Читать книгу - "Целительница. Выбор - Наталья Владимировна Бульба"

одного честь – пустое слово, а для другого – дух, ковавший характер.

- Да вроде не нужно нам ничего, - передав узелок Миронову, который тут же пристроил его в полупустую сумку, развел Игнат руками. – Ты же понимаешь, не могли мы пройти мимо. Не по-людски это.

- Не по-людски, - как-то задумчиво кивнув, повторил за ним Джавад и вслед за Игнатом посмотрел на дом, практически полностью увитый плющом.

Дом у Джавада оказался большой, в два этажа. Как раз для немаленькой семьи. Жена, шестеро своих детей, та самая племянница – дочь погибшей сестры, которую приютил.

А в соседнем, даже без забора между двумя участками, жил брат со своими. А еще чуть дальше – дядя.

У Игната семья тоже была большой. Пока оставался Воронцовым.

О том, что стал Вороновым, он не жалел. Лишь о том, что не смог уберечь Анну и дать Сашке то детство, которое должно быть у каждого ребенка.

Если не кривить душой, последняя мысль даже для него самого выглядела спорно. Сашку в доме любили. И баловали… как это баловство понимали настоящие мужчины.

- И куда теперь?

Вопрос Джавада не застал Игната врасплох. О Сашке он уже давно научился думать фоном. Что бы ни делал…

О том, что рано или поздно, но ей придется выйти замуж, он помнил. Точно зная, что лишь бы кого дочь не выберет, ждал этого момента с некоторой опаской, но рассчитывал на скорое появление внуков. Вот тогда он…

И не только он. Пусть об этом и не говорили, но Реваз с Андреем стать дедами были готовы. Как минимум, морально.

- В Шемаху, - твердо посмотрел он на Джавада. – Друг у нас там. С войны. К нему и ехали. А тут…

- Воевали здесь? – Вот теперь удивление Джавада прозвучало искренне. Какую бы он в своем воображении им жизнь не нарисовал, этого пункт в его картинке точно отсутствовал.

- Стояли под Шемахой, - поморщившись, подтвердил Игнат. – У крепости Гюлистан.

В ответ на его слова Джавад посмотрел уважительно.

Кто стоял там… у Гюлистана, местным было известно. Особенно тем, кто соответствующего возраста.

Персы тогда продвинулись по территории Империи от ста до трехсот километров, втянувшись вглубь широкими клиньями.

Шемаха оказалась на острие одного из них. Ширван – в глубине. А вот Баку остался в стороне, в течение всего конфликта продолжая жить условно мирной жизнью.

Все могло оказаться значительно хуже, если бы не несколько подразделений специального назначения, переброшенные в наиболее горячие точки уже на третий день войны.

Одним из них был их… 242-ой гвардейский, ордена Александра Невского полк специального назначения.

Одаренные в полку все. Стихийщики, поисковики. Даже такие целители, как он, с дополнительной специализацией. Ну и психологическая подготовка соответствующая. Отморозки – не отморозки, но вот отступать точно не умели. Шли вперед до последнего.

- А я служил тогда в Нахичеване, - не столько прервал, сколько дополнительно подкрасил Джавад экскурс в прошлое. – Нас там… - с горечью мотнул головой.

После таких откровений только и оставалось, что молчать.

Через Нахичевань широкой полосой шли земляные. Шли мощно, разбивая все в мелкий щебень и трамбуя до крепости камня. И хотя продвигались медленно, но проблем после себя оставили более чем достаточно.

За это потом и поплатились. Земляных в том конфликте в плен не брали, уничтожали на месте.

Народный приговор он такой, ему и приказа не надо.

- Ладно, оставим прошлое – прошлому и подумаем о настоящем, - оборвал повисшую паузу Джавад. – Наши формируют колонную в Шемаху. Насчет места для вас я договорюсь.

Возражать Игнат не стал.

Они бы, конечно, добрались и сами, но этот вариант был не только проще, но и правильнее при сложившихся обстоятельствах.

До Шемахи рукой подать, но добрались они только к вечеру. Это у Ширвана дорога оставалась более-менее, хотя трещины и навалы встречали и на ней, а чем ближе к Шемахе, тем сильнее петляла колонна, объезжая поврежденные участки, на которых как раз работали специальные службы.

Но задержало не только состояние дороги, но и довольно длительные остановки, когда пропускали шедшую своим ходом тяжелую технику.

- Ну что, парни, дальше сами или останетесь с нами? – дождавшись, когда их троица покинет кузов, подошел к ним приятель Джавада.

Из восьми машин до города дотянули семь – одну оставили заглохнувшей на бездорожье, так что пришлось потесниться.

Но тяготила в дороге не теснота, а неизвестность. Без слухов, которые доходили до них на коротких привалах, не обошлось. А слухи те…

Иногда лучше полная неизвестность, когда только и остается, что рассчитывать на собственное понимание происходящего, чем нагромождение бреда.

И ведь точно знаешь, что в сказанном хорошо, если десятая доля правды, но душа все равно содрогается, достаточно представить воочию.

- Сами, - пожал ему руку Игнат. – Друга надо найти. Если, конечно, жив.

- Друг, это – святое, - понимающе кивнул приятель Джавада. – Где искать будете?

- На Исмаила Хатаи, - Игнат тут же выдал заранее оговоренный адрес. – Это в западной части.

- Знаю, - доставая планшет, кивнул приятель Джавада.

Вывел на экран карту, подвигал, то уменьшая, то увеличивая масштаб.

- Значит так, - продолжил он, развернув планшет к Игнату. – Мы сейчас здесь, - ткнул в точку на карте. – Здесь, - на этот раз указал на выделенный зеленым район на окраине города, - формируется западная группировка. Улица, на которой будете искать друга, входит в зону ее ответственности. А это наш сектор, - показал он на зеленое пятно. - Так что если что…

- Мне показалось или ты этого Джавада узнал?

Развалины дома на улице Исмаила Хатаи, в котором, судя по предоставленной Трубецким информации, действительно жил их сослуживец, оказались пустыми. Ни живых, ни мертвых.

Вариант был из хороших. К сожалению, эти бумаги оказались весомее человеческих жизней, так что хотя бы не поставило перед выбором.

- Узнал, - криво усмехнулся Реваз, бросив взгляд на нарочито молчаливого Миронова.

Игнат на его счет не обольщался. Молчаливый – не молчаливый, но подполковник не только и не столько обеспечивал безопасность, сколько служил дополнительным аргументом