Читать книгу - "Израненные альфы - Ленор Роузвуд"

Гнев вспыхивает на лице Ворона.

— У меня не было «клиентов» уже много лет, но я бы с радостью лучше торговал собой, лишь бы не проводить ни минуты, работая на такого невыносимого ублюдка, как ты.

Губа Николая приподнимается в оскале.

— Чувство взаимно, принцесса.

— Попасть на поезд — это легкая часть, — продолжает Ворон, игнорируя колкость. — Пробраться в саму Сурхииру будет другой проблемой.

Я практически чувствую напряжение, потрескивающее между ними, как статическое электричество. Это выматывает — это постоянное позерство альф. Даже Гео, который обычно держится выше их перепалок, сжимает руль так, что костяшки пальцев белеют.

— Будем волноваться об этом, когда доберемся туда, — твердо говорю я, эффективно пресекая любой резкий ответ, который собирался бросить Николай. — Всё по порядку.

Глаза Николая сужаются, но он не спорит. Вместо этого он газует на мотоцикле и мчится вперед, поднимая облако пыли, от которого Ворон начинает кашлять и отплевываться.

— Мудак, — с горечью бормочет Ворон, оглядываясь на меня. — Полагаю, ты не смогла бы приручить его так же хорошо, как нашего галантного друга здесь?

Я фыркаю.

— Я омега, а не чудотворец.

Ворон вздыхает.

— Ты уверена, что не хочешь поехать в машине? Там есть кондиционер. — Он бросает взгляд на миниатюрный вентилятор, прибитый к приборной панели. — Эм… вроде того.

— Мне и здесь хорошо. Правда, — заверяю я его, кивая на солнце, нависшее прямо над головой. — Кроме того, жарче уже не будет.

Я вижу, что он хочет возразить, но вместо этого он кивает, ныряя обратно в машину. По крайней мере, он знает, когда нужно уступить, чего не скажешь о Николае.

Разговор затихает после этого, каждый из нас уходит в свои мысли, пока мы продолжаем путь через пустошь. Гео и Ворон немного отстают, оставляя меня и Рыцаря зажатыми между броневиком и Николаем впереди.

Я закрываю глаза от резкого света солнца, позволяя ритму уверенного шага Рыцаря убаюкать меня в подобие медитативного состояния. Это дает мне слишком много времени на раздумья. О том, куда мы идем, что я делаю, об абсолютном безумии этой затеи.

Это огромный риск. Опасно высокий уровень риска. Сурхиира известна своим изоляционизмом. Николай прав насчет этого, даже если она якобы немного открылась. И вот я здесь, несусь прямо к их границам с четырьмя альфами на буксире, один из которых не смог бы слиться с толпой, даже если бы от этого зависела его жизнь. Ищу людей, которые, черт возьми, похитили меня в первую очередь.

Но мне нужны ответы. Мне нужно знать, почему Азраэль лгал. Почему он притворялся простым перебежчиком, когда на самом деле был королевской крови. Почему он считал, что об этом не стоит упоминать во время всех этих украденных моментов, всех этих шепотом произнесенных обещаний о нашем совместном будущем.

Поверила бы я вообще чему-нибудь, что он скажет мне сейчас?

Вероятно, нет.

Человека, которого я, как мне казалось, знала, не существует. Может, и не существовало никогда. Он принц, играющий в солдата, якшающийся с омегой, дочерью члена Совета, по причинам, которые я даже не могу себе представить. Насколько я знаю, я была просто еще одной частью его прикрытия.

Мне следовало быть умнее. Альфы используют омег. Таков естественный порядок вещей в этом ебаном мире. Отец использовал меня как разменную монету, продав Монти без задней мысли. А Монти использовал меня, чтобы «развлекать» своих гостей и выслуживаться перед альфами, которых он хотел либо впечатлить, либо что-то с них поиметь. Вся моя жизнь была одной длинной чередой причин верить самым первым словам, которые я помню от своей матери.

Никогда не доверяй альфе, майлита.

Почему Азраэль должен быть исключением?

И все же…

Мой взгляд скользит назад к машине позади нас, затем к мотоциклу, поднимающему пыль впереди. К огромному альфе, на плечах которого я сейчас сижу.

Эти четверо следуют за мной навстречу верной опасности.

Почему?

Я понимаю Рыцаря, кажется. Наша связь — это почти сверхъестественные узы, выкованные через то, что я считаю общими снами и кошмарами, задолго до того, как мы встретились лично. В этом есть что-то почти космическое, что-то, что я до сих пор не могу полностью осознать, но научилась принимать. Что-то, в чем я нахожу странный покой.

А остальные?

Ворон утверждает, что я подхожу ему по запаху, что я его истинная пара. И учитывая, что мне действительно нравится его запах — мед и солнечный свет, так непохожий на приторную вонь большинства альф, — я склонна ему верить. Но это означало бы… что? Что Гео тоже подходит мне по запаху? Потому что я думаю, что он пара Ворона. А что насчет Николая? Рыцаря? Их запахи тоже приятны. Правильны так, что это меня нервирует.

Особенно учитывая, что до встречи с этими четырьмя альфами Азраэль был единственным, кто не вонял для меня ужасно. Четверо альф, которые нашли путь в мою жизнь через необычные, почти необъяснимые обстоятельства.

Это слишком сложно, чтобы переварить. Слишком много противоречивых эмоций, слишком много вопросов без ответов, слишком много вариантов, которые я не готова рассматривать.

Сначала мы должны попасть в Сурхииру. Все остальное подождет. Шаг за шагом, как я им и сказала.

Сначала я получу свои ответы.

Потом решу, что с ними делать.

Темп Рыцаря слегка ускоряется, когда под нами меняется ландшафт: утрамбованная земля уступает место остаткам старого шоссе. Это движение вырывает меня из моих мыслей, и я крепче хватаюсь за его плечи, чтобы сохранить равновесие.

— Прости, — шепчу я, понимая, что мои ногти оставили маленькие полумесяцы на его коже.

Он слегка качает головой — безмолвное заверение, что я не причинила ему боли. Я постоянно удивляюсь тому, насколько он проницателен, хотя почти никогда не общается напрямую. В каком-то смысле его молчание делает его более понятным, чем других альф.

Солнце наконец начинает садиться, забирая с собой жару. Вдали я различаю первые признаки цивилизации с тех пор, как мы покинули черный рынок. Это скопление низких зданий, остатки довоенной железнодорожной станции, которая каким-то образом пережила и апокалипсис, и последующие годы запустения. Удивительно, но это не форт рейдеров.

Ворон не преувеличивал насчет времени. Мы доберемся как раз к закату.

Броневик и мотоцикл уехали вперед и остановились на том, что кажется гребнем невысокого холма, ожидая, пока мы их догоним. Пока Рыцарь несет меня к ним, я вижу трех альф, собравшихся в свободный полукруг; Ворон оживленно жестикулирует, разговаривая с Гео и Николаем. Разговор прерывается, когда мы приближаемся.

— Идеальное время, — кричит Ворон, его голос легко разносится