Читать книгу - "Связанные любовью - Розмари Роджерс"

Странно, но сзади никого не было. Кто-то — если этот кто-то и был — проскочил через тропинку и скрылся за деревьями.

— Эй? — осторожно позвала она, испытывая неприятное ощущение, что за ней наблюдают чьи-то невидимые глаза. — Есть тут кто-нибудь? Эй?

— Госпожа? Что вы здесь делаете?

Застигнутая врасплох, Софья резко повернулась к калитке и едва не наткнулась на свою служанку, взирающую на нее с искренним недоумением.

Софья перевела дух, приложила ладонь к груди, прислушалась к затихающему стуку сердца.

— За мной кто-то следил. Я слышала.

— Кто? Герцог?

— Я… — Она покачала головой. Нет, Стефан ни за что не опустился бы так низко, а вот ей определенно нужно взять себя в руки, чтобы не шарахаться от собственной тени. — Скорее всего, просто разыгралось воображение. И нервы шалят.

— Что ж тут удивительного. — Девушка заботливо обняла Софью за плечи и повела к дому. — Ваша матушка не имела никакого права вовлекать вас во все эти глупости.

— Ш-ш-ш. — Софья испуганно огляделась — сад был пуст. — Осторожнее.

Служанка фыркнула. Еще по пути в Англию Софье пришлось объяснить, что мать отправила ее на поиски некой спрятанной вещи. Больше она не сказала не потому, что не доверяла девушке, а потому что полагала справедливым принцип: чем меньше знаешь, тем лучше.

— Вы нашли то, что искали?

— Нет. — Софья наклонилась и сорвала розу с ближайшего куста. — Придется вернуться.

— Только не сегодня, — возразила служанка. — Вам надо отдохнуть, а еще лучше хорошенько выспаться. Больно уж вы бледная.

Стефан не стал закладывать карету, а, как обычно, предпочел пройти до Хиллсайда пешком. Разумеется, в путь, пусть и не далекий, он отправился не один. Титул герцога сам по себе обеспечивал некоторую защиту, но отчаявшийся грабитель может с одинаковой легкостью продырявить как простолюдина, так и дворянина. Кроме того, слуги пришли бы в ужас, если бы он отправился в ночь без сопровождающего. Они ожидали от него соответствующего положению поведения, и ему ничего не оставалось, как только подчиняться установленным задолго до него правилам, даже если и чувствовал, что суровый обычай начинает понемногу его душить.

Войдя в сад Хиллсайда, Стефан приказал двум грумам отправляться на кухню, где их накормят обедом, а сам, уже в одиночестве, продолжил путь по освещенной факелами тропинке. Сделав несколько шагов, он услышал неясный звук и тут же сунул руку в карман, где лежал заряженный пистолет.

Тень вынырнула из-за фонтана, но уже в следующее мгновение напряжение спало — прыгающий свет факела выхватил из темноты знакомое лицо.

— Эдмонд? Устроил засаду? — Стефан вынул руку из кармана.

Брат пожал плечами и вместо ответа скользнул взглядом по голубовато-серому сюртуку и новенькому черному жилету, отделанному золотой нитью. Стефан неловко переступил с ноги на ногу. Объяснять, зачем ему вдруг понадобилось наносить визит местному портному, не было ни малейшего желания.

— Хотел поговорить, пока мы не вошли. — По губам Эдмонда скользнула загадочная улыбка.

— Что-то случилось? — Стефан сдвинул брови. — С Брианной?

Эдмонд поднял руку:

— Не беспокойся. С ней все хорошо.

— Тогда о чем ты хотел со мной поговорить?

— Король прислал курьера. Требует моего присутствия при дворе.

— Проклятье. — Стефан покачал головой. После смерти отца Георг стал требовать слишком многого от своих верных подданных. — Что ему нужно на этот раз?

— Якобы желает обсудить кое-какие детали приближающейся коронации.

— А на самом деле?

— Полагаю, ему нужно, чтобы я убедил Каролину, что ее присутствие на церемонии нежелательно.

Что ж, этого можно было ожидать. После нелепого суда, на котором Георгу так и не удалось аннулировать брак с женой, он делал все возможное, чтобы унизить ее.

— А разве кроме тебя улаживать семейные дрязги некому? Возле него же постоянно увивается добрая дюжина лизоблюдов.

Эдмонд провел ладонью по густой шевелюре — верный признак, что он далеко не так спокоен, как могло показаться на первый взгляд.

— И ни одного с хотя бы зачаточными навыками дипломата.

— Если Каролина что-то решит, никакие дипломатические хитрости уже не помогут.

— Да, жаль, конечно, что она не осталась за границей, — пробормотал Эдмонд. — И все-таки мне ее немного жаль. Брак мог бы быть меньшей трагедией, если бы муж и его ближайшее окружение не относились к ней с откровенным презрением.

И это тоже было правдой. Король не только не выказывал супруге должного почтения, но даже не старался скрыть отвращения к ней.

— Согласен, но теперь раны лечить поздно. Ради мести она пойдет на все, а тут у нее появляется возможность публично поставить Георга в неловкое положение.

Эдмонд тяжело вздохнул.

— Что ж, я должен, по крайней мере, попытаться.

— Когда отправляешься?

— Завтра утром.

Стефан удивленно посмотрел на брата.

— Брианна, конечно, мастерица на все руки, но разве она успеет приготовиться к такому путешествию?

Эдмонд повернулся к брату.

— Брианна останется в Суррее.

— Боже. Ты уже говорил с ней? Эдмонд коротко хохотнул, и эхо запрыгало по темным уголкам сада.

— Она, мягко говоря, не обрадовалась, но в конце концов согласилась, что путешествие в карете сейчас не для нее.

Объяснение брата отнюдь не рассеяло беспокойства Стефана.

— Я рад, что она проявила благоразумие, но неужели ты действительно считаешь, что ее можно оставить здесь с мисс Софьей?

— Мой бог, Стефан, ты же не думаешь, что эта женщина приехала сюда специально для того, чтобы навредить моей жене? — раздраженно воскликнул Эдмонд.

Стефан помнил, какое смятение чувств пережил в тот миг, когда вошел в библиотеку и увидел Софью. Подозрение, недоверие, злость и неодолимое желание — все сплелось воедино. Ее простодушная красота, словно вспыхнувшая под косыми лучами солнца, поразила его.

— Я не представляю, что привело ее сюда, и это меня беспокоит.

Эдмонд сложил руки на груди.

— В таком случае тебе будет приятно узнать, что Софья тоже озабочена состоянием Брианны.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Она, похоже, считает, что из тебя получится неплохая дуэнья.

— Из меня?

— Мы решили, что Брианне и, разумеется, мисс Софье лучше перебраться в Мидоуленд до моего возвращения.

Стефан замер.

— Это мисс Софья предложила, чтобы они пока пожили в Мидоуленде?