Читать книгу - "Мои драконы. Император, князь и я - Татьяна Демидова"

Оно жарко пульсирует в рваном хаотичном ритме. Его дракон рвется наружу. Совсем как у Стейна в нашу первую встречу…

И снова мой взгляд тянется к Стейну. Мой… нет, не жених, уже муж, серьёзен и торжественен.

Погружаюсь в изумрудную глубину его глаз, особенно ярко чувствуя его дракона. Удивлённо распахиваю глаза, осознавая: там целый сгусток чувств, в котором мне не разобраться, но главное, доминирующее — радость. Счастье!

Как Стейн еще говорил? Двойное счастье? Но что это означает?

Я опускаю глаза вниз, смотрю на вторую метку и судорожно выдыхаю, пытаясь осознать до конца: нет, это не двойной брачный узор Стейна. Метки очевидно разные, чем больше смотрю, тем больше понимаю.

Да и влияние второй уже чувствую, пока ещё слабо, лёгким прибоем на берегу громадного океана. Теперь я и различия чувствую. Это точно не метка Стейна.

Закусываю губу. Всё я уже понимаю. Но как же тяжело произошедшее разместить в своей голове!..

Страшусь, но поднимаю взгляд на императора и моего князя. Они смотрят друг другу в глаза. Пристально. И… улыбаются друг другу! Едва заметно, глазами и краешками губ, но я улавливаю их радость и восторг их драконов.

— Ролана, — Стейн уверенно опускает тяжелые ладони на мои плечи. — Не нужно бояться, любовь моя. Боги подарили нам такой счастливый шанс. Я и мечтать не смел. Теперь срок твоей жизни сравняется с драконьим…

Он легко целует меня в шею.

— Доверься нам, — шепчут его губы, лаская мою кожу.

— Ролана, подойди ко мне, — требовательно произносит его брат, протягивая мне руку.

Стейн тут же отпускает меня.

Чуть сжимает успокаивающе мои плечи перед тем как мягко подтолкнуть вперед к императору.

Крохотный шаг, как прыжок с высокого обрыва. Мне кажется, что вокруг все закружилось, заметалось в сумасшедшем вихре, смазалось и в бледное мутное пятно превратилось. Только фигура императора осталась четкой. Наверно потому, что я смотрела только на него.

Все остальное как-то разом потускнело. Храм исчез. Остался император и алтарь за его спиной.

Он смотрит мне прямо в глаза, притягивает своими горящими властными сапфирами. И не отвернуть, не отвести взгляд. Так и делаю еще один последний шаг, чтобы совсем вплотную к нему подойти.

— Так чья это метка, Ролана? — властно требует он снова ответ.

Его сильные пальцы обхватывают мое запястье, уверенно скользят по сияющему золотом узору и тянут мою руку вверх.

Дальше следует обжигающий поцелуй в самую сердцевину пульсирующего запястья.

Я с шумом втягиваю ртом воздух. Жаром окатило с ног до головы от этого простого прикосновения.

— Чья она? Скажи, — требовательно произносят его красивые жесткие губы.

И я больше не могу сопротивляться этому властному напору. Хоть мой ответ пугает даже меня саму.

— Твоя, — выскакивает из меня тихий неожиданно в нарушение всякого этикета, а лицо императора озаряется хищной радостью.

— Верно, — снова целует он мое запястье, провоцируя новый прилив острого волнения и мурашек.

Ведь сразу своих горячих губ он не отрывает. Скользит ими по коже вверх и неотрывно смотрит мне в глаза. Огненная неотвратимая волна ползет к сгибу локтя, я вспыхиваю ярче самого алого заката.

— И что теперь? Что будет? — задыхаясь в разрывающих меня изнутри чувствах, шепчу я, не в силах отвести глаз от императорской жадной синевы.

— Еще один обряд. Прямо сейчас, — следует ответ, и император уверенно тянет меня к все еще ярко мерцающему алтарю.

— Но я… Так же нельзя…

Растерянно оглядываюсь на Стейна. Его лицо спокойно, но в глазах напряжение. Заметив мой взгляд, он тут же улыбается мне и ободряюще кивает.

Я все еще не верю в реальность происходящего. Может это кошмарный сон? Я уснула перед свадьбой в диком волнении и мне приснилось вот это? Но почему тогда все настолько реально?

Император вдруг резко разворачивается ко мне и рывком привлекает к себе. Замираю в его сильных объятиях. Он властно вглядывается в мое лицо острым пронзительным взглядом. Будто в самую душу мою проникает им.

— Скажи, что не испытываешь совсем никаких чувств ко мне, Ролана, и я отменю обряд. Это в моей власти.

Он поднимает руку, и медленно очерчивает пальцами мое лицо длинным ласкающим движением.

Мои пугливые растерянные мысли мечутся внутри, сердце суматошно бьется о ребра.

Как же он смотрит! Боги, я ведь сгорю сейчас!

Глава 16. Благословение

Я обреченно отвожу свой взгляд от его требовательного взора. Не могу врать ему сейчас. Это выше моих сил.

Как сказать, что не чувствую, когда у меня сердце вот-вот разорвется?

— Испытываю… — едва слышно слетает с моих губ.

Император делает медленный глубокий вдох.

— Я знал, сокровище мое…

От этих простых слов, что-то внутри отзывается тягучим теплым всплеском. Тонкие прочные нити новой связи натягиваются между нами, звенят нетерпеливо и требовательно.

Его пальцы уверенной лаской касаются моего подбородка и властно приподнимают его вверх. Я ахнуть не успеваю, как твердые теплые мужские губы накрывают мои.

Моё тело вспыхивает, ноги слабеют… и как тогда, в нашем танце, в нашем вальсе, император подхватывает меня, столь желанным давлением тяжёлой руки на моей пояснице, привлекая к своему мощному твердому телу.

И губы… требовательные, умелые, точно знающие, что делать с моими, раскрывают, ласкают, приказывают впустить ласку его напористого языка, позволить брать меня поцелуем, утверждать своё право присваивать меня.

Отчётливо чувствую, чего ему стоит сдерживать своего дракона, не сорваться, не наброситься на меня. Его поцелуй опаляет тщательным контролем своего нетерпения, и от этого мне ещё слаще, ещё жарче!

Император целует, и на мои плечи опускаются знакомые и столь же желанные мужские ладони. Стейн невесомо ласкает пальцами обнажённую кожу на моих открытых плечах.

Двойная истинная связь натягивается, наливается силой… и с моих губ срывается слабый стон.

Император отрывается от моих губ, вбирая хищным горящим взглядом моё пылающее лицо. И Стейн рядом. Так близко. Смотрит на меня пристально, жадно. Оба смотрят. И почему-то мне теперь ничего не страшно…

— Вы знали? — тихо спрашиваю я, переводя взгляд с одного на другого.

— Чувствовали, — ободряюще улыбается мне Стейн. — Редчайший дар. Не надеялись, что это наш случай, но всё же… всё же мы были готовы.

— Но у повелителя драконов… не может быть истинной, — тихо делюсь я последними сомнениями.

— Не может, — соглашается император. — Когда я в первый раз ощутил, то не поверил сначала. Но дракон рвался к тебе. И чувствовал твой отклик. Я проверил. И потом не раз проверял. Это благословение двойной истинности, Ролана. Оно даже сильнее, чем магия повелителя драконов, которая исключает истинность.

Он снова