Читать книгу - "Генерал - Дракон! Будь моим папой! - Кристина Юрьевна Юраш"

платье? — задыхаясь, выпалила я, глядя на господина с помятым лицом.

Тот нахмурился, бросив на меня взгляд осуждения.

— Нынче опасно детей оставлять одних, — бросил он с недовольством. — Внимательней надо быть!

Тут же моей паникой заинтересовались другие прохожие.

— Что случилось? Ребенка потеряла! Ох, уж эти юные волшебники! Ох, уж эти невнимательные родители. Небось, с подругой заболталась, а ребенок пропал!

Старушка, обвязанная ярким платком с корзиной в руках, указала на угол дома.

— Миссис… Она побежала туда!

— Благодарю! — на ходу выпалила я.

Я поняла, что это была не просто паника — я стремглав помчалась к тому месту, где мое сердце уже предчувствовало беду.

Свернув за угол, я замерла.

Я увиделка, как моя дочь бросается прямо под копыта черного роскошного коня, сверкающего на солнце золотой сбруей.

— Аааа! — завизжала женщина в толпе. — Боги! Он ее растопчет!

Дальше все было, как в замедленной съемке. Черный конь встает на дыбы, солнце бликом отсвечивает от его золотого копыта. В этот момент он чуть не сбросил седока. Красивый мужчина выгнулся, пытаясь совладать с конем и отвести удар копыта от Раяны.

— Нет! — дернулась я, чувствуя, что эти доли секунды решают все.

Конь заржал, свирепо выпуская пар из ноздрей, красивое лицо седока искривилось в напряжении и…. Конь ударил копытом на расстоянии ладони от маленькой Раяны.

— Стоять! — послышался голос, похожий на гром.

Я пробивалась сквозь толпу к своему ребенку, видя, как огромный чудовищного вида конь с грохотом сделал шаг назад.

Парад остановился.

— Чей ребенок⁈ — громкий голос всадника заставил толпу притихнуть.

«Девочка, уйди с дороги!», — послышался старушечий голос.

— Господин генерал, — послышался встревоженный мужской голос.

— Отставить! — резко произнес наездник.

Только сейчас я увидела, как красивый мужчина спешился, отдавая уздцы своего коня, похожего на чудовище из преисподней в руки усатому мужчине.

Красавец наклонился к Раяне.

Темные волосы спадали на его широкие плечи, мундир с кучей медалей и орденов был изящно сшит, а его лицо напоминало самые впечатляющие черты статуи, от которой невозможно отвести взгляд.

Я остановилась в двух шагах от дочери.

Мир вокруг как будто замер. Мои плечи с дрожью сжались, а в сердце заколол холод. Перед мной стоял генерал, с чёрными, как смоль, волосами и серыми глазами, в которых причудливо переплетались лед и пламя.

Генерал смотрел на Раяну, а когда моя девочка увидела меня, она закричала на всю улицу:

— Мама! Я нашла папу!

Я пришла в себя от внезапного шока и с трудом подбирая слова, произнесла:

— Нет, милая… Ты ошиблась… Это — вовсе не папа… И…

Мое сердце колотилось в унисон с хаотичным воем мыслей, пока до меня медленно доходило, что передо мной стоит тот самый генерал, которого только что приветствовала вся столица. Не просто похожий мужчина! А настоящий генерал! А вокруг — толпа людей, пришедших на него посмотреть.

Тем временем генерал, хмуря брови, произнес с холодным презрением:

— Вы мать? — отчеканил он.

— Да, — кивнула я, пытаясь унять дрожь в голосе и обуздать сумбур в голове.

Господи! Моя дочь только что чуть не погибла! Я не могу вы это поверить. Она никогда далеко не отходила от меня! Никогда! О, боже… С этого момента я буду держать ее за руку! Только так! Ни на секунду не отпущу!

Я пыталась успокоить себя собственными клятвами о том, что такое больше никогда не повториться.

Генерал смотрел на меня.

Его взгляд холодный и беспристрастный остановился на мне, заставив почувствовать себя неуютно.

Сейчас мне хотелось как можно быстрее забрать ребенка и раствориться в толпе.

— Если вы — мать, значит вы никчемная мать! — произнес генерал, беря Раяну за руку. — Как можно отпустить ребенка одного на улицу? Ее может сбить карета! Ее могут обидеть! Я мог ее не заметить! Вы чем вообще думали!

На меня смотрели сотни глаз. Вот она! Позорная минута славы!

Я прикрыла глаза, пытаясь справиться с собой.

Потом резко открыла их, стараясь глубоко дышать.

Мои глаза метались между генералом и дочкой, которая не понимала всей серьезности ситуации.

— Как можно было оставить ребенка одного? — уже тише произнес генерал, его голос был полон угрозы и презрения.

Его хмурый взгляд стал тяжелым, словно лёд, и его слова звучали будто мороз по коже.

Толпа вокруг притихла. Всем хотелось расслышать слова генерала.

— Но… я просто на минуту… Я расплачивалась за покупки и…, — пролепетала я, а мое сердце колотилось от страха.

Я задыхалась, понимая, что мысль о безопасности Раяны была важнее всего. А перед глазами застыла картинка, когда огромный конь вот-вот обрушит копыта на голову крошечной девочки.

Генерал смотрел на меня с презрением, и расстояние между нами ощущалось как пропасть.

— Пожалуйста, не ругай маму, — вмешалась Раяна, прижимаясь к мужчине, как будто искала в нём защиты. Я заметила, как огромная рука сжимала ее маленькую ручку, а глаза, полные холодного презрения переместились с меня на Раяну. И в этот момент взгляд преобразился. Он смотрел на нее с какой-то нежностью.

— Можешь стать моим папой? Мне очень — очень нужен папа, чтобы другие дети надо мной не смеялись… Ты защищал нас всех… Ты — генерал — поебдитель…

— Кто? — спросил генерал, явно заинтересовавшись.

— По-бе-ди-тель, — медленно по слогам повторила Раяна, тут же исправившись.

— Просто она, когда волнуется, путает буквы, — попыталась оправдаться я. — Это началось недавно, когда ее стал обижать один мальчик из группы…

Мы еще и обозвали генерала! Этот день прошел не зря. А вот будет ли следующий — это уже вопрос.

— Ты всех защищаешь… И мне нужно, чтобы ты защитил меня от Ольвала… А это может сделать только папа! — произнесла Раяна, поджав губы.

— Простите, пожалуйста, — пролепетала я, пытаясь взять Раяну за руку. — Извините… Мне очень неловко… Извините, что пришлось остановить парад…

Только сейчас я поняла, что парад остановился. Вышколенные воины стояли, словно статуи в ожидании приказа.

— Господин генерал, нам нужно продолжать парад, — деликатно намекнул пожилой господин с бумагами.

Один обжигающий взгляд генерала заставил его почтительно отступить на несколько шагов и умолкнуть.

Холодный взгляд генерала не обманул моих надежд, и даже после моих скомканных оправданий он оставался таким же презрительным и холодным, добавляя мне еще порцию стыда и унижения.

Раяна отпустила огромную руку, а потом обняла меня и обернулась к генералу.

— Пожалуйста, не ругай маму. Она очень хорошая. Но она не может меня защитить, — прошептала дочь, её голос был таким невинным, что смог бы растопить даже самую замерзшую душу.

В этот момент подоспели какие-то люди, но я была так сбита с толку,