Читать книгу - "Последняя ошибка - Лорен Биел"

за моей спиной двери — конец для нас и я не могу с этим смириться. Когда она была со мной, то была моей. Независимо от того, был я Гаем или Мейсоном. Была ли она моей сводной сестрой или нет.

Моя.

Не представляю, сможет ли она простить меня.

Харли ненавидела Мейсона и никогда не смирилась бы с тем, что впустила меня в себя.

Подойдя к машине, сажусь и направляюсь к своей квартире. Припарковавшись, похожу к подъезду и вспоминаю, как она завязала себе глаза прямо у моей двери прошлой ночью. Войдя в квартиру, ловлю себя на мысли о нашем поцелуе у стены. Прохожу в спальню и вспоминаю, как она ощущалась. Ее вкус.

Блядь.

От этих воспоминаний подташнивает. Желудок скручивает. Сердце разрывается. Ее любовь оказалась ужаснее ненависти. По крайней мере, пока она ненавидела меня я не знал, как звучат ее стоны.

Глава 18

Прошло больше двадцати четырех часов с момента последнего сообщения от Гая — то есть Мейсона, — и хотя я ненавижу его за то, что он сделал, всё равно скучаю по нашим разговорам. По тому, как он открывался мне.

Тело охватывает дрожь.

За все эти годы я не давала Мейсону ни единого шанса рассказать о себе. Разговаривая с Гаем, узнавала ли я истинного Мейсона? Или всё это было лишь частью большого, мерзкого плана? В любом случае чувствую себя грязной. Тошнит от одной мысли о том, что он был во мне. Он член семьи, даже если мы не ладим.

Смотрю на пустой экран телефона. Трудно осмыслить случившееся. Мне плохо от всего этого, и не только потому, что он переспал со мной под чужим именем, но и потому, что заставил влюбиться в него. Отвратительный — даже хуже, чем я могла себе представить.

Раздается звонок в дверь, отрывая от неудачных попыток позаниматься. Невозможно думать об экзаменах, когда я так сильно зациклена на Мейсоне.

Смотрю в глазок и вижу незнакомца, повернутого ко мне спиной, с натянутым на голову капюшоном. Никого не жду, но открываю дверь, потому что разносчики пиццы часто путают мой дом с домом напротив. Такое случается как минимум раз в неделю.

— Эй, вы, наверное, перепутали...

Мужчина оборачивается, и все слова застревают в горле. В руках у него нет пиццы. Несмотря на то что я уже много лет не видела этого лица, всё равно узнала его.

— Нет, это тот самый дом.

Джефф толкает меня внутрь и прижимает к стене.

— Харли, милая сестренка Мейсона, — шепчет он мне на ухо, и я вздрагиваю, когда теплое дыхание касается кожи.

— Джефф, меня абсолютно ничего не связывает с Мейсоном, — шиплю с притворной уверенностью, задрав подбородок.

— О, знаю. Я много чего знаю. Что ты любишь пить. Как танцуешь. Но ты и твой маленький тайный защитник не дали мне узнать ту деталь, которую я действительно хотел — то, как ты ощущаешься внутри, — тараторит он, рассмеявшись в конце.

Слова бьют в самое нутро и заставляют подавиться собственной слюной. Тайный защитник? Мейсон? Нет времени осознать информацию. Она просто впитывается в меня, как проклятие, проникающее в кровь. Мейсон пытался защитить меня. Пытался спасти от Джеффа. Но от этого не легче, хотя очень хочется получить хоть каплю облегчения.

Дверь с грохотом открывается, и что-то тяжелое и пластиковое падает на пол — не вижу из-за головы Джеффа — а затем, в одно мгновение, парня отрывают от меня и швыряют на пол.

— Я же сказал тебе оставить ее в покое!

Мейсон с рычанием отводит руку и бьет Джеффа по лицу. Снова и снова. Пытаюсь схватить его за руку, чтобы остановить, но он просто бьет его другой рукой.

— Мейсон! — кричу. — Ты убьешь его!

Джефф превращается в искореженное месиво, забрызгивая каплями крови белый кафельный пол.

Мейсон переводит взгляд на меня.

— Он прикасался к тебе? — спрашивает парень, сдерживая взмах руки в ожидании моего ответа.

Качаю головой, но знаю — если бы Мейсон не появился, Джефф воплотил бы угрозу в жизнь. Я бы стала возмездием за признание Мейсона. Всё, что он мне рассказал, было правдой.

Мейсон опускает руку и разжимает кулак.

— Вызови полицию, — тяжело дыша, приказывает он.

Некоторое время вожусь с телефоном. Пальцы не слушаются и сильно дрожат, не давая набрать три цифры. Наконец, удается совладать с волнением, и назвать адрес дома.

Когда Мейсон слезает с Джеффа, его рука кровоточит, как будто ее порезали.

— Ты ранен, — говорю очевидное, коснувшись его окровавленной кожи.

— Да, от этого, — бурчит Мейсон, указывая на дверь.

Я была так сосредоточена на том, чтобы не дать Мейсону убить Джеффа, что не потрудилась узнать, что за звук услышала, когда дверь распахнулась. Кошачья переноска. Сэмми мяукает, когда я нагибаюсь, чтобы поднять его.

Мой взгляд мечется к Мейсону.

— Зачем?

— Потому что я знал, что он тебе понадобится, — отвечает он, смывая кровь с рук. — Какая мать, такой и сын. Он тоже не в восторге от меня.

— Разве у тебя нет аллергии? — спрашиваю я.

Он пожимает плечами.

— Всё еще есть. Глаза адски горят.

Наклоняется и брызгает холодной водой в лицо. Затем вытирается и подходит ко мне. От его ледяного присутствия я дрожу.

— Именно поэтому я больше люблю собак, — говорит он, скривив губы, указывая на Сэмми, который шипит от этого жеста.

— Ты поехал домой только для того, чтобы забрать его? Ради меня?

Открывая переноску, притягиваю Сэмми к себе, зарывшись лицом в его рыжую шерсть. Тот мурлычет, как только оказывается на руках.

Он привез моего кота.

Зацикливаюсь на этом, несмотря на всё остальное, что произошло.

— Спасибо, офицеры, — говорю, когда они поворачиваются, чтобы уйти.

Один из них оглядывается на меня.

— Вы уверены, что не хотите показаться врачу?

— Мои руки будут в порядке.

Полицейский натянуто улыбается.

— Мы свяжемся с вами по поводу остальной части отчета.

Киваю и следую за ними, чтобы закрыть дверь. Харли сидит на диване и гладит гребаного кота. Ненавижу его, но, если бы не он, мне не удалось спасти Харли от Джеффа до того, как он успел бы выполнить свою угрозу.

Ничего не сказав, беру чистящее средство под раковиной и вытираю кровь с пола. Закончив, выбрасываю окровавленные бумажные полотенца в мусор и мою руки. Запах отбеливателя словно прилип к коже.

Подхожу к входной двери и берусь за ручку, но тут вспоминаю о том,