Читать книгу - "Магия судьбы - Бритт Эндрюс"

Фиша, который бросал на Фариса злобные взгляды. Развернувшись, я обняла своего парня с ножом.

«Гадюка. Мы не режем сучек. Мы находим их слабости и уничтожаем изнутри», — сказала я, похлопывая его по спине.

«Я обожаю, когда ты говоришь грязно, Светлячок», — прорычал Фарис, и я почувствовала его стремительно твердеющую длину у своего живота.

Фишер закатил глаза. «Пошли», — пробормотал он, беря меня за руку и уводя из комнаты.

МЫ НАШЛИ Кая сидящим за столом с запиской в руке. Проходя мимо миски Мэйвена, я автоматически потянулась за ложкой корма, но заметила, что миска все еще полна. Мой ворчливый лис иногда предпочитал охотиться, поэтому я не придала этому значения и направилась к Каю.

«Ну что?» — спросил Фишер, садясь на стул. «Что там написано?»

Я увидела, как дернулась челюсть Кая, и сразу поняла, что все плохо. Проклятье. Почему нам нельзя поймать удачу?

«Слоан пропустил проверку связи, но Кэм спал и не заметил этого. К тому времени, как он проснулся, прошло уже несколько часов. Он пишет, что Брам перенес их в тюрьму, потому что телефон Слоана выключен. Он написал эту записку четыре часа назад», — процедил Кай. «Я пытался звонить им обоим, но там, наверху, наверное, плохая связь».

По моей спине пробежал холодок страха. «О нет», — прошептала я. Взглянув на своего Рыбку, я увидела на его лице смесь беспокойства и гнева.

«Тогда они должны скоро вернуться», — спокойно сказал Фарис, отодвигая для меня стул. Я рухнула на него и начала трясти ногой от нахлынувшей нервотрепки. Через мгновение передо мной поставили тарелку с вкуснейшими гренками с яйцом и беконом.

«Спасибо, Гадюка», — пробормотала я, схватив кусок хрустящего бекона и откусывая огромный кусок.

«О, хорошо, вы здесь», — весело позвала Бабушка, входя через заднюю дверь. «Пришлось сбегать домой, полить цветы. Сегодня будет адски жарко! Эти агенты добрались вчера? Я видела, сарай был пуст, так что, думаю, все прошло нормально?»

«Фух», — простонала я. У меня не было сил пересказывать всю историю заново. Более того, я предпочла бы вообще о ней не вспоминать. Никогда.

Фишер, должно быть, уловил мои чувства, потому что вызвался все объяснить. Я благодарно кивнула и сразу отключилась, сосредоточившись на еде, пока он говорил с Бабушкой. Тем не менее, я улавливала некоторые вещи, которые она говорила. Например:

«Гребаный дракон? Лучами солнца — я никогда не встречала оборотня — дракона. Объясняет его угрюмый характер, я права?»

«Он сделал ЧТО со своим членом? О боже мой. А потом затолкал его себе в глотку?! Сладкие лунные лучи, вот это воин!»

«Мы уверены, что он один из шестерых? Если нет, не мог бы ты замолвить за меня словечко? Мы бы отлично поладили, и ты помнишь, как он был с другими стариками в городе. У него слабость к зрелым дамам».

Но затем Фишер обрушил на нее бомбу. «Лори сказала Слоану, что у нее есть еще одна дочь».

Кружка, которую держала Бабушка, ударилась о стол, и горячий кофе разлился повсюду. Фарис в мгновение ока схватил полотенце, но Бабушка уже была на ногах.

«Что ты только что сказал?» — спросила она ровным тоном.

«Это то, что она сказала», — подтвердила я. По реакции Бабушки на эту новость было невозможно понять, было ли это для нее полной неожиданностью или она была просто шокирована тем, что я знаю. «Это правда?»

Бабушка вперила в меня свой взгляд. «Насколько я знаю — нет. Это для меня такой же шок, как и для тебя. Она сказала, сколько девочке лет? Она могла лгать — в этом она мастер», — сердито сказала Бабушка, наконец-то проявив эмоции.

Раздался мягкий хлопок, за которым последовал громкий стук.

«Черт возьми, ты такой большой». — Приглушенный голос Брама донесся с другой стороны кухонного острова, и я вскочила, чтобы подбежать и проверить их.

«О боже мой». — Я зажала рот рукой при виде Брама, лежащего ничком на полу, с Кэмом на нем. Оба повернулись, как только услышали мой голос.

«Это не то, что выглядит», — начал Кэм, вскакивая с Брама.

«Черт», — прошептал Фарис, вскинув руки, когда Брам метнул в него сердитый взгляд.

«Где Слоан?» — спросила я, пока Фарис помогал Браму подняться.

Кэм покачал головой и проворчал: «Его нет в тюрьме. Он так и не появился». Я чувствовала разочарование в его голосе, но дергающаяся челюсть выдавала его с головой. Мои мысли сразу же метнулись к немыслимому — что Слоан ушел от нас. Мои щеки вспыхнули от этой мысли, и когда зеленый взгляд Кэма встретился с моим, я уверена, он увидел в моих глазах то же смятение, что и я в его. Но его лицо смягчилось, когда он взглянул на меня с беспокойством, и я глубоко вздохнула.

Фишер барабанил пальцами по столу. «Это не имеет смысла».

«Да, мы знаем. Заехали на заправку, единственную в радиусе сорока миль от этой дыры. Женщина, которая там работала, сказала, что не видела никого, подходящего под его описание, и она была там всю ночь. Камер наблюдения тоже нет», — фыркнул Брам, словно сама мысль об отсутствии таких вещей оскорбляла его лично. Кто знает, может, так и было. Он же, черт возьми, принц.

«Его телефон не работает. Он либо разрядился, либо он его выключил», — добавил Кэм, доставая воду из холодильника и осушая бутылку одним глотком. Бабушка подошла и начала подгонять всех к столу, чтобы поесть.

Брам выглядел особенно изможденным, вероятно, из-за всех этих прыжков. Я направилась прямо к нему и скользнула к нему на колени, обхватив руками его шею.

«Принцесса, как ты себя чувствуешь?» — прошептал он мне в волосы, обнимая меня.

«Тело болит. И теперь я волнуюсь. Боюсь за Энни и опустошена за Миранду», — призналась я, и мой большой демон прижал меня чуть крепче. Брам был заботливым и любящим. Что бы мне ни понадобилось, он предугадывал и просто... давал это. Само его присутствие успокаивало меня. Я видела, как Фарис тепло улыбнулся мне, выскользнув из комнаты и направившись в коридор. Мне нравилась та легкость, с которой мы все жили вместе, словно нам суждено было быть здесь.

Мне не хватало только моего угрюмого дракона.

«Я могу попробовать связаться с ним телепатически», — предложил Фишер, вырывая меня из моих влюбленных мыслей.

«Да, это хорошая идея. Как думаешь, что случилось?» — спросила Бабушка, смотря на сосиску так, как не следует смотреть на еду.

«Думаешь, он ушел в подполье намеренно? Ясно, что что-то произошло — может, он импровизировал?» —