Читать книгу - "Я больше не люблю тебя - Диана Эпплярд"

Тэсс соскользнула, опуская плечи под воду, и откинула голову назад, чтобы намочить волосы. Конечно, надо было принять душ, так быстрее, но ванна ее успокаивала. Она шевельнула ногами и почувствовала пробежавшую вдоль тела волну. Посмотрела на свой живот — слишком большой после каникулярной вседозволенности. Как правило, она поддерживала фигуру тем, что без конца носилась по дому и часто вообще не ела до вечера, потому что ей было не до ланча. Легче было не тратить время на еду и во время работы — так она не ощущала вины, уходя в три, чтобы забрать Хэтти из школы. И вообще это было отличное оправдание уходить пораньше.

Когда Тэсс нашла эту работу после долгого перерыва из-за рождения мальчиков и Хэтти, то она показалась прямо-таки божьим даром. Галерея находилась в треугольнике, образуемом сходившимися в Клапаме двумя главными дорогами, и была на полпути между домом и школой Хэтти. Но теперь работа вызывала у нее скуку. Место было приятное, а владелец почти никогда не появлялся на неделе и оставлял ее справляться одну. Исключение составляли дни, когда проходили выставки одного из популярных художников или визит очень богатого клиента, за которым хозяину надо было поухаживать. Ей нравилась дружба, завязавшаяся у нее с горсткой художников, особенно с молодыми, и она с бесконечным терпением слушала их истории о сложной личной жизни и запутанных финансовых проблемах. Это позволяло увидеть совсем иной мир.

Галерея была маленькая и традиционная, и Тэсс уже наизусть знала потребности горстки их верных клиентов. Они доверяли ей, когда она звонила и сообщала, что встретила то, что им понравится, и доходы галереи постоянно росли. Бруно нравилось думать, что это он находил новых молодых художников, но чаще это делала Тэсс, которая посещала множество выставок художественных школ. Она прекрасно знала, что будет продаваться, и более того, умела угодить и художникам, и клиентам. Тэсс умела ладить с людьми, да и работа казалась ей ерундой по сравнению с домом, где надо было поддерживать мир между тремя умными, упрямыми и вечно ссорящимися детьми.

Теперь Хэтти уже не так в ней нуждалась, и, может, стоило вернуться к работе на полный день. Но не в галерее. Ей просто нужна была смена обстановки, новое начало.

Хлопнула входная дверь. Черт! Марк пришел, и он тоже захочет принять ванну. Она потянулась к крану. Горячая вода закончилась. За стеной Франческа начала читать любимую сказку Хэтти, которую та готова была слушать вечно: про розового полярного медведя, который жил на одинокой льдине, а однажды мимо проплыл голубой медведь на такой же льдине. Они столкнулись и влюбились, и потом всю жизнь пели вместе, так что их голоса разносились надо льдами.

Тэсс подняла из воды одну ногу и намылила ее. Ноги опять пора было брить. Жизнь представляла собой одну бесконечную цепочку дел, которые никогда все не переделаешь — заканчиваешь одно, начинается другое. Она загружала стиральную машину и отвозила детей в школу, не накрашенная, в мешковатом старом свитере, думая о том, что завтра будет более организованной и накрасит губы перед выходом из дома. И запишется к косметологу. Определенно. Даже если придется искать для этого время. Вечно завтра и завтра. Перед ней плыл дразнящий образ ее новой личности.

Тэсс откинулась назад и закрыла глаза. Они с Марком в последнее время не занимались любовью. На каникулах он в основном спал. Она знала, что муж устал и что в данный момент карьера и новые обязанности его утомляют, но хотя бы на каникулах он мог провести один полный день с женой и детьми. Им доставались только урывки: утром выйдет в море на лодке или займется серфингом с мальчиками, а потом ляжет на голубой тахте в гостиной и проваляется там остаток дня. Будто рядом с ней жила спящая черепаха. Тэсс понимала, что ему приходилось большую часть себя отдавать работе, но это неизбежно означало, что часть, предназначенная семье, становилась все меньше. В основном, вспышки дурного настроения, которые никому не нужны.

Может, виновата она? Недостаточно проявляла свою любовь к нему и слишком много времени отдавала заботе о детях? Да нет, честно говоря, ему требовалась не любовь. Марку нужны были не ласковые объятия, а секс. Секс со всеми романтическими причиндалами — шелковое белье, духи и все такое. Как-то Марк в гневе заметил, что надо не так уж много сил, чтобы выглядеть сексуальной, но она ответила, что не понимает, зачем наряжаться, как слон в цирке после утомительного дня, чтобы привести мужа в нужное настроение. Спор затянулся. Марк упрекнул, что Тэсс слишком много делает для детей, и они могут вырасти ленивыми и испорченными. На самом деле, подумалось с горечью, он имел в виду, что она слишком много заботилась о них, а должна бы больше уделять внимания ему. Но Тэсс отказывалась это делать — Марк, черт возьми, не ребенок! Марджи как-то заметила, что подобным недостатком страдают большинство мужчин — они так и не выросли из детских штанишек и всю жизнь ищут вариант мамочки, согласной ради них наряжаться в неудобное белье. Почти сразу же после развода Марджи выкинула все свои подвязки и купила теплую байковую пижаму.

Тэсс вздохнула. Как ни посмотри, она всюду оказывалась не права. Если слишком много делала для детей, то портила их, а если оставляла справляться самих, то Марк жаловался на беспорядок, который они развели при готовке, или на манеру убираться, складывая все в высоченные стопки, которые рушились, как только закроешь дверь. Но если меня тут не будет, подумала Тэсс, брызгая водой себе в лицо, то все придется делать им самим, даже Марку. Она задумчиво намылила между пальцами ног. Вернуться в «Сотбис»? Страшновато, да и в каком качестве? Можно пойти в администрацию, но эта работа явно нетворческая. Проблема заключалась в том, что у Тэсс не было специального образования. Ее диплом был слишком общим. Конечно, следовало бы учиться дальше, но к тому времени она пресытилась науками. Да и родители устали за нее платить, считая, что дочери давно пора найти работу.

— Тэсс, открой дверь, — прогудел снаружи низкий голос Марка.

— Я в ванне.

— Ну так вылезай. Я хочу зайти.

Тихо фыркнув себе под нос, Тэсс выбралась из ванны и потянулась за единственным сухим полотенцем, остальные были все еще в стирке. Она осторожно открыла дверь, хотя Франческа все еще была у Хэтти. Дочка не отпустила бы ее после только одного прочтения истории про полярных медведей.

Марк проскользнул в ванную. На нем была синяя хлопчатобумажная рубашка, в которой он уехал из коттеджа, и бежевые брюки, на которых, Тэсс знала, не хватало пуговицы, потому что она ее еще не пришила. Муж выглядел усталым и помятым.

— Хорошо, что ты вернулся, — поплотнее завернувшись в полотенце, она раскрыла ему объятия. Марк театрально склонил голову на ее влажное обнаженное плечо.

— Ужасно устал, — сказал он голосом маленького мальчика. Тэсс погладила его густые темные волосы, слегка начавшие седеть над ушами. Джейк и Олли недавно аккуратно вырезали из воскресной газеты объявление о краске волос для мужчин и оставили перед завтраком у его тарелки.

— Не очень хороший день?

— Не очень, — сказал он ей в плечо, и она ощутила на коже тепло его дыхания. — Все неприятности с Венгрией выползли наружу, и Руперт грозится поехать со мной. Я не могу ехать с этим придурком. Он испоганит все на свете. Ей-богу, я его убью.