Читать книгу - "Тик-Ток - Кэндис Робинсон"

Она подумала о бабушке, откусывая очередной кусок, яблоки были ее любимым фруктом, и во дворце они всегда стояли в вазах.

— Держи. — Он достал из кармана серебряную флягу и протянул ей.

Она с подозрением покосилась на флягу, но всё же взяла ее. Поднесла к лицу, вдохнула резкий запах и поморщилась:

— Что это?

— Ты что, не пьешь алкоголь? — Он потянулся, чтобы забрать флягу.

Она отдернула руку, не желая, чтобы он считал ее слишком невинной, как все остальные.

— Пью. — Тот единственный раз не в счет.

Его темная бровь взлетела еще выше.

Норт запрокинула голову и сделала глоток. Боги, ну и гадость! Жидкость обожгла горло, словно это был жидкий огонь, лава и когти зверя одновременно. Как он вообще это пьет? Ей удалось сдержать кашель, но она чувствовала, как лицо заливает краска.

— Этот цвет тебе к лицу, — прокомментировал Тик-Ток с подмигиванием. — Надо почаще делиться с тобой элем. — Прежде чем она успела сказать ему, какой он мерзавец, Тик-Tok выхватил запасной меч, висевший у него на поясе, и бросил его к ее ногам. — Готова?

Норт поджала губы, глядя на острое лезвие, золотую рукоять и сверкающие рубины.

— Я уже умею защищаться.

— Любым оружием?

— Только топором. — И еще ее божественно ужасному умению целиться из кинжала и лука.

— Этого недостаточно. Поднимай, — велел он.

С магией или без, большинство стражников в ее дворце носили мечи. Другие, как Бёрч, использовали лук. Она вспомнила о нем: о его лице, его добрых словах. Хотя он был за тридевять земель, она представила, будто он говорит с ней: «Ты можешь преуспеть в чем угодно. Тебе просто нужно постараться. Захотеть по-настоящему».

Она подняла меч, он показался ей тяжелым, и приготовилась.

— Почему ты стоишь как сгорбленный хобгоблин? — Тик-Ток указал на нее кончиком своего меча. — Выпрями плечи, поправь ноги, слегка согни колени.

Сравнение с хобгоблином было лишним… Но она кивнула, решив, что научится всему, чему сможет, и восполнит пробелы в своих навыках, чтобы лучше защищаться. До сих пор никто не мог ее научить, но она попробует снова.

Норт вскинула меч, лезвие которого блеснуло на солнце. Тик-Ток взмахнул своим оружием, удар металла о металл отозвался эхом. Ее тело качнулось вперед, и меч вылетел из рук, с грохотом упав на палубу.

— Жалкое зрелище, — донесся хрип Ризмаэлы, проходившей мимо с огромной бочкой размером почти с нее саму. — Ей бы больше подошло быть подстилкой.

Норт захотелось выбить бочку из ее рук и ударить дварфийку по лицу. Взгляд Тик-Тока скользнул по фигуре Норт, и ей показалось, что он в глубине души согласен с Ризмаэлой.

— Я тебя ненавижу, — бросила она ему, подбирая упавший меч.

— Ты планировала сказать мне это и той ночью, когда я заставил бы тебя содрогаться от удовольствия? — Он рассмеялся, его плечи затряслись.

Она чувствовала, как лицо снова горит, но тут ее внимание привлек его смех. Он был не таким, как она ожидала — мелодичным, красивым. Не злобным или заносчивым, а… приятным. Норт постаралась заглушить этот звук в своей голове.

— До этого бы не дошло.

— О, неужели? — Он вальяжно шагнул вперед, тесня ее, пока она не оказалась зажата его руками у перил. — Скажи мне, звездочка моя, как далеко ты позволила бы зайти своему соблазнению?

Боги. Это был очень хороший вопрос. Раздвинула бы она перед ним ноги, позволяя войти в себя? Или сжала бы его достоинство руками, как сделала с тем парнем в лесу, а потом поняла, что не может довести дело до конца? Ей было противно от того, что ей стало интересно, как выглядит плоть Тик-Тока по сравнению с тем, что она видела и чувствовала раньше.

Она отогнала это видение. Бёрч. Бёрч. Сосредоточься на нем, даже если он не любит тебя так, как ты его.

Тик-Ток изучал ее, и она осознала, что сама придвинулась к нему в кольце его рук, почти касаясь грудью его груди. Это сделала она. Не он. Осознав их положение, она оттолкнула его.

— Давай тренироваться.

Тик-Ток поднял оружие. Она вскинула меч, он нанес удар, и, как и прежде, ее клинок вылетел из рук, со звоном ударившись о доски.

— Твоя очередь. — На лице и шее Тик-Тока не было ни единой капли пота, в то время как по ее спине и лбу уже вовсю катился пот. Будь в ее руках топор, она бы не выронила его и не устала бы так быстро.

Стиснув зубы от решимости, Норт подняла меч. Даже не принимая стойку, она вложила все силы в замах, надеясь застать его врасплох. Тик-Ток даже глазом не моргнул, когда ее лезвие яростно «поцеловало» его меч — его рука не дрогнула ни на дюйм. Он склонил голову набок, призывая ее попробовать снова.

Боги, как она его ненавидела!

Она уставилась на его руку в перчатке, вспоминая, как золото блестело прошлой ночью. Она была по форме как настоящая рука, двигалась как настоящая, но была из металла с маленькими болтами на суставах.

— Как это случилось? — спросила она, не в силах больше скрывать любопытство.

Тик-Ток помедлил, его губы изогнулись в полуухмылке-полуоскале.

— Я сам ее отсек.

— Зачем? — Она не смогла скрыть ужаса и ахнула. — Была инфекция, которую нельзя было вылечить?

— Это был мой выбор. Благодаря этому я неуязвим для магии, и мной невозможно управлять. — Ухмылка исчезла, сменившись бесстрастным выражением лица, которое она сама хотела бы научиться имитировать. — Хватит разговоров. Снова. — Его взгляд упал на ее меч.

И снова, и снова она замахивалась. И снова, и снова он блокировал. Его меч не двигался. Ее меч падал на пол. Каждый. Божий. Раз.

Они тренировались весь день, прерываясь только на еду и нужду. Хотя она отчаянно хотела отдохнуть, она не просила о передышке, потому что была полна решимости победить его. Выбить меч из его рук хотя бы раз. Тогда она могла бы умереть счастливой. Но у нее не вышло, так что она стояла здесь, едва живая, с ноющими ногами и дрожащими руками, в насквозь промокшем платье.

— Еще раз, — потребовала она, когда Тик-Ток убрал меч в ножны.

— Иди отдыхай, — сказал он, глядя, как она пошатывается, судорожно сжимая рукоять. — Эхо покажет тебе, где можно привести себя в порядок. А завтра попробуем снова.

Норт хотела возразить, но язык заплетался, и она слишком устала, чтобы спорить. К ней подошла Эхо, одетая в облегающие кожаные штаны, топ из ракушек, расшитый мерцающим жемчугом, и сапоги до колен.

— Ты молодец, —