Читать книгу - "Витамины любви, или Любовь не для слабонервных - Анна Макстед"

С Гаем я познакомилась еще до того, как стала встречаться с Джеком. Он был начинающим актером и, когда ему предложили роль детектива, решил попрактиковаться. Владелец нашего агентства расследований навязал его своему самому младшему сотруднику, то есть мне. Я не возражала, радуясь возможности продемонстрировать свой профессионализм. Мне понравилась его манера держаться: подчеркнуто скромная, сквозь которую проглядывало огромное высокомерие. У него якобы была подружка — некое фантастическое существо. Он о ней часто упоминал, но фактически ее никто не видел. Он дал мне понять, что она существует, и я это восприняла спокойно. Если человек считает себя настолько привлекательным, чтобы выдумывать несуществующее прикрытие от посягательств на свою персону, пусть считает! Я и сама неплохо умею вешать лапшу на уши, так что отдавала должное коллеге.

Как только он понял, что я не намерена кидаться ему на шею, я стала для него интересным объектом. Не буду говорить, что Гай поставил себе цель затащить меня в постель. Даже из-за такой мелочи вы можете сделать вывод, что я произвела на него впечатление. Суть дела вот в чем. Ему захотелось убедиться в том, что он правильно выбрал имидж, что его облик воспринимается соответственно художественному замыслу. Я с радостью ему подыграла. Существует расхожее мнение, что все мужчины норовят воспользоваться женщинами. А я считаю так: удовольствие получают оба. Вот пример. Однажды я давала интервью программе кабельного телевидения — им понадобился детектив женского пола, и никого лучше меня не оказалось поблизости. Звукорежиссер засунул микрофон в мой топик, но звук не пошел, и ему пришлось запустить туда руку, когда мы были в эфире. Продюсер процедил сквозь зубы: — Устроил себе бесплатную развлекуху.

Я не собиралась пропускать эту реплику мимо ушей и ответила: — И мне тоже.

Мы с Гаем тоже получали друг ох друга то, чего хотели. Наша связь была тонкой, как паутинка, несмотря на то, что мы симпатизировали друг другу. В мире полно людей, которым симпатизируешь и на которых тратишь уйму времени. Их количество надо урезать. Нас с Гаем сближало обоюдное желание потрахаться время от времени. Однажды, когда мы развлекались в его гостиной, он поинтересовался:

— Что будешь делать, если сейчас войдет моя подружка?

Мне это понравилось! Что буду делать я?

Так что, встретив в кино Джека через несколько месяцев, я не считала, что должна выяснять отношения с кем-то из них. Когда парень тебя куда-то ведет (в смысле, пообедать), должна ты рассказывать ему обо всех, с кем ходишь на обед? По-моему, правильный ответ будет: «Нет». Я не считала своим долгом отчитываться перед Джеком за все мелкие нарушения морали. Как бы то ни было, Гай исчез, и я решила, что он готовится к новой роли.

Мы с Джеком продолжали встречаться. Но ничто, кроме секса, нас не связывало. У меня не было привычки оставлять вечер субботы для встречи с ним. Если в четверг мы не договаривались на ближайший уик-энд, я считала себя свободной на все выходные. Что не мешало мне самой договариваться с кем угодно и о чем угодно еще с утра среды. Так что когда вдруг, как с неба свалившись, позвонил Гай, источая обаяние и желая отвести меня вечером на комедию, я подумала: «А почему бы и нет?» Если попросите меня объяснить, почему я так решила, я укажу самый банальный повод: Гай только что промелькнул на телеэкране, произнеся две строчки текста в сериале «Улица Коронации», и стал почти знаменитым.

Но это не единственное, почему я согласилась увидеться с ним. Честно говоря, главной причиной был Джек. Из-за него все остальные мужчины перестали для меня существовать. Это я считала слабостью, а ощущать себя слабой я ненавижу. Возможно, именно поэтому я возненавидела и Джека. Находясь с ним рядом, я все время испытывала болезненную неуверенность в себе. Я притворялась крутой, но понимала, что Джек главный и знает об этом. Если бы меня тогда спросили, кто создал Луну и звезды, я, наверное, ответила бы, что Джек. Соглашаясь на встречу с Гаем, я пыталась обрести уверенность в себе. В то время эти мотивы были не ясны мне самой, и я потеряла контроль над ситуацией.

Припарковавшись возле дома Гая, я позвонила ему, и он пригласил меня войти, посмотреть запись его передачи. Я быстро согласилась, хотя и подозревала, конечно, что «посмотреть запись передачи» — это он так называет «поваляться». Но Гай так мило гордился этой передачей, которая длилась целых две минуты! Так что я наговорила ему кучу комплиментов. И позволила поцеловать себя в ухо.

— Останься, — шепнул он.

— Не могу, — ответила я.

В глубине своего подлого сердца я просто побоялась, что Джек позвонит в три часа ночи. Иногда он так делал. А потом я сделала еще одну мерзость — добавила:

— Если хочешь, поехали ко мне.

— Да нет, спасибо, не хочу тебя беспокоить, — ответил он.

Я поехала домой одна. Хотя дом — это слишком громкое слово для моей тогдашней обители: одна комната, вмещающая только меня и кровать, крепящуюся на день к стене. Было часа два ночи. Припарковавшись на улице возле окружной дороги — там, где я жила, места для парковки не было, — я потопала к своему кварталу. И услышала за собой шаги. Меня особенно напугало то, что преследователь не посчитал нужным перейти на другую сторону улицы. Видимо, ему плевать было на возможность обнаружения. Это плохой знак. Я побежала и — теперь уже совсем испугавшись — заорала: «Помогите, помогите, пожар, по-ж-а-а-р!» Потому что глупо кричать: «Насилуют!» или «Убивают!» Добрых самаритян сейчас днем с огнем не сыщешь, реагируют только на крики «Пожар!»

— Черт, да заткнись ты, Ханна, это я, Джек!

Я остановилась и обернулась в сторону голоса, совершенно ошарашенная. В окнах появились неясные силуэты соседей. Я махнула им рукой — мол, отбой, возвращайтесь в постели.

— Ну, ты и псих, Джек. Что ты…

В одной руке у него была бутылка шампанского, в другой — растрепанный букет душистого горошка. Я люблю душистый горошек. Его цветы чудно пахнут и в два раза крепче роз. Душистый горошек дарит человек, обдумавший свой выбор. Я об этом говорила Джеку несколько недель назад. Сердце у меня бешено забилось, щеки раскраснелись. Я была благодарна темноте.

Он кивнул головой в сторону окружной, туда, где Муниципальный совет посадил траву и пару кустов:

— Я там тебя ждал. Кажется, задремал под кустом. Ты где была?

— В гостях. Но я уже вернулась. — Я дотронулась до его лица: — Погляди на себя. У тебя мох в волосах.

Он схватил меня, и чуть было не задушил в пламенных объятиях.

Поднимаясь по лестнице, я убеждала себя, что не сделала ничего дурного. Ну, просто ничего. Но ведь могла. Я могла приехать домой вместе с Гаем. И тогда это был бы конец. Я чувствовала себя как человек, опоздавший на самолет, который потом разбился. Меня трясло. С тех пор я никогда не звонила Гаю, и он мне не звонил, так что я успокоилась. Но откуда мне было знать, что Джек решится на такой вот романтический поступок именно той ночью! Это ведь было совсем не в его характере.