Читать книгу - "Дровосек для Наташи - Айя Субботина"

и холода, хотя на улице плюс двадцать.

— Это вы моего кота согласились приютить? — Голос у него такой низкий, что от этой вибрации дребезжат мои внутренности.

— Да… — Сглатываю, уже жалея, что вообще вязалась в эту авантюру. — Меня Наташа зовут. А вы — Валерий?

Он с грохотом ставит баул на пол, а розовую переноску — прямо передо мной на стол. Внутри что-то шуршит.

— Это — Вицык. Кот. Виски по паспорту, но ему плевать, он не слышит. — «Борода» вытирает лоб тыльной стороной ладони. — Прости за вид, я прямо с объекта. Машина ждет, поезд через сорок минут.

Вот так и на «ты» — а разрешение кто спрашивать будет?

Он говорит быстро, рублено, как будто экономит слова.

Достает телефон.

— Номер карты? — Смотрит на меня как гражданин майор, ей-богу.

Я как-то на автомате начинаю диктовать — у меня он в голове, на память, я вообще много чего помню, профессия такая, что нужно знать по именам всех мам, пап, бабушек, дедушек, домашних животных и всех персонажей фильмов про супергероев. Запомнить номер своей же карты вообще не сложно.

Через тридцать секунд приходит оповещение из интернет-банкинга.

Я смотрю на сумму — и чувствую, как в щеки ударяет стыд.

Я столько отпускных не получила!

— Это много, вы с ума сошли! — Вообще-то я как раз собиралась сказать, что никакие деньги мне не нужны. Зачем только продиктовала номер?! Вот все дело в его взгляде — прям как у нашего предыдущего директора, ему хотелось как батюшке исповедоваться.

— Я скинул тебе название корма — Вицык только такой жрет, от другого его тошнит. Вот, — ставит баул рядом, — лоток и наполнитель. Вот, — на стол «падает» наличка в виде двух крупных купюр, — это на такси. Телефон мой у тебя есть, но со связью будет напряженно.

— Почему? — снова спрашиваю на автомате, почему-то думая, что этих денег на такси хватит, чтобы пару недель устраивать рандеву по городу. Не говоря уже о том, что мне тут пять минут до дома легкой походкой.

— Буду в таких ебенях, что там даже птицы не поют, — не сильно фильтруя слова, говорит он.

Я морщусь — терпеть не могу мат!

Но Валерий или не замечает, или замечает — но ему вообще все равно.

Я смотрю на него снизу вверх и чувствую себя первоклашкой, которая забыла сменку.

— А… надолго вы... пропадаете? — выдавливаю еле-еле.

— Месяц. Может, полтора, — басит Борода с телом снежного человека. Хмурится, еще раз осматривает меня с недоверием. — Ты какая-то… мелкая. Справишься? Вицык характерный. Если наступишь на хвост — орать будет так, что соседи полицию вызовут.

— Я справлюсь, — обижаюсь я, выпрямляя спину и задирая нос. — Я учительница. Я справляюсь с двумя десятками первоклашек одновременно. Один кот меня не напугает.

Валерий вдруг усмехается. Улыбка у него странная — короткая, почти незаметная в бороде.

— Учительница, значит? Наташа с котиками. Классика.

Он уже разворачивается, чтобы уйти, явно считая дело сделанным.

— Вообще-то, — зачем-то вдогонку говорю я, сама не понимая, какая муха меня укусила, — я — Наташа с белочкой.

Валерий замирает у самой двери, медленно оборачивается, оглядывает меня еще раз — от моих аккуратных мокасин до ленты, которую я вплела в рыжую косу. Взгляд задерживается на моем лице лишнюю секунду.

— С белочкой? — переспрашивает он, и в его глазах вспыхивает какой-то странный, ироничный огонек.

— У меня сумчатая летяга, — быстро поправляю я, с запозданием понимая, что мои слова, вообще-то, можно прочитать с совсем другим смыслом. И, кажется, Дровосек именно так их и понял.

— Ну, удачи тебе, Белочка, — еще одна эта его странная микро-улыбка. — Присматривай за Вицыком.

Дверь за ним закрывается — с грохотом, хотя он вроде бы и не нарочно.

Я остаюсь сидеть за столом, разглядывая в темноте переноски два огромных голубых глаза.

— Надеюсь, ты не такой чурбан как твой хозяин, — говорю совершенно глухому коту.

Ну вот как можно совершенно незнакомого человека обозвать Белочкой?!

Глава вторая: Наташа

За две следующих недели я понимаю, что тишина очень даже может быть громкой.

Раньше моя квартира была наполнена негромкими привычными звуками — тиканьем часов, звуком детской площадки из окна, деловым шуршанием Торопеды. Ну и так, по мелочи. Но с появлением Виски все немного… изменилось. По дому он передвигается с грацией маленького бегемота-альбиноса, потому что не слышит собственных шагов и шум, который создает. А когда спрыгивает со шкафа, мне кажется, у соседей подо мной в этот момент как минимум раскачивается люстра.

Хотя в целом, этот кот — воплощение белоснежного стоицизма. Первые три дня он просто сидел под столом, сверкая оттуда ледяными глазами. Я не стала пытаться вытащить его силой. Я ведь учительница и знаю: если ученик забился на заднюю парту, попытки его выковырять ничего не дадут — нужно просто начать делать что-то интересное рядом.

На четвертый день я просто села читать вслух методичку по внеклассному чтению, и изредка потопывала ногой, привлекая к себе немного внимания. Вицык вышел, сел напротив и начал смотреть на меня с таким выражением морды, будто он — главный инспектор министерства образования, а я определенно не справляюсь с программой.

И вот теперь у нас режим. Вицык укладывается спать на соседнюю подушку, но ровно посреди ночи я просыпаюсь от того, что на меня смотрят. Открываю глаза и вижу в темноте два светящихся круга. Он не просит еду, не мяукает (хотя иногда издает странные, похожие на скрип старой двери, звуки), он просто как будто… бдит.

И, конечно, Торпеда. Моя сахарная сумчатая летяга сначала была в ужасе от такой компании, но быстро сообразила, что белый гигант ее не слышит. Теперь у них странная игра: Торопеда планирует со шкафа, пролетая в миллиметре от ушей Вицыка, а тот недоуменно крутит головой, чувствуя поток воздуха, но абсолютно не понимая, что это вообще было.

А я смотрю за всем этим… и память в моем телефоне стремительно тает под натиском фото и видео, которые я снимаю со скоростью звука.

Ну и конечно, я пишу Валерию. Это странно, потому что больше похоже на личный дневник, который отправляешь в открытый космос. Одна серая галочка в мессенджере — «не доставлено». Он оффлайн уже пятнадцатый день и, несмотря на предупреждение, я начинаю подозревать, что это был такой странный способ избавиться от надоевшего кота, и на самом деле к Виски никто никогда не вернется.

Мои сообщения Дровосеку выглядят примерно так: «Вицык сегодня съел кусок моего омлета». Фото. «Мы купили новую