Читать книгу - "Белое Рождество. Книга 1 - Маргарет Пембертон"

Еще никогда Эббра не была так счастлива. Льюису дали особый двухдневный отпуск, и они обвенчались в Форт-Брэгге в церкви для военных. Единственным обстоятельством, омрачившим это событие, было отсутствие Скотта. Он отбыл в тренировочный лагерь и не смог быть на свадьбе, хотя и прислал свои извинения и поздравления. Шафером пришлось стать другу Льюиса, его однокашнику по Вест-Пойнту.

После свадьбы родители Эббры уехали в Сан-Франциско, а по окончании медового месяца, длившегося всего одни сутки, новобрачная отправилась вслед за ними на поезде.

Это было очень странное чувство – так неожиданно оказаться замужней женщиной. Внешне жизнь Эббры почти не изменилась. Она по-прежнему жила с родителями на Пасифик-Хайтс и посещала занятия в колледже. Но в душе ее произошли глубокие перемены. Отныне Эббру не интересовали танцы и вечеринки. Подобные мероприятия предназначены для девушек, которые охотятся за мужчинами; Эббра более не принадлежала к их числу. Она вышла за Льюиса и не имела ни малейшего желания вести жизнь незамужней девицы.

Она все реже встречалась даже с ближайшими подругами. Показав им обручальное кольцо и выслушав завистливые поздравления, Эббра вдруг поняла, что ей больше нечего им сказать. Бесконечные пересуды о том, кто с кем встречается, более не вызывали у нее интереса, а подруг не волновало то, что занимало ее, – военная ситуация в Юго-Восточной Азии и тревога за жизнь Льюиса.

С наступлением октября Эббра все чаще задумывалась, не совершила ли она ошибку, вернувшись в Сан-Франциско. Поселившись где-нибудь на военной базе, она по крайней мере могла бы встречаться с офицерскими женами, с женщинами, которые понимали бы ее, поскольку их мужья также служили за океаном. А здесь Эббра чувствовала себя все более одинокой и заброшенной. После полугодовой службы во Вьетнаме Льюис должен был получить пятидневный отпуск. Он уже написал ей, предлагая провести это время на Гавайях. Теперь Эббра не могла и думать ни о чем другом, но, прежде чем ее мечты воплотятся в реальность, пройдут долгие месяцы, и эти месяцы ожидания казались ей столетиями.

Во второй вторник октября раздался звонок в дверь, положивший конец ее всевозраставшим тревогам. Эббра сидела в своей спальне, заканчивая письмо к Льюису, когда мать постучала в ее дверь, вошла в комнату и произнесла тоном, позволявшим заключить, что она не слишком рада тому, о чем явилась сообщить:

– Эббра, к тебе гость. Скотт.

Эббра немедленно бросила ручку и вскочила, радостно предвкушая встречу.

– Должна признать, что, будучи твоим деверем, Скотт заслуживает вежливого отношения, и все же он мне не нравится, – продолжала мать. – Он так не похож на Льюиса. Я не в силах уразуметь, что подвигло молодого, хорошо образованного человека на столь безответственный шаг. Располагая предоставленными ему возможностями, Скотт мог бы стать адвокатом либо по примеру отца и брата пойти по военной стезе.

– Стать профессиональным спортсменом – это вовсе не безответственное решение, мама, – терпеливо отозвалась Эббра, укладывая неоконченное письмо в верхний ящик стола. – Это такая же карьера, как и любая другая, причем весьма нелегкая, сопряженная с серьезной конкуренцией.

Мать покачала головой, нисколько не убежденная ее словами.

– Прости, Эббра, но я не могу с тобой согласиться. Профессиональные футболисты не относятся к числу людей, с которыми мы стремимся поддерживать близкие отношения.

– Но теперь один из них стал нашим родственником, и чем быстрее вы привыкнете к этой мысли, тем лучше, – резким тоном заявила Эббра. – Где он? В гостиной?

Мать кивнула, но ее губы крепко сжались. Льюис нравился ей, и тем не менее она не одобряла столь скоропалительную свадьбу. Она желала дочери иной судьбы. А теперь еще и это. Футболист в их доме! Она не видела в этом ничего хорошего и не собиралась позволять Скотту регулярно встречаться с Эбброй.

Эббра торопливо спустилась по лестнице, надеясь, что отец отнесся к Скотту с большей теплотой, нежели мать. Когда она, войдя в гостиную, увидела, что гость совсем один стоит у окна, ее охватило облегчение.

– Привет, – сказала она с улыбкой. – Я – Эббра.

Скотт быстро повернулся, и в его глазах отразилось восхищение. Он торопливо шагнул навстречу, мгновенно подавив пронзившее его чувство.

– Я рад встрече с вами, Эббра, – заговорил он, взяв ее за руку. – Простите, что не смог приехать на свадьбу. Это мой первый сезон как профессионала, и я не мог вырваться из лагеря даже на сутки.

– Ничего страшного, – отозвалась Эббра. – Я понимаю.

Скотт смотрел на нее сверху вниз, улыбаясь.

– Вот и славно, – сказал он. – А отец меня не понимает. Когда я получил травму в первом же матче, он заявил, что это Божья кара за то, что я ставлю тренировки выше семейных интересов. Сейчас я лечусь и отдыхаю и решил в свободное время исполнить долг перед семьей. – Он вновь улыбнулся. – В данном случае этот долг состоит в том, чтобы познакомиться с вами. Не согласитесь ли пообедать со мной, чтобы ускорить этот процесс?

– С удовольствием, – немедленно откликнулась Эббра. Для нее было очень важно установить добрые отношения с семьей Льюиса. Она знала его отца с детства, но лишь на свадьбе впервые получила возможность пообщаться с Эллисом-старшим на короткой ноге. Он произвел на Эббру хорошее впечатление, и она была уверена, что это чувство взаимно. А теперь у нее появился шанс познакомиться со Скоттом и наконец-то после долгого перерыва поговорить с кем-нибудь о Льюисе.