Читать книгу - "Возрожденная - Джеймин Ив"

— Пожалуйста, скажите мне, что вы хотя бы что-то слышали о ней за последние два месяца? Как вы могли держать это в тайне? Что, если она мертва? Это будет на вашей совести.

С каждым обвинением мои слова становились все громче и резче, а приступ паники нарастал.

Моя лучшая подруга пропала, и это случилось несколько месяцев назад.

И я ничего не сделала, чтобы помочь ей.

Глава 8

Мы с Симоной были лучшими подругами. Настоящими лучшими подругами.

Мы выросли вместе, и она была буквально единственной в нашей стае, кто никогда не отворачивался от меня. Это означало, что моим долгом было убедиться, что ее не держат в подвале какого-нибудь жуткого ублюдка, где ей облизывают пальчики на ногах.

Фетиш с пальцами ног был крут только тогда, когда тебе это нравилось, а не когда тебе это навязывали.

И для нас, как для альф Тормы, было еще важнее обеспечить безопасность одного из членов нашей стаи. Торин будет в ярости, когда узнает об этом, и я чертовски уверена, что не собираюсь скрывать это от него, когда у него гораздо больше ресурсов, чтобы помочь выследить ее.

— Мы должны были защитить её место в стае, — сказала Мика, всё ещё пытаясь оправдаться, пока по её щекам скатывались слёзы.

— Я никогда не думала, что она уйдёт из стаи без разрешения, но она ушла. Мы выдали всё за отпуск, чтобы её не наказали, когда она вернётся. К счастью, Торин куда более понимающий, чем Виктор, и он позволил нам просто держать его в курсе, не настаивая, чтобы поговорить с ней лично.

Понимающий он или просто ленивый — я ещё не решила. Присяжные всё ещё совещалось насчёт этого муда… альфы, чья помощь мне была нужна.

— Мы должны сказать ему сейчас же. — По тону было ясно: если они собирались со мной спорить, я обрушу на них всю мощь Тормы. — Она пропала уже слишком давно. Если с ней что-то случилось…

Если бы у меня не украли воспоминания, я бы уже давно занялась этим дерьмом. Мой гнев и разочарование из-за случившегося достигли предела, вылившись в рычание и ругательства. Сказать, что я была в бешенстве, — значит ничего не сказать. Я проснулась в нижнем белье в постели человека, которого ненавидела, и не помнила ни того, как я там оказалась, ни того, сколько недель прошло с момента моего первого превращения. Проснувшись, я обнаружила, что кто-то самым ужасным образом злоупотребил своей властью, и теперь, похоже, в этом была замешана Симона. Может быть, она пострадала — и что хуже всего — из-за меня…

Я наконец-то увидела картину целиком.

— Теперь я понимаю, — медленно произнесла я. — Наконец-то все начинает обретать смысл.

Льюисоны были в замешательстве.

— Я была в ярости с тех пор, как проснулась, — объяснила я далее, — и сколько бы Джексон, Сисили и все остальные в этой чертовой стае ни говорили мне, что я должна просто забыть обо всем и наслаждаться тем, что я — пара альфы, правда в том, что я чувствую себя так, словно меня полностью изнасиловали. У меня украли мою жизнь. У меня украли мою лучшую подругу, так что у меня не было другого выбора, кроме как положиться на Торина.

Мика подошла ближе.

— Нет, Мера. Ты не можешь думать, что Торин когда-либо вел себя неподобающим образом по отношению к тебе; он был настоящим джентльменом.

Я кивнула.

— Ага, конечно. Прямо как в тот раз, когда он отверг меня, а потом трахнул Сисили у меня на глазах. Настоящий, истый джентльмен.

Вау, молчание было таким неловким, что даже я задумалась, не зашла ли я слишком далеко.

— Давай сфокусируемся на Симоне, — наконец произнесла Мика. — Она в приоритете.

— Давай обратимся к альфе, — добавил Джерад, поддерживая свою пару. — Надеюсь, у Торина ресурсов больше, чем у меня, потому что, насколько я могу судить, Симоны нет нигде в Америке. Мы бы уже что-нибудь услышали.

Тяжёлый груз осел глубоко в животе, но я пока не могла от него избавиться. Симоне нужна была моя собранность, и я должна была убедиться, что она станет главным приоритетом для всех.

Мика и Джерад молчали, пока вели меня к своему Mercedes G-Wagon, одному из пяти автомобилей в их просторном гараже. Включая… Старый грузовик Симоны?

Я поспешила к нему.

— Она не уехала? Ее увезли?

Когда я снова повернулась к родителям Симоны, их лица ничего не выражали.

— Не было никаких признаков борьбы, — наконец сказал Джерад, и мне всерьез захотелось врезать этому ублюдку по горлу.

Я не стала этого делать, решив вместо этого потратить время на то, чтобы осмотреть ее машину в поисках зацепок, но не нашла ничего примечательного. Она выглядела и пахла точно так, как я помнила. Ее грузовик не имел никакого отношения к тому, как Симона покинула Торму.

Когда я изучила возможную зацепку, я присоединилась к Льюисонам в их машине и плюхнулась на гладкие кожаные сиденья со всем драматизмом малыша, которому гренки нарезали треугольниками, а не квадратиками. Но, черт возьми, этим придуркам следовало бы больше заботиться о благополучии своей дочери, чем о ее месте в стае. Было уже слишком поздно что-либо предпринимать, нужно бороться с последствиями, и молиться, чтобы с Симоной все было в порядке.

Когда Джерад выехал на главную дорогу, я решила, что у меня никогда не будет лучшей возможности расспросить этих двоих, поэтому наклонился вперед.

— Расскажите мне о моем отце.

Джерад ударил по тормозам, и все мы дернулись, нас поймали пристегнутые ремни безопасности, когда он резко остановился посреди улицы. Последовало ошеломленное молчание, которое я проигнорировала.

— Почему он пытался убить альфу?

Откинувшись на темную, маслянистую кожу, я скрестила руки на груди.

— Я просто буду спрашивать снова и снова, — тихо сказала я.

— В чем ты сомневаешься сейчас, спустя столько лет? — Наконец пробормотал Джерад: — Почему ты не можешь оставить призраков прошлого в покое?

Я фыркнула.

— Они никогда не давали мне покоя. Я страдала каждый божий день из-за того, что сделал мой отец, и хочу узнать об этом, каждый чертов день в течение многих лет, но если я даже задумывалась об этом, меня наказывали. Теперь я, наконец, в том положении, когда большинство оборотней дважды подумают, прежде чем причинить мне боль. И вот, я, наконец, могу задавать эти чертовы вопросы.

— А как же Симона? — Мика поперхнулась, напомнив нам, что мы направлялись к Торину ради нее. Я, конечно, не забыла, но убить двух