Читать книгу - "Мои драконы. Император, князь и я - Татьяна Демидова"

Порывисто вздыхаю, когда глаза спускаются ниже, там где его бедра соприкасаются с моими. И тут же оддергиваю взгляд, будто ошпарившись.

Я знаю, как выглядят мужчины ниже пояса. Но… возбужденный, любимый мужчина — это все же немного другое. Непривычное еще для меня и невероятно притягательное зрелище.

Мне хочется потрогать, ощутить пальцами его горячую твердую плоть, но смелости пока не хватает. Я смотрю в глаза любимого, пытаясь обрести ее.

— Хочу поцеловать тебя, Ролана. Узнать, наконец, твой вкус. Запах твоего возбуждения давно сводит с ума. Хочу попробовать твое желание, любимая, — хрипло и непонятно говорит он.

Но все мои сомнения и вопросы исчезают едва он снова наклоняется и начинает с новой жадностью целовать мою грудь. Она стала такой невероятно чувствительной. Каждое прикосновение вызывает целые волны острых горячих искр под кожей. Мои тихие охи и протяжные ахи разлетаются по спальне, заставляя глаза императора разгораться все ярче и ярче.

Но он по прежнему наблюдает, лишь мягко невесомо лаская мое запястье с его меткой.

Дорожка огненных поцелуев неотвратимо спускается на живот. Горячее дыхание Стейна опаляет мою влажную кожу. Его губы и язык жалят ее, но так приятно, что я млею и снова прикрываю глаза, потому что Стейн в этот момент очень нежно и осторожно ласкает пальцами сосредоточие моей женственности, умело вызывая новые стоны и вскрики.

И я точно не буду его останавливать. Ни за что.

Тяжелая теплая ладонь накрывает мою грудь. Алларду надоело наблюдать или он просто выжидал удобный момент. И мне действительно сейчас настолько хорошо, что я забываю про всякую стыдливость и робость.

Я не только эти две вещи теряю, я полностью пропадаю в своих ощущениях. Кажется, я уже зашла слишком далеко, чтобы повернуть назад.

Потому что… Ах! Стейн властно давит на мои бедра, раскрывая их еще шире, и в последний раз ослепив своей счастливой улыбкой, наклоняется и звонко целует внутреннюю сторону бедра. Шумно втягивает носом запах возле моего влажного лона и, прикрыв веки, трется щекой о мою кожу.

В глазах темнеет, я задыхаюсь от откровенности этой картины. Даже на мгновенье мне, кажется, что я сейчас умру. Сердце стучит, как заполошное. Но разве можно умереть от удовольствия? Оказалось, что если его так много, что сердце готово грудь разорвать, то можно.

— Сокровище мое. Дыши, Ролана. Это только начало… — предвкушающе поглаживает мои колени Стейн, покусывая мои бедра. — Дальше будет еще больше удовольствия для тебя, — он улыбается, а потом вдруг резко без предупреждения наклоняется и целует прямо в сердцевину моего раскрывшегося женского цветка. Языком упруго скользит в глубину.

О боги! Так вот что он имел в виду!

Вскрикиваю от неожиданности, и тут же мой мой рот накрывают другие властные губы.

Они оба целуют теперь так, будто пьют меня. С такой жадностью, ненасытностью, проникая в самую чувствительную горячую глубину. И жар откликается им навстречу с удвоенной силой. Связь звенит от предельного натяжения. Требует, жаждет, диктует…

— Сладкая! Божественно вкусная, нежность моя, — урчит Стейн, проделывая своим умелым языком такое, что у меня снова сердце заходится, и в животе все скручивает в голодных чувственных спазмах.

Аллард же наоборот сбавляет напор. Его губы становятся трепетно нежными. Поцелуй с ним затягивает в обманчиво медленный и опасный водоворот, который потом засасывает на самое дно.

И я не могу ему противостоять. Я и сама сейчас медленно умираю и возрождаюсь совсем другим человеком. Более смелым, страстным, открытым…

Время замирает вокруг нас. Превращается в тягучую вязкую каплю смолы. Драконы верны своему слову. Они не торопятся. Ласкают меня с удвоенной нежностью так, что я уже сама готова просить в голос о том, о чем до этого и думать стеснялась.

— Ролана моя, посмотри на меня, — тихо требует Аллард, заглядывая мне в глаза.

И я смотрю и погружаюсь все глубже в темный бушующий океан его страсти. Он обхватывает мой затылок своей рукой и пристально наблюдает за моим лицом, не давая отстраниться, будто что-то выискивая или ожидая.

А я уже настолько глубоко в нем нахожусь, что пропускаю момент, когда Стейн снова накрывает меня своим телом и сильно толкается бедрами между моих разнеженных его ласками бедер, уверенно наполняя меня своей твёрдостью.

— О-оо!

Вот чего ждал император. Его глаза становятся почти черными от резко расширившихся зрачков. Он с одержимой жадностью впитывает каждую новую эмоцию на моем лице.

А я… Я рваными глотками хватаю ртом раскаленный воздух. Нет, не воздух. Я будто огнем дышу сейчас. И пламя всю меня окутывает. Это метка. Пульсация разрастается по всей коже, едва мой дракон наполняет меня собой, закрепляя наш брак.

Мой взгляд притягивается к моему князю. Он выжидает немного, также как его брат, вглядываясь в мое лицо, а потом начинает плавное и такое восхитительно правильное движение. Вверх и вниз…

Боли нет. Мои драконы позаботились и об этом. Сама бы я не смогла себя обезболить. Не умеют так маги-целители, даже самые сильные.

Мой князь был прав. Только удовольствие этой ночью. Но даже в самых смелых своих мечтах я не представляла, что оно будет таким… таким невероятным и выходящим за все границы моего прежнего чувственного опыта, за пределы моего прежнего мира.

— О, Стейн, — стону я, когда мой князь меняет ритм на более быстрый. — Любимый мой…

Его движения еще плавны, но проникновения становятся все глубже и сильнее. Растягивает, распирает меня до предела. Все плотнее и туже. Чувствую его горячую твердую плоть внутри себя и умираю от ослепительного яркого счастья.

Пузырьки во мне уже не лопаются, они бурлят и поднимают меня вверх. Выше, еще выше над землей! Делают воздушной и невесомой. Жар струится под кожей. Вся моя суть сейчас тянется к моему дракону в стремлении стать единой с ним, слиться в один огненный монолит, и я непроизвольно начинаю приподниматься навстречу его ритмичным толчкам.

Хочу продлить наше единение, сделать его плотнее… И чувствую, чувствую, как брачная метка наливается той необходимой силой, как тонко звенит наша связь, становясь шире и глубже. Проникает в нас, спаивает друг с другом, но она пока не полная, не завершенная до конца…

— Ролана, желанная моя… Теперь моя, навсегда… — хрипит князь, обхватывая мои бедра своими сильными ладонями и задавая более резкий темп.

Мои глаза внезапно останавливаются на замершем совсем рядом еще одном драконе. Аллард хищным прищуренным взглядом наблюдает за всем. Но сам он словно закаменел, челюсти сжаты, все тело напряжено, лишь в глазах — яростный темный шторм.

И я почему-то вдруг хочу