Читать книгу - "Нелегкая добыча - Элеонора Терлеева"

Трель телефонного звонка разбудила меня ранним утром.

– Любимая! Это я, Марко. Прости, что беспокою тебя так рано. Но я очень за тебя переживаю. Как прошла у тебя встреча с этой женщиной? – услышала я в трубке встревоженный голос Марко. – Ты мне сегодня ночью приснилась даже.

– Марко, мой золотой! Здравствуй! – обрадовалась я. – Арины Вадимовны больше нет. Она умерла от инфаркта.

– Ты серьёзно? – не поверил Марко. – Не могу поверить.

– Да, Марко. Серьёзней и быть не может.

Я рассказала Марко о скоропостижной смерти Арины и её сына.

– Так что, Марко, тысяча долларов, высланная тобой, осталась нетронутой.

– Это хорошо. Ты себе купи чего-нибудь. Мне жаль, безусловно, что такое произошло с Ариной. Но это жизнь. Все мы туда идём, – философски отметил Марко.

– Безусловно, это так. От своей судьбы ещё никто не ушёл.

– Любимая, я был в полиции и разговаривал по поводу вызова, то есть твоего приглашения. Мне нужна ксерокопия твоего загранпаспорта. Ты смогла бы мне переслать её по факсу?

– Марко. У меня нет загранпаспорта. Только гражданский, украинский.

– Обязательно сделай. Это важно. Ты же никак не сможешь приехать ко мне без него. Для выезда в Европу или, как у вас говорят, за границу, нужна виза. Иначе тебя не впустят в Италию.

– Хорошо, Марко. Сегодня же узнаю, что, где и как делается. Спрошу у Лены, моей соседки. Помнишь, я тебе о ней рассказывала? Кстати, у тебя случайно нет друга, желательно неженатого? Лена тоже хотела бы познакомиться с итальянцем.

– Я подумаю, – засмеялся Марко. – Но мужчины моёго возраста, как правило, уже все женаты либо разведены и с детьми.

– У нас на родине, Марко, уже в двадцать лет разведены и с детьми. Кстати, Лена, по-моему, не собирается заморачиваться по этому поводу в плане детей. Поэтому её устроит и разведённый вариант, – заметила я. – И дети ей не станут помехой.

– Я подумаю, любимая. А сейчас давай прощаться, мне скоро пора на работу. Обязательно проинформируйся насчёт загранпаспорта. Я на днях тебе позвоню. Я люблю и целую тебя.

– Конечно, Марко. Прямо сегодня же и пробью всю информацию. Я тебя тоже очень люблю. Цём!

Я отсоединилась и отправилась на кухню, где уже хлопотала мама.

– Доченька, доброе утро! Садись кушай. Вот творожок со сливками, ты же любишь. Сегодня рано утром прямо возле дома купила у той женщины-молочницы, которая вместе с мужем продает прямо с машины молочные продукты.

Мама вытащила из холодильника свежайший домашний творог и банку со сливками.

– Доброе утро, мамочка. Да, сливки с творожком я люблю. Особенно с клубничным вареньем. Никогда не забуду, как бабушка – помнишь? – мне на завтрак покупала на рынке у колхозников?

– Конечно, доченька, помню. Бабушка Нина тебя очень любила и души в тебе не чаяла. Жаль, что так рано умерла.

Моя мама вышла замуж в восемнадцать лет за военнослужащего старше её на четырнадцать лет. Тогда, в 60-е годы, считалось престижным выйти замуж за военного офицера. Вот маму и выдали замуж за моего папу, можно сказать, из-за престижа. Вскоре появилась на свет я. По назначению папу отправили служить в другой город, и мы уехали вместе с ним, проживали в военном гарнизоне. Но мама с трудом уживалась с моим отцом из-за несовместимости характеров, и на этой почве всё чаще возникали конфликты и скандалы. У моего отца присутствовала такая черта, как жадность. Помню, как сейчас: он пришёл домой после сытного обеда из офицерской столовой, где тогда при советской власти военных кормили как на убой, и увидел в тарелке на полу кильку в томатном соусе, которую мама покупала для нашего кота.

– Наташа, – крикнул он. – Ты что коту такие консервы покупаешь? А я что есть буду?

И не поленившись, тут же слопал содержимое тарелки с чёрным хлебом. Так вот, чтобы не травмировать меня, маленькую, раздорами и ссорами родителей, бабушка приняла решение забрать меня к себе на воспитание. Ни в чём мне не отказывая, она лелеяла меня как могла. А мама после развода с моим отцом, когда мне было всего семь лет, вынуждена была жить одна на территории военного гарнизона. Так как при советской власти она не могла вот так запросто обменять квартиру с обычным гражданином. Обязательно нужно было совершать междугородний обмен только с военнообязанным человеком. А такой вариант было непросто отыскать, и на это ушли годы. Почти перед самой смертью бабушки мама нашла через бюро по обмену недвижимости семейного военного мужчину из нашего города, который согласился на обмен, и наконец переехала. После смерти бабушки, когда мне исполнилось тринадцать лет, мама поменяла бабушкину двухкомнатную квартиру и свою однокомнатную на трёхкомнатную в нашем же подъезде на втором этаже. И вскоре к нам пришёл жить мой отчим.

– Доченька, тебе чайку или кофейку? – спросила мама.

– Мамуля, я буду чай каркаде. Помнишь, я купила неделю назад?

– Конечно, доченька. Сейчас заварю тебе. А с кем ты сейчас разговаривала по телефону?

– Марко мне звонил, мама.