Читать книгу - "Ангел для Лютого - Маргарита Светлова"

— Понятно, — сдержанно ответила и вновь углубилась в чтение договора. Дошла до пункта про наследника, там говорилось про мальчика. — Скажите, а если девочка родится?

 — Будем пробовать ещё, пока не родишь мне сына.

 Да ладно!

 — Ну извините, кого сами зачали, тот и родится…

 — Ты не в том положении, чтобы диктовать мне условия. Я сказал сын, значит, ты мне его родишь, или наши дочери... Читай договор и поймёшь, что о разводе и речи быть не может, мы с тобой будем связаны, пока смерть не разлучит нас. Это я к тому говорю, чтобы ты наконец поняла, на что подписываешься.

 — А если вы полюбите кого-то? Уверена, захотите жить с ней. Подумайте, может, стоит добавить пункт о разводе по соглашению сторон? Я уйду из вашей жизни, ни на что не претендуя. Единственным условием с моей стороны будет общение с ребёнком. 

 — Себе пути отхода ищешь, дорогая? — И вновь пристальный взгляд.

 — Нет, пытаюсь рассуждать здраво.

 — Не думаю, что пытаешься. Иначе приняла бы деньги и бежала от меня без оглядки.

 А вот это уже больше смахивает на угрозу.

 — Почему я должна бежать от вас?

 — Ты действительно девственница?

 Этот вопрос был как выстрел в голову. Ответ застрял комом в горле. Ну вот как можно о таком спрашивать?

 — Можешь не отвечать — и так видно. — И тут же ехидненько добавляет: — Зря другого мужика не попробовала, сравнить даже будет не с кем. Это в случае, если подпишем договор.

Как же этот пижон меня раздражал! Да и ситуация в целом. В дурном сне такого не увидишь. А он просто наслаждается своей властью, унижает и оскорбляет постоянно. Если он рассчитывает, что в случае подписания договора сможет и дальше так себя вести, то глубоко заблуждается. Я не забитая мышка, которая всё стерпит и по ночам будет тихо плакать в подушку. Я дочь офицера и в состоянии дать достойный отпор. Нет, скандалить и истерить я не буду, у меня есть более действенная тактика… Ну а пока держи подачу:

 — Ну почему же зря?  Для мужа любимого берегла…

 — Не забывай про пункт два… — ехидно напоминает.

 Да как же о таком бредовом пункте забыть!

 — Что ж поделать, это жизнь, мы не всегда получаем, что хотим.

 — А губки тоже нецелованные?

Явно своим вопросом он пытается меня смутить. Ну-ну.

 — Это смотря с какой точки зрения рассматривать. Если поцелуи в качестве приветствия считаются потерей невинности, тогда увы… — развела я руками.

 — Ангелок, вот скажи правду, почему не жила полной жизнью? Неужели ни разу не хотелось попробовать, как сгорать от страсти в руках мужчины? В оправдание, что никто не подкатывал, не поверю.

 — А вот это вас не касается, Егор Александрович, — строго отвечаю ему.

Взбесил просто! Я не намерена говорить с ним по душам, хочет моё тело — пусть подавится, а задушевные разговоры не наш случай. Ведь может помочь, я бы в долгу не осталась, расплатилась. А он устроил тут цирк!

 — И всё же я хочу знать…

 Много хочешь!

 — Слушайте, если вас это напрягает, — процедила сквозь зубы, — могу исправить столь досадный пробел в своей жизни, ещё целая ночь впереди…

 — Вперёд, — показывает он мне рукой на дверь, — я даже останавливать не буду. Только после этого ни о каком договоре между нами и речи быть не может.

 — То есть, если бы я была не… — Продолжать не стала, он и так всё понял. — То ни о каком договоре мы сейчас не разговаривали?

 — Отчего же, разговаривали. Твоя невинность, — вот это слово он произнёс с издёвкой, — по большому счёту тут роли не играет. Я выбрал тебя совсем по другим критериям. Но не буду врать, это очень приятный бонус — мои дети будут вынашиваться в чистом сосуде.

 Вот тварь!

 — Так... может, и мне за это приятный бонус впишем в договор? Как премиальные.

 Ну не смогла я удержаться от сарказма.

 — Если тебя волнует финансовая сторона, то тут ты внакладе не останешься. Как муж, я тебя буду содержать.

Хотела я ему сказать, что не нуждаюсь в подачках. И содержанкой его не буду. Сама жила как-то до него и не голодала. Ничего менять в этом плане уж точно не буду. Не хочу становиться от него зависимой, хватит с него и той власти, что прилучит.

 — Чего молчишь?

 — Да обдумываю, сколько у вас на содержание выторговать, — вновь съязвила.

 — Не стесняйся, мой бюджет выдержит.

 Господи! Что за бред мы несём! Судьба моей сестры на кону, а мы тут игры затеяли.

 — Слушайте, давайте поговорим откровенно. Мне нужна помощь, вы знаете, кто может помочь…

 — Давай поговорим. Ты хочешь помощи, мне нужен наследник. У каждого из нас свой интерес. И, тем не менее, я чётко тебе даю понять, что тебя ожидает в случае согласия. Без каких-либо прикрас. Ничего хорошего тебя не ждёт от этой сделки, считай, ты на своей жизни поставила крест.

 — Неужели вы настолько жестокий человек?

 — Если это сделаешь, узнаешь. Ну так как, может, первый вариант, а? Я ведь никому не давал такого шанса.

 — А мне кажется, что не вы мне его даёте, а сами ищите, как отказаться от своего обещания. Скажите, может, это опасно для вашей жизни? Тогда, разумеется, я не буду настаивать на помощи.

Опять смотрит так пристально, что мороз пробирает до костей.

 — Смерть — это не то, чем меня можно напугать. Я, глупая, о тебе беспокоюсь. Но раз ты так жаждешь оказаться в моей власти, я противиться не буду. Просто знай, подпишем договор — не отпущу. НИКОГДА.