Читать книгу - "Вот так каникулы - Филлис Холлдорсон"

— Если Бэмби решила устроить себе выходной, то она может забрать Тинкер к себе домой, а мы постараемся разобраться в возникшей проблеме. Хорошо?

Бэмби, казалось, негодовала.

— Нет, хорошего ничего нет, — резко возразила она. — Я мать Тинкер и имею право сказать свое слово.

Грей посмотрел на Тинкер, на Еву и потом на Бэмби.

— Ладно. Если ты этого хочешь. Мы поговорим с тобой в кабинете. — Он знаком попросил ее следовать за ним по коридору.

Бэмби не скрывала недовольства.

— Почему мы не можем поговорить здесь?

— Ты хочешь поговорить со мной или нет? — прорычал Грей, давая понять, что все будет так, как сказал он, или разговор вообще не состоится. Он явно не собирался ругаться со своей неблагоразумной бывшей женой в присутствии дочери и гостьи.

Спустя несколько секунд Грей и Бэмби исчезли в глубине коридора, и звук резко захлопнувшейся двери нарушил тишину. Ева и Тинкер молча посмотрели друг на друга. Ева огляделась.

— У твоего отца красивый дом…

Тинкер кивнула.

— Да. Но вы еще не видели мамин дом. Он больше, там есть второй этаж. Когда-то с нами жила бабушка, но она умерла.

Это, должно быть, мать Бэмби, подумала Ева, ведь родители Грея жили в Техасе.

— Я скучаю по ней, — грустно сказала Тинкер. — Она шила платья мне и моим куклам, пекла пироги и печенье. Она никогда не называла меня глупой или лентяйкой, как это делает мама, когда пытается помочь мне с уроками.

От этих слов Еве стало не по себе. Ее первым порывом было встать на защиту Тинкер. Но она всегда считала недостойным расспрашивать доверчивого ребенка о его семье. Решив и сейчас не изменять себе, Ева перевела разговор на другую тему:

— Расскажи-ка мне, что ты учила в школе? Какие твои любимые книжки?

Тинкер с удовольствием стала рассказывать о своей учебе, а вскоре к ним присоединились Грей и Бэмби, оба явно в дурном настроении. Было совершенно очевидно, что их отношения вовсе не безоблачны, как это пыталась представить Бэмби.

Подойдя к шкафу, Грей посмотрел на Тинкер.

— Надень вот это, — сказал он, вынимая ветровку. — Сейчас ты поедешь домой с мамой, а завтра мы с тобой поговорим.

Он помог дочери надеть куртку. Они обнялись и поцеловались.

Ева стояла в гостиной и видела все происходящее в прихожей. Когда Грей вернулся к ней, она заметила напряжение на его лице и смятение в глазах.

— Извини, Ева. Никак не думал, что Бэмби поведет себя подобным образом и устроит сцену. Хотя мне следовало бы этого ожидать. Не знаю, почему я не перестаю удивляться, когда она выкидывает такие фокусы.

— Это правда, что вы разведены, Грей?

— Да, — ответил он и поднял руку. — Клянусь. У меня есть документы, если тебе нужны доказательства.

— Нет, не нужны, — тут же ответила Ева. Ей стало неловко. — Я могу понять, почему Бэмби все еще называет себя «миссис Флинт», но почему она продолжает называть тебя своим мужем? Это не было оговоркой, она повторила это несколько раз, и намеренно.

Грей покачал головой и взял Еву за руку.

— Давай сядем. Итак, почему Бэмби постоянно называет меня своим мужем. Таков ее способ досаждать мне, раздражать меня. Понимаешь, она не хотела развода, но и не слишком сопротивлялась, потому что была уверена, что я продолжу поддерживать и дочь и ее.

— Но она работает… — заметила Ева.

— Да, сейчас работает, но неполный рабочий день. Она делит дневную смену с еще одной женщиной. Мы познакомились, когда она работала регистратором у моего зубного врача. Она умеет ладить с людьми, располагает к себе своей детской непосредственностью. Честно говоря, это меня и привлекло в ней. Со временем я понял, что за фасадом ничего нет, но было уже поздно. Мне нужна была женщина, а ей нужен был восхищающийся ею рыцарь в блестящих доспехах.

Мы поженились спустя два месяца после знакомства, это была ошибка. Столь серьезное решение нельзя принимать скоропалительно. Требуется время, чтобы узнать друг друга.

К тому моменту, когда мы поняли, что из нашего брака ничего не получится, Бэмби забеременела. Ни она, ни я не хотели, чтобы наш ребенок родился в неполной семье, поэтому мы согласились на перемирие. Бэмби бросила работу, чтобы быть дома с ребенком, и только спустя шесть лет снова пошла работать, когда мы окончательно убедились в том, что не можем жить вместе. Затем мы развелись. У нее никогда не было профессии. Она всегда нуждалась в ком-то, кто мог бы о ней позаботиться.

— Но если она не может или не хочет позаботиться о себе, то как же ей доверили опеку над Тинкер? — удивилась Ева.

— Опека совместная, — поправил ее Грей. — Я согласился на это, потому что убежден, что ребенку нужны и мать и отец. Поэтому и живем мы рядом. Ева, я хочу, чтобы ты поняла одну вещь, — продолжил он. — Я не намерен позволять Бэмби вмешиваться в вопросы, касающиеся образования моей дочери. Тинкер будет заниматься летом и, надеюсь, осенью догонит своих одноклассников. Рассчитываю на твою помощь. Ты ей понравилась. Кроме того, ты профессионал. Пожалуйста, скажи, что согласна заниматься с Тинкер.

Ева задумалась. Она верила Грею. Не верить ему не было никаких оснований. Она не могла и не согласиться с ним. Было бы жестоко отказать Тинкер в необходимой ей помощи только потому, что ее мать ревновала дочь к учительнице.

Ева подняла глаза и увидела, что Грей внимательно наблюдает за ней. Как можно отказать ему? Его глаза умоляли ее согласиться. Нет, она не сможет устоять, подумала Ева. Кроме того, все это делается ради Тинкер.

— Хорошо. Если ты уладишь все вопросы с ее матерью, я согласна. Но очень важно, чтобы Бэмби не возражала против занятий и Тинкер знала об этом. Я не смогу вселить уверенность в Тинкер, если ее мать будет постоянно мешать нам, унижая девочку…

Ей не хотелось рассказывать Грею, что Бэмби называла дочь «тупой» и «ленивой».

— Что ты хочешь сказать? — насторожился Грей. — Что еще сделала Бэмби? Тебе известно что-то, чего не знаю я?

«Что у меня за язык!» — отчитала себя Ева, но отступать было поздно.

— Извини, я не хотела говорить об этом, пока сама не удостоверилась бы…

— Говорить о чем? — прервал ее Грей. — Происходит что-то такое, о чем я должен знать?

— Я не уверена, Грей, — начала Ева, все же решившись пересказать все то, чем поделилась с ней Тинкер.

Грей внимательно выслушал ее и покачал головой.

— Мне об этом известно. Это началось давно, еще при жизни матери Бэмби. Но тогда Магджи, бабушка Тинкер, приструнила свою дочь. Сейчас же Бэмби снова начала ругать Тинкер, потому что у нее не хватает терпения исправлять ошибки дочери. Я прослежу за поведением Бэмби.

— Извини, я не хотела сплетничать…