Читать книгу - "Настоящие бывшие - Любовь Александровна Хилинская"

столько людей на мне завязано, подведу отделение. Потом подумал, что жизнь одна. И вот уже лет пять как занимаюсь этим. Ни разу не пожалел. А тут предложили переехать в ваш город. Новая клиника, условия лучше, привлекательнее, у меня из семьи только мама, я ее тоже хочу сюда перевезти со временем, поэтому и решил быстро. Пока мне все нравится. Посмотрим, как дальше будет. А тебе как наша клиника?

— Пока слишком тянет назад.

Вот я это и сказала. Да. Наверное, мне и в самом деле не хватало того адреналина, что был на работе в государственной больнице. Когда несешься в приемный покой или экстренную операционную, ныряешь в подставленный стерильный халат и оперируешь до седьмого пота, а потом, спустя время, выдаешь этому спасенному товарищу выписной эпикриз, провожая его с грустным осознанием, что образ жизни большинства таков, что они могут в любой момент оказаться вновь на операционном столе или в прозекторской.

— Это до первой зарплаты, — улыбнулся Николай.

Нам принесли заказ, и следующие полчаса мы провели, ублажая свои вкусовые сосочки невероятным сочетанием пасты с морепродуктами и вафель. Никогда б не подумала, что это может быть вкусно. Захотелось даже себе домой вафельницу, но я точно знала, что один, максимум, два раза, ею воспользуюсь. Все потому, что я ленивая жопа. Лучше съесть бутерброд с колбасой, чем морочиться с готовкой. Хотя… Наверное, будь у меня дети, я б иначе мыслила. Но мой удел пока — тетка-синий чулок. Возможно, что я такой до старости и останусь.

С другой стороны, вот же настоящий живой мужик, от которого можно родить.

Чуть откинув голову назад, я с новым интересом оглядела Николая.

— Что? — спросил он, хмуря брови. — Уделался весь? Крошки в бороде? Чего ты так смотришь?

— А, да задумалась, извини, — я попыталась сгладить неловкость и улыбнулась растерянно.

— Вот так и выглядит фиаско, — пошутил мужчина, — если в твоем обществе девушка о чем-то задумывается, то это первый звоночек, что надо срочно менять тактику. Итак, Елизавета, перейдем к более сложным вопросам.

— У нас игра «брейн-ринг»?

Только сейчас до меня дошло, что после развода это, по сути, мое первое свидание. Какое-то очень классическое, и я даже чувствовала себя героиней американского фильма про любовь. Сейчас мы будем разговаривать, потом он проводит меня домой, потом поцелует, на третьем свидании случится секс, потом я должна забеременеть. Классика! Собственно, а почему бы и нет? Я ж как раз всего этого и хочу. А там дальше уже можно решить, как все сложится. Я вполне способна воспитывать ребенка сама, да и мама поможет. Если Николай не захочет.

Определив таким образом коллегу в потенциальные отцы, я с большим интересом ждала, о чем же он спросит. И он не заставил себя ждать.

— Не игра, конечно, но мне хочется узнать тебя получше, — ответил спокойно Коля, отставляя пустую тарелку, которую тут же забрал подскочивший официант. — Просто потому, что ты какая-то невероятная, Лиз. Как будто из другой эпохи, что ли. Не жеманишься, естественная, не скрываешь свои мысли. С современными девушками сложно. Порой возникает ощущение, что они как клоны друг друга, у всех одинаковые лица и интересы.

— Спрашивай, — я тоже оставила тарелку в сторону и взяла чашку с уже остывшим чаем. — Готова честно ответить на все, кроме вопросов о моем бывшем муже. Этой темы мне бы не хотелось касаться.

— Согласен, — кивнул он. — Меня это и не особо интересует. Было и было. У всех есть прошлое. Итак, Елизавета, как вы относитесь к лошадям?

— Что? — этот вопрос был из разряда тех, которые я вообще не ожидала услышать. — К каким еще лошадям? Тем, которые едят траву и цокают копытами?

— Да, — заулыбался Николай, — а еще на них можно ездить, и я узнал, что у вас тут есть ферма, на которой организуются конные походы. Даже сейчас. Можем выбрать какой-нибудь выходной и поехать. Возьмем термос с чаем, бутерброды. Пара часов катаний и пикник в сугробе — разве не об этом ты мечтала?

Лошади — это была моя мечта. С детства я хотела стать наездницей настолько же сильно, как и врачом. Но приходилось много учиться, а еще мама была против такого спорта. Говорила, что он травмоопасный, и свернуть себе шею она мне не позволит. И вот уже прошло много-много лет, а я до сих пор так ни разу в седле и не была. Внутри словно колокольчики зазвенели, а в животе вспорхнули бабочки. Как же легко сделать женщину счастливой! Просто пообещай ей исполнить мечту детства.

— Эти выходные выпадают, корпоратив же, — вздохнула я, — хотя вместо него я б лучше к лошадкам. Господи, ты попал не в бровь, а в глаз, Коль! Ты что, залез мне в голову и препарировал мои воспоминания?

— Нет, — лицо его осветилось довольной улыбкой, — я просто подумал, что тебе должно это понравиться. Я сам в юности занимался в секции выездкой и конкуром, но в одиннадцатом классе пришлось бросить, слишком много времени подготовка к поступлению занимала. Потом периодически ездил на конюшню, у нас там был частный ипподром, здесь такого нет, зато есть ферма. Думаю, мы отлично проведем время.

Согласно кивнув, я уже мысленно представляла себе, как я еду элегантно на лошади, вся такая красивая, с румянцем, блестящими глазами, и волосы назад.

— Ну что, домой? — Коля махнул рукой официанту и попросил счет.

Я сделала попытку предложить разделить его, но получила в ответ недоуменный взгляд и замолчала. Ну нет, так нет.

Но подумать только, лошадки! Я поеду на лошади!

Эта мысль не отпускала меня всю дорогу домой, я даже зачем-то рассказала Николаю, что коллекционировала закладки с изображением разных пород этих элегантных животных, а также календарики и наклейки. Они до сих пор хранились где-то на антресолях у мамы. Он посмеивался по-доброму, совершенно не обидно, и я сейчас поняла, что никогда Тимофею об этом не рассказывала. Наверное, он назвал бы мою мечту глупостью.

— Напрашиваться в гости не буду, — зарулив во двор дома, Коля помог мне выйти из машины и проводил до двери подъезда. — Жду от тебя сообщение, что ты зашла в квартиру, потом поеду. Какие твои окна?

Я махнула рукой, показывая на четвертый этаж и внезапно ощутила, как меня прижимают к себе, а потом теплые губы прикоснулись к углу рта, но тут же отстранились.

— Беги, моя прекрасная любительница лошадок, — Коля выпустил меня из объятий и отступил на шаг.

Я в каком-то оцепенении зашла в подъезд, поднялась на свой этаж и застыла