Читать книгу - "Медвежье сердце - Елена Михалёва"

до следующего полнолуния. Я успею созвать братьев и сестер к этому сроку. Они уже заждались. И помни, ты должна быть осторожна. Осечка может все погубить.

– Я скорее умру, чем подведу вас, – горячо заверила она.

Девушка хотела снова рухнуть на колени перед господином, но тот стремительно выбросил вперед руку и схватил ее за шею. Пальцы легко сжали нежную кожу, и юная чаровница подняла на деспота глаза. Тот едва заметно ухмыльнулся.

Мужчина с жесткими чертами лица, высокими скулами и острым подбородком. Человек в черном, с черными волосами до плеч, зачесанными назад, черными глазами и такой же черной душой. Она не знала, сколько ему лет на самом деле. Знала лишь, что гораздо больше, чем может быть нормальному человеку, даже магу, что было крайне противоестественно. Особенно для чернокнижника, который день за днем играл в опасную игру с Чистой тьмой. Его верная слуга не переставала удивляться тому, как земля так долго носит столь богомерзкое создание.

Он ослабил хватку. Приблизился вплотную. Правой рукой тронул подбородок, и сделал это почти ласково, ведь оставлять синяки на открытых участках тела теперь было бы излишне подозрительно. А двумя пальцами левой убрал с лица мягкие рыжие пряди, затем коснулся сомкнутых губ девушки. Она похолодела, с отчаяньем представляя следующие несколько часов, которых, увы, избежать ей не удастся. Но поделать несчастная ничего не могла, кроме как с благодарностью принимать ласки своего господина, ибо она была его. Всецело.

– Если ты умрешь, я найду тебя. И подниму как нежить. Поэтому лучше не умирай.

Девушка ощутила, как холодные щупальца живой тьмы настойчиво поползли по ногам вверх, подчиняясь воле чернокнижника.

Он потянул за завязки ее плаща, заставляя тяжелую ткань соскользнуть с плеч и рухнуть наземь. А потом настойчиво подтолкнул свою адептку к холодному каменному алтарю посреди помещения.

Глава 1. Начало охоты

Когда они миновали Удел и въехали в Валиндер, метель разгулялась не на шутку. Снег валил с такой силой, что дорогу впереди скрыло белое марево. Поземка под ногами лошадей сделалась густой и замедлила ход. Нордвуд будто отчаянно не желал отпускать пятерку всадников.

Хелвит Корвес, ехавший первым, забормотал заклятия, которые слегка облегчили их путь на несколько часов. Снегопад перестал застилать глаза, а ветер – бить в лицо. Буйная стихия огибала путников, лишь отдельные снежинки долетали до них, несмело садясь на бордовые плащи да черные гривы лошадей. Зачарованный воздух сдерживал метель, но даже он не смог удержать громадного ворона, который сделал над путниками круг и захлопал крыльями прямо над головой предпоследнего из них.

Иврос Норлан поднял взор. Прищурил на мгновение карие глаза с янтарными вкраплениями и вытянул перед собой согнутую в локте правую руку.

Угольно-черная птица опустилась на его запястье, гневно каркнув ему в лицо.

Колдун усмехнулся. Покачал головой, отчего снежинки в его темных волосах и бороде заиграли серебром.

– Ты неправ, – серьезно сказал Иврос, обращаясь к птице. – Я не сбегаю. И вернусь сразу, как смогу.

Птица каркнула вновь, забив крыльями, заставив ехавших впереди чародеев невольно обернуться, чтобы посмотреть, что происходит. Керика Гарана глядела с явным любопытством, а вот ее брат испытывал скорее научный интерес. Хелвит Корвес же убедился в том, что пернатый спутник не представляет опасности, и вновь отвернулся.

– Я знаю, – тише произнес колдун. – Но она справится. Приглядывайте за ней хорошенько и не позволяйте делать глупости. Когда вернусь, спрошу с вашей братии, не сомневайся.

Птица нахохлилась. Дернула головой. А потом расправила крылья и взмыла вверх, скрывшись в плотном белом крошеве.

Иврос проводил друга долгим взглядом. Усмехнулся своим мыслям. А затем уставился на дорогу.

– И давно у тебя это? – с улыбкой поинтересовалась мастер над рунами, поправляя на голове капюшон плаща.

– Что «это»? – уточнил Норлан. – Беседы с живностью?

– Проявление крови импери, – подсказал архимаг. – Это именно она, мой мальчик.

Авериус Гарана натянул поводья, позволяя черному коню сестры обойти его, и поравнялся с Ивросом. Дорога была узкой, лошадям пришлось идти бок о бок. Это не нравилось ни Вереску, ни Ночному Кошмару, но жеребцы послушно подчинялись своим всадникам, архимагу в особенности. Тот явно вознамерился скоротать время за очередным важным разговором.

– С обитателями Нордвуда общаюсь с детства, сколько себя помню. – Ив счел, что лучше ответить честно. Из недолгого знакомства с отцом своей возлюбленной (интересно, как там она сейчас?..) он сделал один главный вывод: на вопросы Авериуса Гарана лучше отвечать сразу и не лукавить: все равно раскусит и сделает выводы. – Но матушка запрещала мне так вести себя на людях и тем более обсуждать эту тему с посторонними. Она объясняла, что это кровь Хагморов так действует.

Архимаг задумчиво кивнул. Его зеленые глаза смотрели испытующе.

– Ты когда-нибудь подчинял других живых существ своей воле намеренно или случайно? – вопрос прозвучал небрежно, но Иврос прекрасно понимал его истинную природу.

– Никогда, – колдун хмыкнул, поплотнее запахивая плащ. А затем проворчал себе под нос: – Если бы знал, как это делается, давно бы уже применил на принце Мейхарте.

Керика вновь обернулась через плечо и одарила Норлана ироничной улыбкой, которая добавляла ей заметное сходство с племянницей.

– Ты знаешь, что вторгаться в чужой разум запрещено? – Авериус Гарана проигнорировал шутку по поводу нордвудского наследника. – Любое подчинение своей воле безвозвратно ломает разум того, на кого оказывают воздействие, будь то человек или животное.

– Догадываюсь почему, – ответил Иврос. – Это вызывает необратимые изменения в организме?

– Совершенно верно, – мастер над проклятиями снова неторопливо кивнул. – Вторжение в работу мозга извне фатально для этого самого мозга, потому любая телепатия и месмеризм запрещены. Иллюзии допустимы только внешние. Прочее воздействие приравнивается к чернокнижию и относится к запретным чарам. Их применение карается законом, порою доходит до смертной казни.

– Сурово, но справедливо, – заметил Норлан, а затем нахмурился. – Но наверняка есть маги в Академии, которые изучают данные сферы чародейства?

– Конечно, – подтвердил ректор. – Существуют мастера над разумом и духом, над низшей тьмой, над телепатией и даже над тенью. Но их труды носят более теоретический характер. Все эксперименты ограничены мышами и лягушками. А четыре направления чародейства и вовсе запрещены.

– Какие? – Иврос прищурился, ожидая услышать что-то в адрес импери.

– Носфераты, маги крови, пьющие эту самую кровь, – пояснил Авериус Гарана. – Некроманты, поднимающие мертвых и вторгающиеся в сам порядок жизни и смерти. Месмеристы, которые подчиняют себе разум других существ, превращая тех в рабов. И чернокнижники…

– Мастера Чистой тьмы, – закончила за брата Керика. – Пожалуй, худшие из всех. Именно они создают наибольшие проблемы. Уродуют людей, насылают проклятия, проводят жестокие ритуалы.

– И