Читать книгу - "Чужая. Цветок викинга - Мастерица"

Эйнар кивнул, отдавая приказ воинам поднять Фроди. Наконец, Уна полностью пришла в себя. Она поняла, что практически все нападавшие были уничтожены. Она слышала, как Эйнар отдаёт распоряжения своим воинам и те тут же бросаются их выполнять.

Девушка склонилась над Хильдой. Принялась хлопать ту по щекам. Но та никак не реагировала, хотя грудь её поднималась и опускалась. Уна склонилась над ней, прислушиваясь к дыханию.

— Ну же, очнись, твоему мужу нужна помощь, — громко сказала она, наблюдая, как воины улаживают окровавленного Фроди на постель.

— Чистое полотно! — крикнула она, — Нужно принести как можно больше! Кипящую воду, иглу, нитки и любой алкоголь.

Девушка не сомневалась, что вскоре всё это принесут. И была права. Вскоре всё это принесли в комнату.

— Что с Хильдой? — спросил Эйнар, подходя к ним.

— Глубокий обморок. Её нужно уложить в постель… И позвать сюда Тору.

Эйнар кивнул и подозвал одного из воинов. Вскоре Хильду унесли. А Уна подошла к Фроди.

— Тебе не стоит этого видеть, — нахмурился Эйнар, становясь рядом с ней, — не в твоём состоянии.

— Всё нормально, — сглотнула Уна, — я могу помочь ему.

Она обработала руки и иглу. Мамины гены. Мамино спокойствие. В таких ситуациях они проявлялись в ней. Девушка вспомнила, как однажды была у родителей на работе, а в это время на каретах скорой помощи стали доставлять раненых после взрыва в метро. Помнила собранность и хладнокровие матери. Помнила, как сама так же хладнокровно помогала ей. Потому что там творился кромешный ад.

Как и сейчас в замке. Зашив страшную рану Фроди и, перевязав его с помощью Торы и Эйнара, Уна спустилась в главный зал. Там были десятки раненых. Отдавая распоряжения здоровым воинам, Уна и Тора создали импровизированный госпиталь прямо там.

Девушка видела, как Эйнар хмуро следил за её действиями. И даже едва ли не силой пытался заставить её пойти наверх отдыхать. Но Уна упросила его, сказав, что как только почувствует что что-то не так, тут же уйдёт.

— Я могу помочь, пожалуйста… — сказала она, прикасаясь к его руке, но он тут же отдёрнул её.

— Что это?

Девушка снова схватила его за руку и закатала рукав рубахи. Длинный глубокий порез опоясывал всю руку до локтя.

— Почему вы молчали? — спросила Уна, смотря на него.

— Это всего лишь царапина, — отмахнулся он, выхватывая из корзины позади неё чистый кусок ткани и обматывая руку, — помоги тем, кто действительно ранен. Я поднимусь к Фроди.

Уна молча смотрела ему вслед. Перед глазами почему-то встало его разъярённое лицо, тогда, в комнате… Он защищал её… Он спас её от того воина…

Девушка встряхнула головой, отгоняя видение, и принялась помогать раненым. Спустя какое-то время она взяла у Торы заживляющую мазь, сложила остатки чистой ткани в корзинку и поднялась наверх. Она вошла в комнату и увидела Хильду, которая видимо совсем недавно пришла в себя, а теперь сидела рядом с мужем.

Эйнар же сидел в кресле, устало откинувшись головой на край. Уна кивнула Хильде и подошла к Эйнару.

— Мне нужно осмотреть вашу руку, — тихо сказала она.

Он тут же открыл глаза.

— Тебе нужно отдохнуть, — сказал он, — ты слишком долго была на ногах. Идём, я приказал подготовить комнату Флоки.

Эйнар поднялся и пошёл вперёд. Девушка пошла вслед за ним. Эйнар открыл дверь комнаты и пропустил её вперёд. Уна поставила корзинку на кровать.

— Сядьте, пожалуйста, — сказала она, — у вас серьёзная рана… Пожалуйста…

Уна задрав голову, смотрела ему в глаза. До неё вдруг только сейчас окончательно дошло. Именно этот человек её якорь в этом мире. Она выживет, если будет рядом с ним. Он защитит её и ребёнка. И что бы она не чувствовала к нему на данный момент, в будущем ей придётся сделать всё, чтобы принять его. Потому что у неё не было другого выбора. Найти тихий уголок в ЭТОМ мире, наполненном жестокостью, враждой и междоусобицами одинокой женщине невозможно. Если она не под защитой сильного мужчины. Поэтому ей придётся отбросить все установки девушек двадцать первого века: всё сама… И вверить себя в руки этого великана, который обещал больше никогда не причинять ей боли. Но так ли это? Но ведь всё равно другого выбора нет…

Эйнар смотрел на застывшую перед ним девушку, которая, не мигая, смотрела на него. Он позвал её. Она не отозвалась. Что-то не так!

— Уна!

Он видел, как она вздрогнула и моргнула.

— Простите…

Она схватила его за здоровую руку и подвела к кровати. Он сел, а она принялась обрабатывать его рану. Затем перевязала руку и аккуратно завязала концы повязки.

— Тебе нужно хорошенько отдохнуть, ложись, — сказал он, поднимаясь.

А ему ещё столько нужно сделать. Собрать уцелевших воинов, убрать тела врагов и своих воинов, захоронить погибших. Приступить к более активному укреплению замка. Две стены они уже перестроили раньше, сделав их высокими и непробиваемо-прочными. Третью не успели…

Эйнар весь остаток дня и вечер провёл с воинами, работал сам. Тёмной ночью он вернулся в замок. Зашёл в комнату, где спала Уна. Подбросил дров в небольшой камин. Он знал, что она и Хильда вечером осматривали раненых. Их было много, слишком много. И, не смотря на то, что почти все нападавшие были уничтожены, убитыми оказались и несколько его воинов. В том числе и одноглазый Эл…

Эйнар присел возле кровати, рассматривая мирно спящую девушку. Сколько же мужества и отваги в ней! Как он мог раньше думать о ней, что она хилая и никчёмная??

— Папа… — Пробормотала девушка во сне.

Эйнар нахмурился. То, что Орм затаился, тревожило его. Но, вся надежда была на Флоки, который перед своим отъездом пообещал следить за ним, и таким образом, хоть немного искупить свою вину. Он знал, если Флоки вцепится во что-то, его не оттащишь.

Он медленно и осторожно, чтобы не разбудить, провёл рукой по волосам девушки. Затем поднялся и пошёл в свою комнату, где разместился раненый Фроди. Всю ночь он дремал в кресле, прислушиваясь к дыханию друга.

Утром его разбудили тихие шаги. Он открыл глаза и увидел, что в комнату, осторожно обходя дверь, лежащую на полу, зашла Уна. Она подошла к Фроди и потрогала его лоб.

Эйнар поднялся и подошёл к ним.

— Как он? — спросил он хриплым голосом.

По правде говоря, тот выглядел ужасно. Слишком бледная кожа, запавшие щёки, грудь, едва подымающаяся и опускающаяся в такт дыханию.

— Жара нет. Это хорошо, — ответила Уна, — но он потерял слишком много крови.