Читать книгу - "Мелодия счастья - Елена Рождественская"

— Простудилась? — в ужасе спросил маэстро Меризи. И даже пощупал ей голову. — Жара нет. Посиди немного, а потом начинай разучивать роль.

Лиза вышла в коридор, забилась в уголок на лавку. К ней тут же подскочила подружка Дуня Волкова. В новой опере она не была занята, но пришла по причине любопытства. Да и то, скучно сидеть без работы-то.

— Дуняша, улучи момент, позови Горюнова! — попросила Лиза.

Дуня отмахнулась:

— Нет сегодня твоего Горюнова — не приходил!

— Как не приходил?!

И тут в темноте коридора появилась Катерина Баранова. Она тоже не была занята в опере, но почему-то оказалась на репетиции.

— Это вы о ком? — визгливо захихикала она. — О Горюнове? Был он тут, я сама видела!

— И что? — спросила Лиза. — Куда ушел?

— Не ушел — убежал! — смачно произнесла Баранова. — Так обрадовался, что аж руками замахал. Мне воздушный поцелуй послал.

— Тебе? — Даже Дуня знала, что Александр терпеть не мог Бараниху.

— Потому что радостное письмо прочел. Благодетель его, вчера уезжая, оставил. Но вечером-то Горюнова найти не смогли. Сегодня только отыскали. Он письмо-то прочел и возликовал. Мне рассказал: оказывается, граф Шувалов ему в своем имении невесту сосватал — богатую, сил нет. И у той невесты — собственный театр. Так что вместо того, чтобы тут на вторых ролях отираться, Сашка наш там премьером станет.

Лиза с ужасом вспомнила, что Шувалов и вправду говорил Александру про какой-то подарок. Выходит, он его не только богатой невестой, но еще и театром соблазнил!.. Но Горюнов-то каков?! Купился на первые роли! Бросил все, и Лизу впридачу, и покатил за богатством. А что ж? Он ведь все, что хотел, получил от Лизы: и любовь, и невинность. Больше-то у нее ничего нет… А там — и деньги, и собственная сцена…

Лиза закрыла лицо руками. Только бы не разжимать пальцы! Только бы никто не увидел ее слез…

* * *

Антонио озабоченно вздохнул, глядя на свою приму, сжавшуюся на лавке в темному углу коридора:

— Раз ты больна, Лиза, иди домой! Но завтра с утра — изволь быть тут! Начнем репетировать на сцене. Да, еще не забудь, коли увидишь Горюнова, скажи ему, чтоб не расстраивался. У меня на него особые планы. Государыня императрица написала либретто новой оперы. Я к нему уже первый акт сочинил. Сразу же после этого спектакля ставить начнем. Там главная партия — мужская. Она как раз для Горюнова предназначена.

Лизы слушала как сквозь туман. Да и что слушать — через месяц Александр сам в своей частной опере будет петь любые главные партии. Что ему теперь эта подачка Эрмитажного театра!..

Девушка медленно поднялась и поплелась к выходу. Прилипчивая Баранова заюлила вокруг.

— Давай провожу к выходу! А давай подвезу? У меня тут колясочка! — суетилась она.

Лиза машинально накинула шубейку. Машинально села рядом с Барановой, даже не поинтересовалась — откуда у певицы на вторых ролях такой роскошный и удобный экипаж. Машинально смотрела по сторонам. Как будто мир без Сашеньки перестал для нее существовать. И только уже после часа езды девушка вдруг очнулась:

— Почему мы едем так долго, Катя?

Баранова плотоядно улыбнулась, став похожей на людоедку из сказки:

— Потому, что мы едем далеко — в одно из имений князя Голобородко.

Лиза дернулась и очнулась окончательно:

— Как это — Голобородко?!

Баранова улыбнулась еще слаще:

— Князь тебе честь оказал, в гости пригласил!

Лиза фыркнула:

— Очень надо!

И тут Катерина побагровела:

— Не благодарная ты, Лизка! Как есть подкидыш неблагодарный! Князь к тебе всем сердцем, а ты… Да если б его сиятельство ко мне так, я бы… я бы… — Катерина запнулась.

— Вот и давай! — вскрикнула Лиза. — А меня пусти!

Она попыталась отпихнуть Катерину и выскочить из кареты, но Баранова оказалась сильнее. Она вцепилась в товарку, и обе девицы покатились на пол повозки. Лиза пыталась дотянуться до дверцы, Катерина хватала ее за руки. Шубы стесняли их движения, девицы возились и тяжело дышали. Внезапно карета остановилась. Дверца распахнулась. И взволнованный голос князя Голобородко произнес:

— Душенька моя!

Далее князь осекся. Которую из дерущихся девиц он повеличал душенькой, понять было уже невозможно. Обе — вспотевшие, покрасневшие, тяжело дышавшие — уставились на него. И князь, не сдержавшись, захохотал.

Кряхтя, девицы начали выбираться из кареты.

— Вот, привезла дурищу!.. — прохрипела Катерина.

Но князь, вытирая слезы смеха, уже протянул девицам обе руки:

— Пожалуйте, красавицы, — обед в вашу честь подан!

Лиза, выбравшись, запахнула шубейку, и отпрянула:

— По какому праву вы привезли меня сюда? Ваша протеже меня почти что украла! — Гневный голосок девушки дрогнул. — Государыня велела вам стать моим хранителем, а вы стали предателем!..

Князь опять залился смехом:

— Ну что вы говорите, барышня Невская? Не я — ваш предатель, а обожаемый вами Горюнов. Разве это я, втираясь в ваше доверие, называл вас «барышней Невской»? Разве я сбежал от вас? Разве я предпочел вам богатую невесту?

— Не смейте так говорить! — взорвалась Лиза.

— Да и не буду! — хихикнул князь. — Я, конечно, не величал вас «благородной барышней», зато позвал в свою усадьбу в гости, как равную. — Князь притопнул ногой. — Пойдемте-ка в дом, а то холодно на морозе. Я, конечно, не герой вашего романа, зато вышел самолично встречать вас, не убоявшись ни холода, ни снега.

И он снова галантно протянул «барышням» обе руки.

* * *

Лиза облизнула пересохшие губы. Как жить дальше? Наверное, прав князь, весь обед только и говоривший о том, сколь легко обмануть бедную девушку. Вот и Горюнов обманул Лизу, да так, что она и сама не заметила…

Оказывается, весь театр знал, что ненаглядный Сашенька ее обхаживал. И даже пари заключал: к какому сроку сумеет ее соблазнить. Все знали! Одна Лиза пребывала в неведении и только сейчас от Катерины узнала про пари. Может, и права Баранова: Лиза действительно дурища?..

Девушка поежилась. Ей и по дороге-то было плохо. А от обеда стало еще хуже. Голова гудит, тело покрылось мурашками. Она еле дошла до комнаты, которую ей отвели. Чуть не поскользнулась у порога, хорошо, служанка, расстилавшая постель, сумела ее подхватить.

Но едва голова девушки упала на подушку, ее затрясло еще больше. Господи, неужели лихорадка?.. Она закрыла глаза, сдерживая напавший сон.

Как из дальнего далека долетел до нее голос вошедшего князя:

— Как она?

— Как обычно, — ответила служанка, приседая перед хозяином до земли. — Проспит до утра.