Читать книгу - "Вернуть жену офицера - Анна Арно"

И он не узнает.

Что я никогда не предавала его. И что Ариша просто не может быть ничьей больше, кроме как его.

И от неловкости тоже. Ведь я никогда не проявляла инициативу в таких вопросах.

И он вроде подкрепляет мои опасения тихим рыком:

— Ненавижу тебя, Алена, — выдыхает мне в волосы. — Так какого черта ты до сих пор мной вертишь?

— Всего раз, ладно? — шепчу ему на ухо, привставая на цыпочки, и обнимая его за шею. — Только один раз, и я исчезну, обещаю. Как ты и просил.

— Заткнись, — он вдруг подхватывает меня на руки, вынуждая обвить его бедра ногами, и буквально прибивает меня спиной к двери. — Ты ведьма, клянусь, — шепчет мне в губы будто одурманенный. — Какого хуя я до сих пор так сильно по тебе скучаю, Алена? Каждую секунду, сука… Ненавижу и до бешенства скучаю. Скажи… — он трется о мои губы своими, — умоляю, скажи, что ты тоже.

— Каждый день, — сдаюсь я. — И ночь. Ненавижу. Но не могу перестать думать о тебе, — всхлипываю снова и чувствую, как меня прорывает будто. — Предатель! Мерзавец! Ты просто сердце у меня вырвал и на куски меня разорвал будто… — моя тирада невольно прерывается, когда в мой рот врезаются требовательные губы.

Макар разворачивается со мной на руках и шагает к кровати…

Вот и попался.

Или это я попалась.

Ведь потом мне снова будет невыносимо больно…

Глава 19. Макар

Я и правда больной, походу. Мне остро необходимо лечить голову, раз я все же ведусь на эту ведьму. Очевидно же, что это ее план, чтобы задержать меня. Но я просто физически не могу остановится, когда она вот так сама на меня вешается.

Ведь даже если каждое ее слово — ложь. То ее блядское тело точно не обманывает.

Уже мокрая вся. Значит хочет она меня точно по-настоящему. И похоже это единственное, что осталось в ней настоящего.

Опускаю ее на кровать, и сверху нависаю, буквально сдирая с себя рубашку. Как одержимый покрываю поцелуями каждую клеточку ее потрясного тела.

Красивая она, зараза.

Все такая же, как раньше.

Может даже красивее теперь. Эта ее налитая грудь, и талия точеная. Так и не скажешь ведь, что она родила сравнительно недавно.

Шесть месяцев назад.

И еще смеет врать мне в глаза, что эта девчушка моя. Лгунья. Какая же ты оказалась двуличная, Алена.

Я же тебя едва ли не в культ возносил. Думал ты святая. Молился на тебя. В самых сложных замесах только мысли о тебе и спасали, а потом…

Грубо вхожу в нее. Просто потому что не могу больше держаться. Она тут же выгибается вся:

— М-макар… — выдыхает, и плечи мои гладит, будто успокоить меня хочет.

А я может и не хочу успокаиваться. Но даже в таком бешенстве как сейчас просто физически не могу себе позволить навредить ей:

— Больно? — хриплю, притормаживая, хотя готов прямо сразу кончить.

— Н-немного, — шепчет мне в губы, но я все еще чувствую, как она дрожит вся.

Удивительно, какая она тесная. Прямо как раньше. Ощущение точно такое, как в наш с ней первый раз. Когда я ее девственности лишал. Тогда она тоже дрожала. А я успокаивал ее поцелуями.

— Блядь, — срываюсь и снова принимаюсь покрывать ее нежную кожу поцелуями.

Двигаюсь теперь уже куда осторожней. И будто в награду за мою осторожность она начинает тихо стонать.

О боже… я же так за секунду кончу.

— Смотрю, твой новый мужик тебя явно не дотрахивает. Раз ты такая голодная, что на бывшего мужа вешаешься.

Она тут же глаза распахивает возмущенно. Губку прикусывает, сдерживая теперь свои сладкие стоны, и… толкает меня в плечи:

— А ну-ка пусти! — шипит обижено.

— Черта с два, — ухмыляюсь. — Ты сама напросилась. Теперь я решаю, когда мы закончим. А твой мужик нахер идет.

Это и правда помогает. Мысль о том, что у нее кто-то есть помогает хоть немного снять напряжение. Потому что, раз уж я наконец дорвался до своей бывшей жены, то точно не намерен кончать слишком быстро.

— Тогда заткнись уже, Таранов, — рычит мне в тон. — И трахай уже меня молча. Или или к черту!

— Я туда и собирался, милая, — делаю один грубый толчок бедрами, снова срывая с ее губ охуенный стон. — Но ты великодушно решила исполнить мою последнюю просьбу.

Ну бля… у нее в глазах опять слезы стоят. И, должен признать, это сильнее прочего помогает снять напряжение:

— Не смей сейчас плакать, — предупреждающе шепчу я.

— А ты не смей говорить такого! — шипит мне в губы. — И перестань уже играть со смертью! Я никогда не прощу тебе, если ты умрешь! Слышишь?! — всхлипывает мне в губы. — Я столько лет молилась за твою жизнь, даже после развода. Что ты теперь просто права не имеешь так беспечно относиться к своему здоровью!

Она это выпаливает так честно, так искренне, что у меня сердце заходится:

— Дурочка, — шепчу, вроде желая продолжать злиться на нее. — А новый мужик не против, что ты до сих пор по бывшему сохнешь?

— Ты идиот, — фыркает она, и снова предпринимает попытку оттолкнуть меня.

Но я ловлю ее руки, и прижимаю их к кровати у нее над головой:

— Отвечай, Алена! — требую я. — Если до сих пор хочешь меня, и скучаешь так же сильно как я по тебе, то зачем предала?! Неужели так сложно было просто дождаться меня! Просто любить и ждать!

— Я любила и ждала! — взрывается она. — И никогда не предавала тебя, идиота кусок! И я понятия не имею о каком предательстве ты талдычишь! Да у меня до сих пор ни одного мужика кроме тебя не было! И нет!

Блядь.

Все мое самообладание летит в тартарары. Голодно накрываю ее рот своим, стискиваю свою нежную жену в объятиях и ускоряю движения бедрами, чувствуя, что вот-вот кончу.

Всего-то из-за каких-то ее слов.

Я идиот. И признаю это.

Но мне так хочется верить этой заразе.

Хочу быть дураком, лишь бы с ней.

А без нее — труба вообще.

Потому и никакая операция не нужна. Потому я вечно на поле боя.

Потому что даже смерть не страшна так сильно, как жизнь без нее.

Глава 20. Макар

Просыпаюсь я в полумраке комнаты. И в первое мгновение мне даже кажется, что все приснилось.

Но я чувствую ее запах.

Блядь, как же я ненавижу ее чертов запах. Эта комната как