Читать книгу - "Русская Никита - Эльвира Барякина"

Волков и Матвеев молча глядели на Мэг. По всему было видно, что она произвела на них впечатление, и осознание этого преисполняло ее какой-то мрачной гордостью.

В этот момент в приемной зазвонил телефон.

— Не возражаете, я вернусь к своим прямым секретарским обязанностям? — осведомилась Мэг. — Если вам что-то понадобиться — чай, кофе или новые умные мысли — я к вашим услугам.

— Хорошо… — медленно кивнул Волков. Он уже вовсю обдумывал услышанное.

— Кстати, — добавила Мэг, — вы говорили что-то о награде, положенной мне в том случае, если я справлюсь с заданием. Думаю, я заслужила кое-какой прибавки к жалованию. А средства на это можно будет взять из тех денег, что я выиграла вчера в казино.

* * *

Мэг откинулась в своем кресле и прикрыла разгоряченные веки. Усталость и осознание хорошо сделанной работы приятно расслабляли… А какие лица были у этих двоих, когда она сообщила им о своей идее! Что, не ожидали такого от простой секретарши?!

Но главного они так и не усекли. Ведь Мэг только что сумела сработать на два фронта: с одной стороны она продемонстрировала свои умственные способности Волкову, а с другой стороны, если афера с фондом будет осуществлена, Структура получит дополнительную возможность воздействовать на УВД. Конечно, в ведомстве Алова и так работают несколько профессиональных Охотников, которые надежно держат его в своих руках, но лишняя зацепка им никак не помешает. Ведь это только с формальной точки зрения такой фонд является законным учреждением, а если в ответственный момент кому-то потребуется подкопаться под Алова, вменить ему взяточничество будет парой пустяков.

Улыбка сама собой выползала на губы Мэг… Ох, как жаль, что ей нельзя ни перед кем похвастаться! Все-таки иногда так хочется, чтобы тебя оценили!

Дверь волковского кабинета приоткрылась, и в приемную вышел Матвеев.

— Маргарита, могу я спросить вас кое о чем?

Каким-то шестым чувством Мэг ощутила, что ни к чему хорошему эти расспросы не приведут.

— Спрашивайте, — произнесла она, вся внутренне напрягаясь.

Матвеев глядел ей прямо в глаза.

— На вашем месте я вел бы себя более осмотрительно…

— О чем это вы?

— Вы знаете о чем. Идея ваша более чем интересна… Но мне непонятно, каким образом вы собираетесь объяснять Максиму Евгеньевичу, откуда у вас взялись познания в российском праве, позволяющие придумывать такие схемы. На вашем месте я бы указал на источник своей информированности. Насколько мне известно, вам дали задание три часа назад, стало быть, осилить наше законодательство в самостоятельном порядке вы не могли. Вывод напрашивается только один: вас учили юриспруденции, Маргарита. Где?

Сердце Мэг сжалось. Это был провал — позорный, бессмысленный, достойный идиотки-первокурсницы.

— Ваша ошибка заключается в том, что вы захотели выглядеть умнее, чем вы есть на самом деле, — усмехнулся Матвеев. — Ваше резюме отнюдь не соответствует действительности. Вы не рассказали нам всей правды о себе, и вас только что поймали на этом.

Мэг смотрела на него исподлобья.

— Да пошли вы к черту! — прошипела она осипшим от возмущения голосом. — Вы — последний человек, перед которым я буду отчитываться!

— Тогда вам придется отчитываться не передо мной.

— Идите и нажалуйтесь на меня Волкову: «Максим Евгеньевич, ваша секретарша оказалась не такой уж дурой, как я думал. Это подозрительно! Увольте ее немедленно!»

Ничего не сказав, Матвеев направился к выходу.

— Вы идете не в ту сторону! — не удержавшись, крикнула Мэг. — Кабинет Волкова с другой стороны!

Но тот не удостоил ее ответом.

* * *

В скверике никого не было, если не считать парочки мамаш с малышами. Мэг сбежала сюда, чтобы немножко побыть в одиночестве и собраться с мыслями. Сев на одну из лавочек, она взяла в губы купленную поштучно сигарету, чиркала спичкой о коробок. Спичка обломилась.

С тех пор, как Витька бросил ее, она стала время от времени курить. Это был своего рода ритуал самоуничтожения — запивать свои неудачи горьким сигаретным дымом.

Как же она ненавидела Матвеева! И Волкова, и вообще всю эту мерзкую паучью контору!

Она не сомневалась, что Матвеев поделился своими соображениями с начальством, и стоит ей вернуться в приемную, как Максим Евгеньевич призовет ее к себе и задаст все тот же кошмарный вопрос, на который она не в состоянии дать ответа. И если Матвеева она могла просто послать подальше, то с Волковым такой номер не пройдет.

Думать, думать, думать… Нельзя так просто сдаваться! Надо найти какое-нибудь достойное объяснение своей осведомленности. Может, соврать что-нибудь об увлечении юриспруденцией? Чушь полная! Никто этому не поверит! А уж тем более Матвеев. Он просто нутром чуял в Мэг врага, и потому так к ней и цеплялся.

Черт бы его побрал! Если бы не он, Волков бы ни в жизни не обратил внимания на ее промах.

— Привет! — окликнул ее кто-то.

Мэг подняла голову. По расчищенной дорожке к ней спешила Инга.

— Привет, — отозвалась она слабо.

Подойдя, Инга сунула ей в руку сложенную бумажку.

— Сергей Иванович просил передать тебе кое-что, — прошептала она на ухо Мэг. — У него есть на примете один журналист. Чрезвычайно амбициозен. Специализируется на политических скандалах. Ни на кого конкретно не работает. Тискает свои статейки туда, куда берут. Последнее время активно занимался разработкой Огнева. Скорее всего, ему многое известно об их взаимоотношениях с Волковым.

Мэг заглянула в бумажку. Там подряд были написаны шесть цифр — телефон и имя «Антон Рублевский».

— Как к нему можно подъехать? — спросила она безучастно. Возможно, интересоваться подробностями уже не имело смысла: если она не сможет как-то объясниться перед Волковым, уже сегодня вечером ей вернут трудовую книжку, и на этом ее миссия в «Промхолдинге» будет окончена.

Но Инга не замечала каменного выражения ее лица и продолжала частить:

— Наши пытались контактировать с этим журналистом, но ничего не вышло. Рублевский гордится тем, что он как бы неподкупен и не боится никого и ничего. Но попробуй, может, у тебя что-нибудь и выйдет.

Кивнув, Мэг сожгла записку в пламени спички.

* * *

Мэг продумала с десяток различных вариантов, как вести себя в тот момент, когда Волков потребует с нее объяснений. Робкая надежда, что все как-нибудь может обойтись, еще теплилась в сознании, но умом Мэг прекрасно понимала всю нереальность такой ситуации. «Промхолдинг» потому и сумел выжить и подняться на недосягаемую высоту, что его руководство отлично понимает: ключ к успеху в любых начинаниях — это люди. Если начальник сумеет подобрать себе работоспособную и, главное, надежную команду, его ждет успех, не сумеет — пусть пеняет на себя: он всегда будет в числе неудачников.