Читать книгу - "Я все умею лучше! Бытовые будни королевского гарнизона - Анна Лерой"

стороны полетели кучки песка. Везде песок! Радиус разброса был такой, что не каждому ученику так мячик метнуть дано! Я, конечно, подскочила, а кошка уже шурхнула под кровать. На полу песок, в моей голове песок, на зубах тоже он.

Благо этот самый песок не пах, кошка просто поиграла.

— Ладно, первый блин даже не комочком, — терпеливо выдохнула я, собирая песок обратно в импровизированный лоток.

И тут в дверь снова затарабанили. Ну сколько можно? Что опять — пожар, потоп, спокойный день у меня может быть хотя бы один? А спокойная ночь?

— Лейтенант? Там… к маршалу, срочнее некуда!

Я сжала губы, чтобы не выругаться. Что маршал как маленький, что он, потерпеть не может? Что могло случиться за чуть больше часа? Но и не пойти нельзя, вон бедный дневальный ни жив ни мертв, и лица на нем тоже нет. Я сосчитала до пяти — ускоренный вариант успокоения, быстро накинула форменную куртку и вышла, тщательно проверив, что Пыль по-прежнему под кроватью. Да, комната небольшая, но зато кошка в безопасности!

Вел меня дневальный снова в медчасть и у дверей замер статуей. Я кивнула ему, мол, молодец, довел, и шагнула внутрь. Состояние пациентов не изменилось, как и врача, все дрыхли. А маршалу не спалось. Я стукнула в нужную дверь и тут же вошла. Уже собиралась сказать что-то вроде «И чего вам не спится?», как лишилась дара речи, стоило мне увидеть начальство.

Маршал сидел на кровати, завернутый в три одеяла, и дрожал так, что тряслось все — кровать, тумбочка, стоящая вплотную к кровати, а вместе с ними пол и стулья. Его зубы выбивали чечетку, он смотрел огромными чернющими от шока глазами, грозил мне пальцем и пытался что-то сказать.

— Это было «ты мне за это ответишь» или «ты за меня выйдешь»? Если второе, то в жизни не слышала более дурацкого предложения, — фыркнула я.

— Это ты виновата! — голос у него совсем сел, так, не голос, а сипение. И видно, что горло опухло, а говорить больно.

— Я виновата в том, что гарнизонный доктор спит сном младенца, протерев нервы рюмочкой спирта? Не вы ли говорили, что он на что-то способен? И вроде как у него оценки лучше, чем у меня. И как, помогают оценки? — я смерила страдальца недобрым взглядом.

— Что лечить?.. Проклятье?..

— Простуду! Обычная простуда у вас! — О, за что мне все эти муки. — Давайте так, я делаю так, что вам станет лучше, уже завтра как огурчик будете, а вы меня потом неделю не трогаете ни словесно, ни физически. Вообще забываете обо мне. По рукам?

— Три дня-кха-кха! — сверлил меня недобрым взглядом маршал.

— Отлично, договорились, — быстро согласилась я и руки даже потерла от предвкушения. Главное — выражением лица себя не выдать раньше времени, чтобы пациент не сбежал. Вот на ком еще можно было использовать чудные рецепты народной медицины, которые применяли на мне в детстве, да и потом тренер не чурался? Надо же было, чтобы до соревнований никто не слег, а если и слег с простудой, то вылечился на раз-два. Хотя частенько, судя по моим воспоминаниям, даже не сами процедуры помогали, а желание больше с ними не сталкиваться!..

Глава одиннадцатая

— Ты издеваешься, да? Что-то не видел я никогда такого метода лечения, — маршал смотрел на меня и на то, что в моих руках, с таким видом, как будто я его в кипящую лаву окунуть собралась. А я что? Я ничего, все по народным рецептам. И вообще, не могу же я вышестоящему начальству прямо в глаза сказать: «Да, дорогой ты мой маршал Д. Дейс, я издеваюсь». Нет, гипотетически могу, но на практике быстро лишусь этих самых дней по договору.

— Ни в коем разе! — возмутилась я. — Это инновационная технология! Только-только ввели в программу королевского колледжа. Гарантия сто процентов, нет, даже сто сорок шесть процентов!

— Оно воняет, — скривился маршал, отодвигаясь как можно дальше от блюдечка с раздавленным чесноком.

А ты, милый, розами пахнешь, и в казармах прямо цветочный сад. Скажи спасибо, что у тебя не геморрой и этот чеснок я никуда не планирую запихивать. Вот это было бы не лекарство, а конкретное такое насилие! А он блюдечко потерпеть не может. Не факт, что помощь от этого была, но мне нужно было поставить маршала на ноги быстро и подручными средствами. А значит, в ход пошло все, что когда-либо было увидено и услышано. Раз волшебной таблетки нет: выпил на ночь пакетик с шипучей ерундой — и как огурец.

— Я и внутрь вас закину зубчик! Тогда вонять не будет, потому что и внутри, и снаружи запах одинаковый! — на меня глянули уже как на совсем сумасшедшую, что-то маршал, кажется, не был особым любителем остренького. Вон как отворачивался от вонючей бомбы. Да и мне как-то плоховато стало от чесночных фитонцидов. Так что блюдечко я отставила подальше. Авось и так поможет.

— Ложитесь! Будем согреваться правильно! — и я выставила остатки своего антипростудного вооружения.

— Ты кухню всю вынесла или только половину? И почему не захватила и завтрак заодно? — съязвил маршал, окинув взглядом натюрморт из синего громадного лука, местных зеленых лимонов, каких-то кисленьких, но, судя по советам поваров, жутко полезных ягод, чая с какими-то пахучими травами — что удалось наскрести по сусекам, уксуса… ну и яблочко для меня. Никакого спирта, его еще найти надо было. Да и мало ли, вдруг маршал накачается и песни петь будет, а мне он покорно лежащим нужен.

— Сидите уже смирно, больной! — устало выдохнула я, уже не обращая внимания, что этот самый больной затрепыхался полудохлым орлом, мол, да я еще могу. Трясло его знатно, как только язык себе не прикусил, упражняясь в остротах. Я еще лоб пощупала, от чего у маршала и вовсе дар речи пропал. А что думал, неприкосновенная персона? Ха!

— Чай — внутрь! Лимоном закусил, ягодку впихнул, нужны ударные дозы витамина цэ, а его проще всего найти в цитрусах и желательно кислых, в такой среде он лучше сохраняется.

От моих слов пациент чуть не подавился, потом скривился, видимо, лимончик термоядерный попался. Ничего, завтра он у меня огурцом будет скакать. И что характерно, прочь от меня!

— Ноги вверх, — я так дернула на