франческу и Николаса позади.

— Я очень благодарен тебе, Норман! — воскликнул Эдвард, когда все трое вышли в приятную прохладу июньского позднего вечера.

— За что? — удивился тот.

— За ужин, за театр, а в особенности за то, что избавил меня от необходимости общаться с Франческой Менгс.

— Она тебе так сильно не нравится?

— Очень уж много кривляется. Я знаком с ее матерью. Очаровательная женщина. Держится с достоинством, весьма добродушна, и естественна. Жаль, что дочь не унаследовала от нее эти качества, — ответил Эдвард с явной досадой в голосе.

— Франческа — отличный специалист, — заметил Норман, пожимая плечами.

— Еще бы! — Эдвард фыркнул. — Иначе ты не держал бы ее в своей компании.

Они подошли к машине Нормана, сели в нее и поехали по освещенному сотнями огней ночному городу.

— Очень рада нашей встрече, Эдвард! Норман, не стоит провожать меня до подъезда, — сказала Кристина, когда они подъехали к ее дому.

Не обращая внимания на ее слова, Норман вышел вместе с ней из машины.

Взявшись за ручку подъездной двери, она приостановилась и повернулась к нему, намереваясь поблагодарить его за вечер.

— Ничего не говори, — повелительно прошептал он, привлек ее к себе и поцеловал в губы. — Завтра я позвоню тебе.

Кристина, придя в сильное смущение, ничего не ответила и зашла в подъезд. Ее пальцы слегка дрожали, когда она нажимала на кнопку вызова лифта.

На следующий день, в субботу, погода была чудесной. Приветливо светило солнце, и сидеть дома не хотелось.

Встав довольно поздно, приняв душ, съев салат из фруктов, ломтик сыра и омлет, Кристина надела на себя джинсовые шорты, легкую маечку и вышла из дома.

Она решила закупить сегодня необходимые продукты, съездить в центральный универмаг и пообедать где-нибудь на побережье. А еще посетить выставку одного из местных художников.

Когда она возвращалась домой, солнце уже приближалось к горизонту. Фасады домов, освещенные его оранжевым светом, выглядели удивительно красиво.

На заднем сиденье машины лежали пакеты с покупками. Уставшая, но вполне довольная своей прогулкой, под сильным впечатлением от выставки, Кристина мечтала поскорее очутиться в прохладном душе. А потом усесться в мягкое кресло перед телевизором с тарелкой купленной в супермаркете свежей клубники.

Телефон зазвонил в десять минут девятого, когда она только вышла из ванной.

— Привет, Кристи! Чем занимаешься? — из трубки послышался до боли знакомый голос Нормана, и от волнения у нее замерло сердце.

— Норман… Добрый вечер, — пробормотала она, пытаясь говорить как можно более беспечным голосом. — Я только что вернулась домой. Ездила по магазинам. И побывала на выставке Эндрю Пейджа. Очаровательные работы… Насыщенная и напряженная цветовая гамма, выразительность образов…

Норман прекрасно знал об этом ее пристрастии — увлечении живописью. И сейчас слушал ее с грустной улыбкой. Раньше она постоянно делилась с ним впечатлениями от увиденных картин, изъясняясь немногословно, но образно и точно. Он жутко скучал по всему, что было связано с ней. И страстно желал вернуть ее.

— Кстати, о живописи. У меня два приглашения на устраиваемый Грилеем аукцион. Будут выставлены и некоторые картины из его личной коллекции. — Норман знал наверняка, что подобное мероприятие Кристина не сможет пропустить.

— Насколько я понимаю, ты предлагаешь мне пойти к Грилею вместе с тобой?

— Умница, ты все правильно понимаешь, — ответил Норман. — Мероприятие назначено на понедельник. В семь вечера начнут подавать напитки и закуски. Сам аукцион состоится чуть позже. Так что к половине седьмого будь готова.

— Есть! — воскликнула Кристина заметно повеселевшим голосом.

— Мне нравится твое послушание, — пробормотал Норман томным полушепотом. — До понедельника, Кристи!